Кризис Ж - Евгения Анатольевна Батурина

которые производит большая международная компания. Называюсь кластерным менеджером по связям с общественностью в подразделении «функциональных продуктов», регион «Центр». «Функциональные» – значит, полезные для здоровья: биойогурты, обогащенные творожки, кефиры с активными бактериями (над их ненормальной активностью потешается сестра Антонина) и так далее. «Центр» – значит Центральный федеральный округ: Москва, Тула, Воронеж, Липецк и далее по карте. Я руковожу отделом, в котором, кроме меня, еще три девушки. Одна общается со СМИ, вторая отвечает за сайт и SMM, третья – за организацию ивентов и внутренние коммуникации.

Вот ивента-то мы и искали весь прошлый месяц. Дотянули до последнего: наша беременная Юля уходила в декрет прямо в пятницу, в мой день рождения. Собиралась выпить безалкогольного шампанского и попрощаться года на два-три, передав дела. Но передавать их было некому. Я отсмотрела четырех кандидаток до майских праздников и еще пятерых – после. Все не то. Эйчар-отдел недоумевал и злился, прямо-таки уже кидался в меня резюме. Но я знала: если с человеком предстоит работать, нельзя брать первого попавшегося. В среду в мой кабинет зашла Нино, менеджер по подбору персонала, с которой мы пару раз доходили до состояния хештегов в баре через дорогу. Ее явно командировали меня уговорить.

– Жозефина, признайся, дело в фамилиях? – Она сдвинула ухоженные брови. – И в проклятии твоего отдела?

– Во-первых, это не проклятие, а концепция. А во-вторых, нет, дело не в ней.

– Ну а что я должна думать! – всплеснула руками Нино. – Ладно, большинство соискательниц были явно так себе. Но ты отмела трех кандидаток с релевантным опытом. И фамилии их – Данилова, Павлова и, что совсем подозрительно, Иванова.

– Опыт есть, а ума нет у твоей Ивановой: не может сформулировать ни одну мысль, но рвется во внутренние коммуникации. Данилова половину интервью врала и рассказывала о фантазийных мероприятиях, которые якобы устраивала. Я прямо ждала, когда перейдет к свадьбе короля Малайзии. Павлову не помню.

– Это которая опоздала на час.

– А! Ну да, прирожденный организатор.

Нино покачала головой и выложила на стол еще стопку резюме:

– Вот, смотри. От сердца отрываю. Изучай! Да поскорее, времени нет совсем.

Я взяла листки, села читать. Нино не уходила: решила взять меня измором.

– Ладно, – сказала я наконец. – Вызывай на завтра вот этих.

И протянула ей два резюме. Нино заглянула в них, и прекрасные глаза ее возмущенно заблестели:

– Ты издеваешься! И потом будешь утверждать, что великая концепция ни при чем?

– Буду, – уверенно заявила я. – Вот увидишь, завтра выберу одну из них.

Великая концепция моего отдела проста: в нем работают только люди с дурацкими фамилиями. Другие не приживаются. Нино называет это проклятием, но я верю в нашу богоизбранность. Судите сами. Глава отдела – я, Козлюк. SMM-щица – Настя Попик. Медиаменеджер – Алла Солнечная. В декрет отправляется Юля Потирай – и да, они с Попик подружки. До меня отделом управляла Карина Косорылова, прекрасный специалист, ушла к конкурентам. Кстати, Карину схантили, как только она вышла замуж и превратилась по документам в скучную Михайлову. Прошлым летом у нас еще был стажер, умный, но рассеянный мальчик по фамилии Хренов. Жаль, что вернулся в институт, я так привыкла отвечать на вопрос «Где ваш стажер Хренов?».

В общем, из всех принесенных Нино резюме я безошибочно выловила два. Почувствовала связь и единение. Одну девушку звали Елизавета Хвостикова. Вторую – Елизавета Барбос. Две Елизаветы, Первая и Вторая. По опыту, возрасту и техническим характеристикам они примерно совпадали. А какая-нибудь некоронованная Смирнова или Новикова все равно не пройдет испытательный срок…

К вечеру среды позвонила Нино, была строга:

– Завтра в четырнадцать ноль-ноль к нам явится Барбос. Вот даже не верю, что произношу это!

– А Хвостикова?

– Она может только на следующей неделе.

– Ладно, оставим ее про запас. Но я верю в Барбоса, он наверняка весел и игрив.

Нино сердито повесила трубку.

И вот наступил четверг, мы с Нино сидели в переговорной и слушали, как серьезная и сосредоточенная Елизавета Барбос рассказывает о себе. Мне она сразу понравилась. Темные длинные волосы, прямой пробор, трогательные эльфийские уши, слегка щурится. Не теряется, когда ей задают вопросы, а перед тем, как на них отвечать, думает – и на лбу проступает морщинка. Значит, думать для нее привычное дело. Остальному в принципе можно научиться.

– Почему вы хотите работать именно у нас? – официальным тоном спросила Нино.

Барбос произнесла что-то правильное и нейтральное, а в конце добавила от себя:

– Если честно, мне нравится, что у компании есть имя на рынке, традиции, корпоративная культура. Я не человек стартапов. Мне больше нравится поддерживать порядок, чем создавать его из хаоса.

– И еще у нас бесплатные йогурты, – вставила я.

– Это решающий фактор, – без улыбки пошутила Барбос, и я поняла, что мы сработаемся.

После собеседования у меня случился внеплановый ланч с сестрой Антониной, которая гуляла по городу, пользуясь последними свободными деньками, и очнулась на Якиманке. Она написала мне, предложила выпить кофе в «Шоколаднице». За мной увязалась Алла Солнечная, наш медиаменеджер – тоже хотела кофе, а заодно познакомиться с моей сестрой.

– Ой, вы так похожи! – заголосила сходу Солнечная. – Просто одно лицо!

– Да, нас с детства путают, – сообщила Антонина.

– Нет, я знаю, что вы на самом деле не сестры! Но есть, есть общее! Черты разные, а лицо одно! – продолжала восхищаться Солнечная, тряся этническими сережками.

Ее вообще многое в мире восхищает – вот уж где фамилия нашла героя. Кстати о фамилиях.

– Антонина, как ты думаешь, Барбос – хороший работник? – спросила я.

– Охранника нанимаете? – осведомилась сестра, не отрываясь от меню.

– Нет. Ивенты и внутренняя коммуникация. Стык пиара и эйчара.

– Ну, если Барбос понимает все эти слова, я его уже уважаю, – сказала Антонина и решительно заказала блинчики вместо салата.

Солнечная попросила у официанта капучино на миндальном молоке и объяснила всем, кто готов слушать:

– Для меня лактоза – настоящее зло…

– Эти слова надо сделать девизом молочной компании, в которой мы с тобой работаем, – предложила я. – Ты-то как думаешь, берем в отдел Елизавету Барбос?

– Не зна-аю, – тянула Солнечная, наматывая на кулак этническое ожерелье. – Я же ее через стекло переговорной видела только. Симпатичная вроде, но в пиджаке. Впрочем, и ты в пиджаке… Надо спросить Попик. Они же будут рядом сидеть.

– Попик рядом с Барбосом? – не поверила Антонина.

– Ага, – охотно закивала Солнечная. – У них там свой угол в кабинете, у меня свой.

И полезла под стол, куда уронила солонку.

– Если возьмешь Барбоса, – сказала Антонина шепотом, – тебе нельзя выходить замуж за Борю и брать его фамилию. Потому