Господа психологи - Соня Дивицкая

– Ок, ок, – сдавался Юрген, – Я тебе говорил, мы живем вдвоем с папой?

– Да!

– Мать бросила нас, когда мне было двенадцать.

– Правильно сделала!

– Она вышла замуж и уехала в Брауншвейг. Теперь ты понимаешь меня, бэби? Андестенд? – он потрогал ее крепкую ладошку и еще раз объяснил, – Моя мать вышла замуж. Уже была замужем и еще раз вышла замуж, ок?

– В чем проблема? – Алена резко выпустила дым, – Моя мать выходила замуж раз десять…

– Я не знаю, в чем проблема! – Юрген забрал и затушил ее жуткую сигарету, – Мне было двенадцать. Сейчас тридцать два. И я не понимаю, в чем проблема. Но мне все эти годы кажется, что проблема есть!

– Вы не виделись все это время?

– Нет. Только письма. Четыре письма.

Алена вытянула загорелые ножки, заметно окрепшие за две недели ежедневных тренировок, и вздохнула:

– Доканали вы женщину своим спортом.

– Ты понимаешь меня дарлинг? Андерстенд? – волновался Юрген. – Я хочу, чтобы ты не сбежала. Ты должна приехать в Бельгию и не ездить в Россию три года. Этого времени будет достаточно, чтоб ты отвыкла от своих русских привычек.

– Жить будем с папой? – засмеялась Алена.

– С папой! – неожиданно развеселился Юрген. – У нас никто не живет с папой! Просто у нас большой дом, а папа один…

Алена обещала подумать. На раздумье она взяла три месяца. Обещала прилететь в Брюссель к рождеству. В маленьком кафе у ратуши в центре Монса, и в немецком баре города металлургов начались дебаты. Бельгийцы сходились во мнении, что Юрген страшно рискует. Русские девочки наоброт, новость приняли с радостью и собрались нагрянуть в Антверпен. Все многократно прощались с Аленой, и вдруг она сообщила Юргену – «В Брюссель не могу, вылетаю в Египет». Папа с облегчением перекрестился.

Когда Алена появилась в отеле, Юрген снова ее не узнал. Она опять превратилась в брюнетку, а заодно вернулись двадцать сброшенных кило. Он поднял ее на руки, и сразу прикинул план тренировок.

– Я с подружкой, – сказала Алена, – Сейчас я тебя ей представлю.

Юрген приготовил фразу на русском: «Добрый вечер, меня зовут Юрген, приятно познакомиться». Отрепетировали перед зеркалом. Пришли в лобби.

За стойкой он увидел девушку в длинном платье. Платье было совершенно мокрым, видимо, девушка искупалась одетой в бассейне. Она была босой, возможно, ныряла и потеряла в воде босоножки. Перед ней на стойке выстроились восемь бокалов виски.

– Это Чупина, – вздохнула Алена, – Чуп? Ты жива?

Юрген забыл приготовленную русскую фразу. Он вежливо улыбался и шептал Алене:

– Что я должен сказать? Что я должен ей сказать?

Девушка в мокром платье открыла глаза и кивнула Алене:

– А-а-а… Эт твой что ль?

К счастью, подружка быстро сбежала, Алена и Юрген остались вдвоем, но распорядок дня на этот раз немного поменялся. Вместо трехразового секса после обеда добавили теннис и перед ужином поставили еще один тренажерный зал.

Тренировки Алена многократно динамила и переезжать в Бельгию тоже отказалась. Причину объяснить не смогла, ее английский за все это время ни на шаг не продвинулся.

– У тебя кто-то есть, – сделал выводы Юрген, – Иначе ты бы не сомневалась.

– Ты думаешь, это такое большое счастье? – усмехнулась Алена, – Жить по чужим правилам?

На том и расстались. Довольно холодно, хотя, конечно, не без грусти. Так что после этого отпуска хвалиться друзьям ни одной, ни другой стороне было нечем.

Алена пришла в немецкий бар, заказал зеленый чай и вяло отбивалась от расспросов.

– И отельчик не пять звезд… И номер не люкс… – она зевнула, – И от страсти ничего не осталось.

– Жалко, – вздыхали подружки, – Юрген такой красавец.

– Спортсмен.

– Викинг.

– Какой он викинг… – вздохнула Алена, – Вы не понимаете… Ведь там же люди даже с собственной собакой не могут нормально погулять. Все только в строго отведенном месте! Все пакетиками!

– Нежели все?

– Да. Идет человек, ведет собаку на поводке, и ничего он там вокруг себя не видит, ни готику, ни экзотику… Он только и ждет, когда его собака навалит, чтобы быстрее эту кучу собрать в пакет и выбросить в специальную урну, на которой стоит маркировка «для собачьих фекалий».

– Да ты что? – изумлялись подружки, – Ну, ладно если вдруг на улице…

–Да, да, на улице я понимаю… А то у нас навалят вечно… Оставляют свои кучи… Но в парке?

– И в парке, – кивнула Алена, – Да! Я сама это видела: идет мужик с тремя левретками – и за каждой, за каждой ловит!

Последний отпуск Алену утомил. Она была сонной, ленивой, как обычно, когда уходила в зимнюю спячку. Из бара подружки погрузились к ней в машину, и она повезла всех на холм, в серую груду многоэтажек. На трубы, на оранжевое химическое небо никто не смотрел, Алена мечтала скорее добраться домой и рухнуть в постель. Она и рухнула, блаженно растянулась под одеялом, включила плеер и заснула после всех своих марафонов под тихую сказку про хоббитов.

Юрген в этот вечер тоже был расстроен. Его родной футбольный клуб вылетел из премьер-лиги. Друзьям своим он сообщил, что со страстной Аленой пришлось попрощаться, и потому он чувствует, что нужно идти к доктору, выписывать антидепрессанты. Бельгийцы шутили, что молитвы папы римского избавили Юргена от русской женщины. Юрген эти шутки не слушал, он сидел в наушниках, смотрел в окно и наблюдал рассеянно, как длинная стрелка часов на ратуше опускается вниз.

Кстати, сказка в наушниках у обоих была одна и та же. У Алены был Толкин на русском, и у Юргена тоже был Толкин, только на английском. Просто они не успели друг другу об этом сообщить.

Голодная женщина

Свершилось. Минувшим вечером Нино купила фаллоимитатор. И ничего смешного в этом нет, вибратор – вещь незаменимая в хозяйстве, особенно когда идет десятый год совместной жизни. Поэтому платочки теребить не будем, стыдливо глазки опускать не будем тоже. Ручками похлопали, ножками потопали, и давайте вместе, дружно поздравим женщину с покупкой.

Тем более!.. Тем более что секса у Нино не было уже полгода. И даже психолог, который консультирует ее по личным вопросам, давно говорил: «Купите. Не стоит копить сексуальное напряжение. В таком состоянии вы не сможете вести переговоры». Имелись в виду переговоры с мужем.

Брак у Нино умирал на глазах. А у кого он только не умирал! Среди наших знакомых пошла активная волна разводов. Девятый вал, ругались все! Нино терзала своего психолога: «Ну почему все так? Ну почему?» Он объяснил, как дважды два: «Семья