Варварогений децивилизатор - Любомир Мицич

– А почему тогда вы всё ещё в королевской гвардии Карагеоргиевичей?

– Господине, вы смешиваете понятия…

– Практически!.. Но я уж точно не смешиваю ваши чувства с чувствами вашего брата, депутата скупщины42, служившего министром во всех послевоенных правительствах – того, чьими стараниями ещё при Австро-Венгрии количество хорватских или далмацких сербов, оказавшихся на виселицах и на каторгах, превысило количество указов о смещении сербских чиновников с государственных должностей и количество интриг, которые довели сербских генералов и высших офицеров до отставки. Снимаю шляпу перед войском Господина Лицемера! Лучших рекомендаций для сербских мучеников, их сыновей и братьев в Югославии не найти. Вот почему сербы из бывшей Австро-Венгрии сегодня так горько жалеют о том, что кричали «да здравствует Сербия!», «да здравствует король Пётр!»… Они принесли в жертву более девяноста процентов добровольцев, а те, кто поступал и продолжает поступать в точности наоборот, спокойно сидят при дворе.

Члены делегации Королевства СХС А. Трумбич, Н. Пашич, М. Веснич и И. Жоглер на Мирной конференции в Париже. 1919

Повисло тягостное молчание.

– Вы совершенно напрасно вините во всём нас, хорватов, – не выдержал офицер королевской гвардии.

– А как иначе? Ведь уже в офицерских училищах вам позволялось плевать на кириллицу и отказываться от присяги перед сербским флагом. Сколько бесстрашия в этой вашей благодарности! И в довершение ко всему вы ещё получаете награды – нет, это просто великолепно!

– Таково право самых цивилизованных людей…

– Вернее, право быдла. Или даже ненависть, провокация и шантаж…

– Конечно, презрение и ненависть мы разжигаем в равной мере, но…

– Подумаешь!.. Какое мне дело до ненависти нищих духом и до презрения выскочек? Но один вопрос всё же никак не выходит у меня из головы: неужели вот за это отдали жизнь миллион с лишним сербов, сложив свои кости в стольких битвах?

– И что с того? Жертва сербов теперь не в счёт. И слава Богу!

– Допустим! Как же тогда так получилось, что, несмотря на это «слава Богу», вам всё не дают покоя сербы с Карагеоргием, причём заграничным вашим дружкам они досаждают даже больше, чем вам самим? У вас, похоже, от них мигрени приключаются и голова кругом идёт, как у анемичных дамочек во время месячных. Бедная Сербия! Даже права нести это славное имя ей уже ни враги, ни друзья не дают. Она вас всех одевает, даёт вам кров и пищу, отказывая в куске хлеба тем, кто спас её от нашествия цивилизованных дикарей, кто очистил её от австрийских клопов и центрально-европейских миссионеров, кто создал из неё историческую державу – а у вас для неё не нашлось ничего, кроме интриг, ненависти, презрения и клеветы! Ах, какие странные нравы и воспитание!

– У вас точно красная пелена перед глазами, господине! Следите за языком и поберегите вашу свободу!

– Вы совершенно правы. У меня перед глазами и впрямь красно… от вашей губной помады. И всё как будто в тумане… от пудры у вас на щеках. За это ведь заплачено сербской кровью, пропитавшей Балканы, – те самые Балканы, от которых вы отворачиваетесь, боготворя другие европейские земли. А меж тем вам пора бы уже разглядеть истинное лицо Европы – убогой любовницы Господина Лицемера! Мы-то – те, у кого красно разве только в сердцах, – знаем, что благодаря сербскому гению балканские народы всё ещё живы. Однако на славе Сербии и на плодах сербской победы разбогатели все, кроме сербов! Если бы в 1914 году не было Гаврилы Принципа43, то не случилось бы ни русской революции, ни новых Балкан, ни французской победы, ни выцарапанного у Европы сербского национального союза и народной свободы, пусть даже некоторые сербские меньшинства и отданы на откуп Италии, Австрии, Румынии…

– Да бросьте вы!.. Всем уже надоели ваши прибаутки. И где только вы их нарыли? Уж не у моей ли лошади в навозе? У нас, у хорватов, пулитика[14] такая – изводить всех европейских победителей.

Изображение хорватского культуртрегера. Рядом слова С. Радича: «Сербы – народ хороший, но только для того, чтобы умирать, а нам, хорватам, – создавать культуру». «Зенит». № 39. 1926

– Особенно с вашей клоунадой вокруг «тысячелетней культуры!», хотя это даже не ваше изобретение, а бредни венгров44. Да уж, чтобы хоть что-нибудь доказать, одного пустого самомнения, слепой агрессии и невоспитанности вам не хватит. А вера в собственное превосходство над творцами – это и вовсе откровенная пошлость, так и знайте!

– Экий вы шовинист!

– Разумеется! Просто быть сербом уже значит быть шовинистом. Но о политике я не говорю, для меня ваша пулитика конский навоз и есть…и тем более политика шантажа, клеветы, грубых оскорблений со стороны всей вашей братии и их сторонников – что за границей, что в Белграде. Неужто вы и правда считаете, что вместе со шпагой, выданной вам, к слову, исключительно для украшения, вы получили право затыкать мне, сыну Неизвестного Героя, рот – раз уж вам почти что удалось заткнуть рот целому народу, которого сегодня первыми обманывают и предают его же друзья?..

– Ничего-то вы в послевоенной пулитике так и не поняли. В первую очередь надо уважить ваших врагов и проигравших. А если победителям что-нибудь достанется, то и вам, героям развенчанной сербской легенды, будет польза. Только сейчас бесполезно продолжать разглагольствования о вещах, постичь которые ваш варварский балканский умишко не в состоянии. Только взгляните на вашу сестру! Как же ей не повезло с таким братцем, да и югославскому государству с таким гражданином несладко. Ох, несчастная сербская демократия…

Сербица покатывалась со смеху.

– …вы меня обижаете, – продолжил он, обращаясь теперь к Сербице. – Если бы Австро-Венгрия ещё существовала, то я бы уже сломал шпагу о голову вашего братца. Но к счастью, у нас и другие шпаги имеются: например, закон о защите Государства и запрет коммунистической пропаганды, которой вы занимаетесь тут с вашей балканизацией Европы, пытаясь устроить на Авале зенитистскую революцию.

– Что вы говорите?.. Это я-то коммунист?..

– Ещё хуже! Большевик на московском пайке45.

– Чёрт побери!.. – воскликнул Варварогений. – Вы, сербские отступники, прямо-таки рождены для того, чтобы искажать истину, иезуитство у вас в крови. А за коммунизм хватаются и фанатики, и прохвосты вроде вас: это удобный предлог, чтобы избавиться от тех, кто мыслит свободно, кто в нашей стране не хочет отрекаться от полутора миллионов сербских героев, погибших за великие идеалы, которым вы вечно чинили препоны, –