Антикварная лавка утерянных судеб. Что если у тебя появится шанс прожить жизнь заново? - Алекс Савицкий

Последняя фраза утонула в жужжании кофемашины, но Марк смог различить слова. Услышать такое от Марины – все равно что получить подарок от Деда Мороза в середине лета.

– Спасибо, – сказал он и хотел пожать ей руку, но Марина уже встала и взяла сумочку со стола. – Подожди, а как же пирог? Ты пробовала наш фирменный мокко?

Марина снова бросила взгляд на Веру, стоявшую за барной стойкой, потом посмотрела на Марка, словно прощаясь, и с грустной улыбкой произнесла:

– Я на диете. Прощай.

⁂

– Вчера Люба спросила, где мое синее платье и блузка с бантом, – прошептала Вера, когда он подошел к ней сверить кассу.

Она перевезла часть вещей к Марку – буквально несколько комплектов, чтобы в случае форс-мажора не выходить на работу в той же одежде, но полгода спустя тайное вдруг стало явным.

– Почему я просто не купила новое? Вот же дура! Ненавижу себя!

– Что ты ей сказала?

– Сказала, что отдала нуждающимся. Люба разозлилась из-за каких-то джинсов, которые ей нравились. Надо же было так попасть.

– Наверное, она справится, да? – Марк попытался произнести это дружелюбно, но, судя по Вериному взгляду, промахнулся с интонацией.

– Ей почти пятнадцать, Марк. И она знает, что я сроду не отдавала никакие вещи. Она волнуется. Дети все чувствуют.

Иногда Марку хотелось, чтобы их разоблачили – Люба, Верин муж или кто-то еще, неважно. Ему надоело прятаться, надоело чувство вины, которое они с Верой перекидывали друг другу как надувной пляжный мяч. Разоблачение бы расставило приоритеты, которые не расставлялись сами. Потом Марк думал о Вере и понимал, что скандал ее просто добьет. Вера хотела мирного решения их многоугольника, но то была утопия. Дети могут не встать на ее сторону и, скорее всего, не признают Марка.

Дорога в новое светлое будущее оказалась тупиком.

– Надо думать, как выходить из тени, – сказал Марк, – не можем же мы вечно прятаться.

– Я не перееду к тебе, оставив детей.

– Знаю.

– Тогда, в двадцать лет, мы ведь тоже не смогли договориться, – вздохнула Вера и закрыла кассу.

– Тогда у нас было больше маневров… Слушай. Я думаю перестроить всю работу кафе. В прошлом месяце мы дали рекламу у блогеров и получили неплохой приток гостей. И, мне кажется, к нам пришли именно «наши» люди. Надо двигаться в этом направлении. Убрать доставку и заказы…

– Но доставка – это прибыль, а та реклама была очень дорогой, – заметила Вера.

– К черту. У нас не получается, потому что мы идем не туда. Надо перестраиваться, сколько бы это ни стоило. «Эклер» должен стать тусовочным местом, понимаешь? Не тем, откуда проще заказать доставку, а куда захочется приехать хоть с другого конца города. Давай подумаем над новым меню? Уйдем немного от мам с детьми.

– Марк, сначала ты ушел от студентов, теперь хочешь уйти от мам. Вадим ни за что не согласится снова менять концепт. А у тебя… Марк, ты же сам говорил, что с деньгами туго.

– К черту. У меня есть большая квартира. Машина. Вера. – Он подошел к ней и взял за плечи, не боясь, что их кто-то увидит. – Я же понимаю, почему ты мучаешься. Тебе некуда идти, ты чувствуешь, что я не тяну. Мне нужно рискнуть, чтобы все было хорошо. Чтобы ты могла не думать о деньгах и условиях развода…

– Развода, – почти с ужасом повторила Вера.

– Ты ведь хочешь быть со мной?

– Да, но…

– Марк, я тебе говорил, что рассчитал бариста? – закричал из подсобки Вадим, а потом вышел и сам. Марк понял, что друг нарочно заявил о себе заранее, чтобы не застать неловких сцен.

Похоже, их секрет уже ни для кого не секрет.

– Нет, – ответил Марк, убирая руки с Вериных плеч, а та поспешно схватила сумочку.

– Приду завтра пораньше, – бросила она и кивнула Вадиму на прощание.

Когда за ней захлопнулась дверь, Марк прошел в зал и устало опустился за пустой столик. Говорить о рассчитанном бариста совсем не хотелось.

– В дерьмовой ты ситуации, братан, – сказал Вадим.

«Как я устал», – закрутилось у Марка в голове, а сам Марк закрутился в воздушном потоке, как сухой лист.

Только его не подбрасывало, а спиралью затягивало вниз.

Глава 12

Успех не всегда приносит удовлетворение

– Нет, нет и еще раз нет! – Вадим почти кричал и противно стучал ногой по барному стулу.

Каждый вечер Марк выделял час для разработки нового концепта кафе: выписывал все приходившие в голову идеи, листал сайты других заведений, в том числе столичных и иностранных. И, кажется, нашел абсолютно новую для их города нишу: кофейные вечеринки. Их можно было проводить и днем, и вечером, совмещать с выступлениями местных бэндов и диджеев. Может быть, даже с показами одежды или мини-выставками искусств. Площадь «Мокко и эклера» легко позволяла это провернуть, но там, где должна была быть сцена, сейчас располагалась игровая для детей. А значит, для проведения вечеринок нужно однозначно уходить от семейного концепта и привлекать больше молодых и активных гостей. Это требовало пересмотра интерьера, меню и…

– Это ж сколько бабок еще нужно вложить! – снова крикнул Вадим.

– Я пока просто предлагаю.

– Да я даже слушать не хочу. Изначально была речь о маленькой кофейне, но в итоге мы открыли большое кафе с супом и фрикадельками. Окей. Теперь ты говоришь, что надо делать какие-то зумерские тусовки. Кстати, когда я предлагал спешелти-тему, ты сказал, что это не вариант.

– В том помещении – однозначно. Но на этой площади и локации можно развернуться. Можно сделать что-то действительно крутое, понимаешь?

– Нет. – Вадим остановил свой дикий перестук и встал со стула. – Нет, не понимаю. Я не хочу крутого. Я не хочу быть лучшим. Я просто хочу зарабатывать.

– Хорошо. – Марк почувствовал, что тоже начинает закипать. – Хорошо. Ты пробовал кофе, который готовит твой новый бариста? Его же пить невозможно. А знаешь почему? Потому что это не бариста, а черт знает кто. Он нигде не учился и ничего не умеет. Он рожок сроду в руках не держал.

– Мы не можем себе позволить нанять профи. Даже просто нормального чувака, знакомого с рожком. Ты же видишь, что у нас на счетах. – Вадим показал «ноль» сначала пальцами, а потом двумя руками, сцепив их у себя над головой.

– Но позволить себе готовить дерьмовый кофе мы тоже не можем. К нам же никто не будет ходить.

– А то у нас толпы. Слушай, ты еще тогда сказал правильную вещь: людям нужен просто кофе и просто еда. У нас не пафосный город, а мы с тобой – обычные мужики, а не эти, в джинсах с мотней до колен.

– Да, но даже «просто кофе» должен быть качественным…

– У меня две новости, плохая и хорошая, – прервала их Вера, вышедшая из кухни.

Вадим и Марк откликнулись одновременно, только Вадим запросил хорошую новость, а Марк – плохую.

– Я нашла нового поставщика, поэтому сможем заказывать молочку подешевле. Хорошую, местную. И надо уволить нового повара.

– Да это еще почему? – взвинтился Вадим. – У нас ни одной жалобы на блюда!

– Это пока, – спокойно ответила Вера, – но стоит ждать жалоб с медзаключением из инфекционки. Девушка про санрежим вообще не слышала.

– Вадя, ну ты же эйчар, в конце концов, где ты их берешь? – спросил Марк. Вместо ответа Вадим стукнул по стулу и вышел из зала.

– Мне кажется, в этом и есть вся проблема, – проговорила Вера, – в том, что он когда-то работал эйчаром в большой компании. Нанимать людей кому-то, чтобы получать зарплату, – это одно. Нанимать людей себе – совсем другое.

Марк потер виски. Марина была уверена, что он справится и сам. Он бы точно справился, будь у него неограниченный запас средств. Хотя бы ограниченный, но большой. Но возможности для финансовых маневров у него больше не было. Кроме…

– Обнови, пожалуйста, объявление о вакансии. Я поговорю с Вадимом.

– Он не согласился что-то менять, да?

Марк отрицательно покачал головой. Вера подошла к нему и положила руку на грудь, но в кафе зашли посетители.

⁂

Они все же попробовали провести пробную вечеринку без ремонта и смены концепции. Пригласили профессиональных бариста и диджея, разработали новую карту айс-кофе и бабл-ти, а Вера усовершенствовала эклеры под формат быстрых закусок «на зубок». Вложились в рекламу,