Марфин дом - Наталья Александровна Веселова

Лёра бросилась к заднему стеклу: спокойно убегала меж леса серая дорога, и пейзаж не оживлялся ни единым человеческим силуэтом…

«Есть еще порядочные мужики на свете, – подумалось Лёре. – Надо же, самому-то, оказывается, и не нужно было ехать! Меня доволок, а сам в лес свернул…».

Она рухнула на ближайшее сиденье и привалилась головой к подернутому дымкой стеклу. Хотела собраться с мыслями, но они вдруг начали разбредаться, меркнуть… Она знала, что должна вспомнить что-то важное, связанное с Марфой, и силилась выкопать это из памяти, но там только мерцали, потухая, чьи-то лица, обрывки фраз, громоздилась уже фантастические образы…

Голова Лёры упала на грудь, сумка соскользнула с колен, и на целых два с лишним часа она рассталась со своим назойливо свершавшимся бенефисом…

* * *

– Девушка, я мой район как свои пять пальцев знаю! Нет, говорю вам, здесь никакой избушки! Вы дорогу перепутали, – в десятый раз повторял Лёре милицейский капитан.

Вдвоем они стояли над картой района, и тоже в десятый раз Лёра вела пальцем вдоль тонкой линии, обозначавшей проклятую дорогу, останавливаясь примерно посередине.

– Я в своем уме еще! – заклинала она. – Я только что оттуда! Мне что, по-вашему, приснилось? Вот деревня, откуда мы выехали, вот Смоленск. И перепутать тут нечего, потому что дорога такая – одна!

Капитан раздражал Лёру еще и тем, что был абсолютно, мандариново рыж и носил такого же цвета усы, загнутые вниз, к подбородку. Усами он, очевидно, гордился и аккуратно ухаживал за этим своим безобразием. Лёра недолюбливала рыжих с детства, считая такой цвет ненормальностью, признаком такой же ненормальности души, своеобразным красным огнем светофора: опасайтесь, мол. Лёра была уверена, что все поголовно рыжие злые, сумасшедшие и упрямые. Недаром же есть у мудрого народа поговорка: «Что я, рыжий, что ли?!» – предполагающая без сомнений за рыжими способность совершать дурные и дурацкие поступки.

Капитан этому предположению соответствовал вполне. С самого начала он уперся на том, что «нет, потому что не может быть» – и стоял на своем каменно, не принимая в расчет ни клятв, ни доказательств.

– Хорошо, я что, по-вашему, все это выдумала?!! – вскричала, наконец, отчаявшаяся Лёра.

– Может, и выдумали, кто вас знает. Много таких шутников, – невозмутимо ответил капитан,

– Так что же теперь – им умереть там?!! Из-за того, что вы мне не верите?! – заорала Лёра, готовая зарыдать от бессилия.

– А вы, гражданочка, потише тут. Не буяньте, а то я, знаете, и меры принять могу.

Лёра задохнулась:

– Что-о?! Ме-еры?! Да вы…

Ветхая дверь деревянного строения распахнулась, и на пороге появился веселый румяный молодой человек.

– О чем сыр-бор? – с ходу приветливо спросил он. – Что, Михалыч, преступницу изловил в кои-то веки?

– Вот, – подскочил капитан. – Вот. Вот он вам докажет. Он как раз на том вертолете пожарном летает, который вам нужен. Пять лет летает и сверху все эти леса сто раз видел. Поди сюда, Василий, глянь. Есть тут дом или нет?

Василий недоуменно склонился над картой, посмотрел и уверенно ответил:

– Нет.

– Вот! – торжествующе прогудел капитан. – Нету! А она говорит, есть.

И тут произошла странная вещь. Вместо того, чтобы безоговорочно встать на сторону милиционера, Василий выпрямился и внимательно, может, даже пронзительно, посмотрел Лёре в глаза.

– Вы там были? – быстро спросил он. – Рассказывайте, что случилось.

Обрадовавшись его дружелюбию, Лёра в двух словах толково объяснила Василию всю ситуацию.

– Дела-а… – протянул и он и оборотился к рыжему: – Лететь надо, Михалыч.

«Наконец-то приличный человек нашелся!» – прошла у Лёры восторженная мысль.

Но «Михалыч» снова закобенился, напав на этот раз на Василия:

– Снова, что ль, твоя чертовщина? Бабку свою все слушаешь?

– Чертовщина или нет – а только у меня это второй раз уже, – покосившись на Лёру, ответил летчик. – А до меня папанька мой летал, так у него – раз шесть было.

– Да вы просто дураки оба свихнутые! – взвился капитан. – А батя твой меньше бы за воротник закладывал – не мерещилось бы ему…

Сбросив со счетов рыжего болвана, Лёра подскочила к Василию и уцепилась за него:

– Летите, пожалуйста, летите! Я не могу уж больше – хоть меня пожалейте!

Парень еще раз окинул Лёру глубоким и странным взглядом:

– Не летите, а летим, девушка. Без вас не найти.

При мысли о том, что ей придется лететь в вертолете, Лёра испытала отчетливый приступ тошноты, но, поскольку рукой она уже мысленно давно на все махнула, то справилась с собой:

– Да, летим… Что поделаешь – судьба моя такая глупая…

Михалыч тихо матюгнулся, сплюнул и принялся натягивать форменную куртку, бормоча себе под нос что-то на тему о том, что «связался с психами – так хорошего не жди…».

Лёра и раньше слышала, что летать на вертолете – вещь ужасная, но что ужасная настолько – предположить не могла. Казалось, все до единой внутренности сорвались с места и сбились в кучу. Ежесекундно горло сжимали спазмы, барабанные перепонки лопались от грохота, глянуть вниз было страшно. Она сидела в кабине рядом с Василием и настолько была поглощена собственным страданием, что не сразу откликнулась, когда он прокричал ей в ухо:

– Дорога! Смотрите, «уазка» в кювете валяется: не ваша ли?

Переселив себя, Лёра посмотрела: точно. Она явно различила торчавшие вверх четыре колеса за бугорком. Кивнула Василию – туда, мол, – и сразу увидела избушку. Из трубы поднимался дымок. «Томка оклемалась и печь топит – больше некому», – сообразила она и с торжеством обернулась к капитану, чьи рыжие усы торчали позади между ними:

– Что я говорила?! Вы и теперь станете утверждать, что знаете район как свои пять пальцев?!

И вдруг вместо ответа Михалыч резко отпрянул от нее, стянул шапку и широко перекрестился.

Лёра недоуменно повернулась к Василию и встретилась с ним глазами. Он смотрел на нее так, словно хотел взглядом просверлить ей мозги. Сглотнул и спросил:

– Вы… точно видите? – его голос дрогнул.

– Господи, да конечно! Хоть и темнеет, но видимость-то хорошая! Вон – дом, а вон –дым.

– Зависаю, – надломленно отозвался Василий. – Лезьте назад. Поможете Михалычу «люльку» сбросить и трап тоже…

К тому моменту Лёра находилась уже в том