Рассказы 31. Шёпот в ночи - Александр Сордо

– Не сердись.

Быть поистине радушным хозяином не так уж и легко. Нужно знать предпочтения гостей, угадывать их прихоти и дать тем насладиться вожделенным статусом «халиф на час». Митяй не стал сильно заморачиваться.

Два удобных плетеных кресла на террасе. Круглый столик, покрытый васильковой скатертью. Мельхиоровые подстаканники середины прошлого века. Хрустальная вазочка с печеньем. Нарезанный лимон на блюдечке. Фарфоровый чайничек.

Уже смеркалось. Уличные фонари загорелись теплым светом.

Архитектор пододвинул к себе стакан и отпил чая. Зажмурился от удовольствия.

– Цейлонский?

– Да. Меня папа учил заваривать.

– Вкусно. Так о чем вы хотели поговорить, Митенька?

– Вы хорошо знали Пряху.

– Да, я один из немногих, кто смог найти с ней общий язык. Знаете, мне было ее по-своему жаль.

Ткач вопросительно изогнул бровь.

– Да-да, многие знания – многие печали. В своей руке, Митенька, вы держите судьбы людей. А если вы ошибетесь? Что будет с ними?

– И Пряха…

– Наталья Степановна всего-навсего человек, а не бог. За ее показной маской вредной старухи пряталась усталая женщина. Она весьма переживала свои неудачи.

– Занятно.

Ткач поднес стакан ко рту и сделал большой глоток.

– Митенька, я знаю, – юноша непроизвольно вздрогнул, – как вам сейчас тяжело. Такая ответственность. Но вы справитесь.

– Николай Демидович, вы обращались с просьбой к Пряхе?

– Конечно. Трижды.

– А Пряха к вам?

– Вопросы подобного толка не принято задавать, – слегка пожурил Ткача Архитектор и едва заметно кивнул головой.

– Смею предположить, вас попросили спроектировать тайник в этом доме.

Старик молчал. На лице заиграла лукавая улыбка.

– Я готов…

– Оставьте, Митенька. Я и так вам покажу.

Архитектор прошел в дом, миновал кухню и остановился напротив двери в чулан. По стенам помещения стояли открытые шкафы с банками солений, меда, варенья. Пачки соли, сахара, макарон, круп и подобного ассортимента. В стену напротив входа были вмурованы аптекарские весы, совсем как у Фемиды. Анахронизм, не более. Кто ими будет пользоваться?

– Наталья Степановна почему-то обожала именно гречневую кашу. Рецепт был прост. Две унции ядрицы и пятая часть пинты воды. Я подожду вас, Митенька, снаружи.

– Но…

Архитектор развернулся и зашагал на террасу. Юноша почесал макушку.

– Загадки пирамид, блин.

Впрочем, как и многие, в детстве он увлекался квестами. Намек был более чем прозрачным. И, отыскав мерные стаканчики с рисками, Ткач поставил их на чаши весов. В один из них он насыпал гречку, другой наполнил водой.

– Крибли…

Договорить Митяй не успел, плитка под ним вздрогнула и пошла вниз. Эдакий гидравлический лифт в подвал. Небольшая квадратная комнатка, три на три. Удобное кресло, торшер, маленькая тумбочка. И все. Голые стены бетона. Ни намека на скрытую дверь или тайник.

Митяй бегло ощупал холодный камень и, естественно, ничего не нашел.

– Думай, голова, думай. Пряжа, вязальные крючки и…

Закрыв глаза, он сосредоточился. Ладони задрожали. Ткач ощутил вибрацию справа, шагнул туда и вытянул руку. Пальцы наткнулись на шерстяную ткань. Откинув полог в сторону, он прошел сквозь стену и открыл глаза. Впереди узенький коридор раздваивался.

– Вы же не просто так упоминали Дедала?

– Нет, конечно. Когда Наталья Степановна обратилась ко мне, то первое, что пришло на ум, – это лабиринт. Я поделился идеей с ней и получил одобрение. Вы не решились пройти его. Почему?

– Мне показалось, что сил не хватит. Я не готов пока.

– Похвально, Митенька. Вы рассудительны. И терпеливы. Достаточно хорошие качества. Со временем вы станете весьма достойным мастером, возможно даже легендарным. Проводите меня до машины?

Ткач сделал приглашающий жест. Уже стемнело, но стояла полная луна. И ее света хватало с лихвой.

– Вы чем-то опечалены?

– Зачем нам все это? Эти сверхспособности. То ли наказание, то ли… – Ткач замолк.

– Размышляете о смысле жизни, Митенька? К сожалению, это свойственно всем несчастным людям. Увы.

– А вы?

– А я счастлив.

– Из-за дара?

– Отнюдь. Он скорее сродни кресту каждого из нас. – Старик остановился и, сняв очки, потер переносицу. – Хотите совет, Митенька? Счастье – оно складывается из мелочей. Вроде бы незначительных на первый взгляд, но они копятся и копятся. У меня – это близкие люди. А вот вам еще предстоит отыскать свой источник.

Архитектор нацепил очки обратно на нос и абсолютно спокойно продолжил:

– Хорошая ночь, чтобы уйти.

– Куда? – не понял Ткач.

– Совсем уйти, – грустно улыбнулся старик и закашлялся. – Мне немного страшно, Митенька, побудете рядом?

Николай Демидович начал оседать, как в замедленной киносъемке. Юноша едва успел подхватить его и бережно опустить на все еще теплые плиты. Ладонь зашарила по земле. Нить обнаружилась сразу же. Только когда Ткач потянул ее к себе, от ветхости та порвалась, совсем как гнилая веревка. Поздно, слишком поздно.

Архитектор силился что-то сказать, но не мог. Ткач нащупал его руку и стиснул.

– Вы не один, Николай Демидович. Не бойтесь.

– Спасибо, Митенька, – не услышал, прочитал по губам. – За Настеньку спасибо!

* * *

– Это становится дурной привычкой.

– Что именно?

– Встречаться на похоронах, – мрачно пошутил Егор.

Почтить память Архитектора явились очень многие, словно в противовес прощанию с Пряхой. Кто-то рыдал навзрыд, кто-то восторгался почившим гением, а Ткач с Коллекционером стояли в тени деревьев и терпеливо ждали, пока схлынет народ.

– Не лазил еще? – поинтересовался Егор.

– Нет.

– Чего ждешь?

– Чего? – задумчиво повторил Ткач и достал из кармана моток красной пряжи. Повертев в руках, убрал обратно. – Нутром чую, что наследство Пряха решила защитить по полной. Не готов я. С мыслями никак собраться не могу. А это чревато.

– Спешка хороша при ловле блох, – одобрил Егор.

Дальше они стояли в тишине, пока все паломники не покинули могилу. К вороху цветов добавилось два букета.

– Зачем ты приезжал к Пряхе? Что ты хотел поменять в своей судьбе?

– Это так важно?

– Не знаю, – пожал плечами Митяй. – Стало интересно.

Он не ждал ответа, но услышал его.

– Ничего. Меня все устраивает, насколько это возможно.

– Тогда…

– Скорректировать нужно было чужую судьбу.

– Но…

– Пряха могла. Это чертовски сложная комбинация, и все же реальная. Мы не изолированы, мы связаны друг с другом. Звенья одной цепи. Вся трудность в том, чтобы правильно просчитать вмешательство.

– Интересно.

Они подошли к выходу с кладбища.

– Тебя подбросить? – спросил Коллекционер.

– Нет, прогуляюсь.

– Ну тогда бывай.

Митяй крепко пожал протянутую руку и зашагал к парку. Он любил бывать на Новодевичьих прудах. Спокойно тут было. То ли место такое, то ли монастырь так действовал. Какая, на самом деле, разница?

«Сегодня! – озарила внезапно мысль. – Сегодня попробую!»

И застыл. На скамейке перед ним сидел его бывший друг и обнимал его бывшую девушку. Ткач непроизвольно опустился на корточки