Понедельник в матча-кафе - Митико Аояма

О Тяко, которая писала, что хочет пожать лапку кенгуру. О Мастере, разделившем это желание. Тогда он впервые приблизился к Австралии. Возможно, Тяко — тот самый человек, благодаря которому переплелись наши с Мастером пути.

Хотя постойте.

По рассказу Мастера, сначала они пошли в один класс… Эта история не имеет конца.

Где оно, то самое «первое рукопожатие»?

С момента нашего рождения связи могут создаваться и создаваться.

Рука незнакомого человека привела меня сюда, а его, в свою очередь, привела рука такого же незнакомца. И маленькие действия этих людей пересекли время и пространство.

У меня нет «наметанного глаза», как у Мастера. Но все же.

— Вот мое рукопожатие.

Я протянул Мастеру правую руку.

Мастер заговорщицки улыбнулся и ответил тем же. Я вкладывал в это рукопожатие молитву, похожую на предчувствие.

Что его теплая ладонь пожмет лапку кенгуру.

11. Призрачный богомол. Ноябрь / Токио

Мы понимали, что нельзя никуда заскакивать по дороге из школы, но ничего не могли с собой поделать.

Просто, проходя мимо святилища, заметили, что за ограждением сидит потрясающий богомол. Летом, когда мы ходили смотреть фейерверки над Сумидагавой, мы видели довольно большого богомола, но после этого не встречали ни одного. И вот в ноябре, когда практически невозможно увидеть насекомых, которые нас интересовали, встретился этот, удивительно крупный.

Юу с громким криком взобрался на низкую лесенку у входа в святилище. Я с любопытством последовал за ним.

— Да отстань ты от этого богомола! — возмутилась Руру, но тоже пошла за нами. Мы друзья еще с детского сада.

Перед ограждением рос куст азалии, и большой-пребольшой богомол вцепился в ее ветку. Но сколько бы мы ни пытались его найти, обшаривая куст, наткнуться на круглые глаза не получалось.

— Он, наверное, куда-то ускакал. Таку, ты не видел?

Юу наклонился и потряс куст. Я смотрел во все глаза, но этот потрясающий зеленый господин исчез, словно призрак.

Руру заглянула во двор и с гордостью сообщила:

— А я в субботу отмечала здесь Ситигосан.

Когда мне исполнилось пять, я тоже вместе с папой и мамой ходил сюда на Ситигосан. Я тогда был одет в хакама — широкие брюки, похожие на юбку. Мы случайно встретились с Юу, который был одет так же, как я, и мама нас сфотографировала на телефон. Она сделала много фотографий, приговаривая: «Такуми и Юу такие хорошенькие!»

Я спросил у Руру:

— Девочки отмечают Ситигосан, даже когда идут в начальную школу?

— Ага. Это дважды происходит: когда нам исполняется три и семь. Мы надеваем красивые красные кимоно и делаем прически. И для этого мы отращиваем волосы.

А что за прически? Я уже собирался спросить об этом у Руру, как Юу поднял голову и обратился ко мне:

— Слушай, это был гигантский азиатский богомол.

Я покачал головой:

— Нет, китайский.

Услышав это, Юу уверенно повторил, что это гигантский азиатский богомол, всем своим видом выражая несогласие со мной. Заскучавшая Руру внезапно уставилась на мой рюкзак:

— Таку, у тебя такой красивый мешочек для обеда.

Руру указывала на сумочку, прикрепленную к моему рюкзаку. В ней лежали тканевая салфетка для подстилки и маленькое полотенце для промокания рта — такое носили все по желанию. На прошлой неделе я случайно пролил на предыдущий мешочек виноградный сок, пятно не отстиралось, и я заменил на новый.

На небесно-голубой ткани аппликация в виде моего любимого самолета. За ним белой ниткой был вышит самолетный след. Мне это очень нравилось.

— Ага. Это мне госпожа Ханаэ сделала.

Моя мама каждый день работает в офисе, а папа пишет дома картины. С самого детства я помню, что папа занимался и готовкой, и стиркой, и уборкой.

Но с прошлого года он все чаще стал летать в командировки. Папины картины выставлялись в далеких городах, и много людей приходило посмотреть на них. Я не знаю английского, но подпись Teruya в нижнем углу работ означает папино имя. Многим нравятся его картины, поэтому его зовут на разные встречи и интервью и он все чаще отсутствует дома.

И поэтому к нам стала приходить госпожа Ханаэ.

Когда мама и папа заняты, мы с госпожой Ханаэ едим и веселимся, а еще она проверяет мои домашние задания. Она занимается рукоделием, а эту сумку подарила мне со словами: «У меня дома довольно много лоскутов завалялось».

— Госпожа Ханаэ? А, это та, что иногда приходит за тобой после плавания?

— Ага.

С тех пор как я пошел в начальную школу и стал посещать секцию по плаванию, она забирает меня после занятий. Руру тоже ходит туда, поэтому наверняка видела ее несколько раз. Но, скорее всего, они только здоровались, до разговора дело не доходило.

Госпожа Ханаэ гораздо старше моей мамы, но намного младше бабушки. Как-то давно она сказала мне, что ее сын учится в старшей школе.

— А кто она? Родственница?

Руру все время задает вопросы. А я не всегда знаю, что отвечать, от чего у меня болит голова.

Эм-м, она вроде как няня. Кажется, папа именно так и объяснил сначала. Но все ее называют «госпожа Ханаэ», поэтому и для меня она просто «госпожа Ханаэ».

Я невнятно ответил:

— Нет… не родственница.

— Не родственница и не часть семьи, значит, приживалка?

Приживалка?

Кажется, на прошлой неделе кто-то произнес это слово в бассейне.

Не скажу, что ненавижу плавание, но у меня не слишком получается. Не выходит правильно дышать во время кроля, так что всегда тяжело. Поэтому я очень много занимался. Наконец узнав секрет, на прошлой неделе я смог проплыть аж двадцать пять метров, чему был очень рад.

В тот день, когда я переоделся после занятия, прибежала госпожа Ханаэ и крепко-крепко обняла меня:

— Ты молодец, Таку! Ты такой молодец!

Госпожа Ханаэ даже расплакалась. Она сказала, что смотрела на меня из комнаты для наблюдения.

Тем вечером я слышал, как госпожа Ханаэ активно рассказывала обо мне маме, вернувшейся домой раньше папы. А потом она снова заплакала, мама тоже прослезилась, а я хоть и смутился, но обрадовался.

Да, госпожа Ханаэ нам не родня. В тот день она вернулась к себе домой после того, как попила с мамой чая.

Я не понял, что это за «приживалка», как ее назвала Руру. Но с тех пор, как мы познакомились в последний год моего посещения детского сада, я никогда не считал странным, что госпожа Ханаэ обнимает меня или спит со мной под одним одеялом.

Но, глядя на странное выражение лица Руру, я забеспокоился. Это что-то необычное? Я ничего