Последний выживший самурай. Том 1 - Сёго Имамура

– Сага-сама – три штуки, Кацуки-сама – четыре. Так… Кацуки-сама, пожалуйста, передайте свои три.

– Почему?

– В таком виде они занимают слишком много места. Поменяем на этот.

Мужчина достал из кармана еще один жетон. Он отличался от тех, которые Сюдзиро и другие участники носили на шее. В нем не было отверстия – не продеть веревку, его невозможно носить на себе. Но самое главное отличие заключалось в том, что на обоих сторонах жетона красовались алые печати.

– Это три балла. Синий цвет – пять, белый – десять. Сага-сама, у вас три балла, включая жетон на шее, поэтому обмен невозможен. Обменяем при следующей проверке.

Вот оно что. Сюдзиро думал, что нести тридцать жетонов будет неудобно, но организаторы хорошо подготовились. Футаба передала три своих жетона, а мужчина протянул ей новый, с алыми печатями.

– На этом…

– Подождите, объясните. Кто вы такие? – Вопрос застал мужчину врасплох, но по выражению лица его было ясно, что он слышал его много раз и уже устал отвечать.

– Я не могу дать ответ.

– Откуда взялись деньги за награду и что вообще такое кодоку?

– Что касается награды, прошу не спрашивать. Но кодоку я могу пояснить.

Сюдзиро не ожидал, что ему ответят, и в удивлении приподнял брови.

– Образованные люди поняли это с самого начала. Сага-сама… – с легким презрением улыбнулся мужчина.

Сюдзиро с отвращением цокнул языком.

– Я не очень хорош в кандзи, простите. Я долго жил в горах, там не было школ.

Мужчина достал из сумки на поясе тетрадь и подставку для письма и начал быстро водить кисточкой.

– Вот так. – Мужчина указал взглядом на иероглифы, приглашая на них посмотреть.

– Ко – проклятие, доку – яд… Проклятие, пришедшее с континента[43].

Сюдзиро задохнулся. На этом основывался метод наследования Кёхати-рю. Он вспомнил рассказ учителя, прозвучавший всего один раз.

Змей, лягушек, сороконожек, мотыльков, вшей и сотни других насекомых помещают в один сосуд и оставляют бороться за жизнь, поедая друг друга. Последний считается обретшим божественную силу, и если его почитать, можно получить богатство и благополучие, а также создать яд, способный убить даже самого крепкого человека.

– Вспомнили?

– Поэтому пятое мая…

Воспоминания одно за другим всплывали в памяти Сюдзиро. Учитель говорил, что с древних времен ритуал кодоку проводится пятого мая. Потому в этот день должна была состояться и битва за право наследовать Кёхати-рю. И вот и в этот раз все собрались в Тэнрю-дзи именно пятого мая. Сюдзиро до сих пор не осознавал связь, потому что пытался забыть об этом ужасном воспоминании.

– Не скромничайте, вы хорошо осведомлены… Ваше имя говорит, что уж вы-то были подготовлены. – Мужчина приподнял уголок рта в странной улыбке.

– Так мы – насекомые?

Наконец-то он все понял. Конечно, люди и насекомые – совсем не одно и то же, но с точки зрения того, что их заставляют сражаться друг с другом, это действительно кодоку. А роль ритуального сосуда исполняет Токайдо.

– Скоро вы покинете этот контрольный пункт. Поэтому я… Ох, вспомнил. Я буду присматривать за вами двумя, можете звать меня Цурубами. Рад знакомству.

– Эндзю, Цурубами[44]… Какие странные имена. А у тебя есть друзья Сакура, Момидзи, Хиноки?[45] – Сюдзиро цокнул языком. Псевдонимы, и никак иначе.

Однако Цурубами, идущий рядом, серьезно кивнул.

– Вы угадали. Есть еще Кэяки, Хиираги[46] и другие. Ну, мне пора.

Цурубами поклонился, быстро развернулся и пошел обратно по той же дороге.

В Тэнрю-дзи каждый наблюдающий выдавал деревянные жетоны двадцати участникам. Вероятно, Цурубами вернулся к входу в гостиницу, чтобы дождаться остальных, за которых отвечал.

«Какую цель они преследуют?..»

Зачем выплачивать огромные деньги за убийство? Если просто хочется избавиться от тех, кто превосходит других в боевых искусствах, то можно собрать всех в Тэнрю-дзи и прикончить одновременно. К тому же состязание на Токайдо – это только первая половина, а вторая будет проходить в Токио.

«Зачем настолько все усложнять?»

Несколько человек, что бились как демоны, – исключительные воины, но и остальные участники, несомненно, обладали отличными навыками. Те, кого Сюдзиро убил на перевале Судзу, были бойцами, которые в любом додзё могли бы получить звание мастера или передать знания ученикам. Возможно, лучших из них выбрали, чтобы выполнить какое-то задание.

О том, кем являлись организаторы, не хватало сведений. Но судя по тому, что они устроили такую западню и назначили такое вознаграждение, эти люди наверняка обладали значительной властью.

– Сюдзиро-сан…

Футаба положила жетон с печатями в мешочек и крепко его завязала. Девочка, хотя и вынужденно, наконец начала смиряться с ситуацией, однако теперь ее лицо снова омрачилось.

– Давай сначала подумаем, как добраться до Токио.

Что будет в Токио? Даже неизвестно, действительно ли выплатят награду. Но ни Сюдзиро, ни Футаба не могли отступить. Они готовы были хвататься за соломинку и поставить на карту собственную жизнь, чтобы выиграть в кодоку. Иначе жизни самых дорогих им людей не удастся спасти никому.

Оставив за собой городок, Сюдзиро и Футаба направились дальше, к Ёккаити, где они должны были встретиться с Кёдзином.

* * *

Это была полутемная комната в западном стиле. Пол устлан вильтонским ковром цвета крови, на стенах тусклые лампы.

В центре стоял стол из красного дерева, вокруг которого расставлены красивые стулья. Но сейчас здесь сидел только один человек – сложив руки на столе, закрыв глаза, в ожидании.

Прошло около десяти минут, и раздался стук в дверь.

– Войди.

Это был один из семи его личных секретарей, Хирагиси. Он руководил остальными.

– Они здесь.

– Впусти.

Хирагиси поклонился в ответ на короткий приказ и отошел, подавая знак кому-то снаружи. В комнату вошли четверо мужчин.

– Вы поздно.

– В таких глухих горах, где мы были, не проехать на повозке. Пришлось немного потрудиться, чтобы не привлечь лишнего внимания, – ответил самый высокий.

– Сядьте.

Подчиняясь краткой команде, мужчины заняли стулья.

– Еще раз благодарю вас за то, что вы разделяете наши устремления, – сказал, склонив голову, мужчина с тонкими усами.

– Мы делаем это ради блага страны.

– Хотя мы не думаем, что повторится произошедшее в прошлом году, среди самураев все еще много недовольных правительством, – фыркнул самый крупный.

– Война Сэйнан? Сайго оставили без присмотра, вот все так и обернулось. Мы должны были положить этому конец раньше.

– Мы считаем так же. Правительство тоже обеспокоено, но есть те, кто пока сдерживается, опасаясь, что жесткие меры приведут к восстанию… – Последним заговорил худощавый мужчина, но заключительные слова его были туманны.

– Окубо?

– Да, – за всех четверых