Избранные произведения. Том 5 - Абдурахман Сафиевич Абсалямов

Издали слышен вливающийся в шум леса своеобразный, тонкий звон остро отточенных пил, гул падающих спиленных деревьев, стук топоров, гудение тракторов, окрики и понукания возчиков. Чем ближе к делянке, тем шум сильнее. За поворотом открывается и сама делянка. Впереди чёрная стена леса. Ловко орудуя моторными и лучковыми пилами, идут на неё в атаку вальщики. От прикосновения острой звенящей пилы могучие сосны, стройные пихты, десятилетиями гордо шумевшие здесь зиму и лето, не сгибаясь даже под самыми буйными ветрами, чуть вздрагивают, на секунду, словно недоумевая, замирают в неподвижности, затем медленно валятся на землю. На месте их падения вздымаются снежные фонтаны. Через несколько мгновений снежная пыль белым куполом парашюта опускается на землю, оседая на шапках, на плечах лесорубов белой искристой опушкой.

Метрах в пятидесяти сзади вальщиков работают сучкорубы. Весело поблёскивают в лучах утреннего солнца их топоры, далеко во все стороны отлетает свежая щепа. После них на земле остаются лишь груды сучьев да оголённые стволы. Сучья тут же оттаскивают в сторону и бросают в огромные костры. Сухая хвоя вспыхивает, как порох, и горит, потрескивая, слепящим ярким полымем, а от сырых веток далеко по лесу стелется густой желтоватый дым. Сваленные и обрубленные деревья выволакивают трактором или лошадьми в центр делянки, на специальную площадку, где производится разметка. Затем их распиливают, сортируют, клеймят и наконец грузят на беспрестанно подъезжающие к эстакаде автомашины, тракторы или подводы.

Здесь-то как раз и работают Карп Васильевич с Газинуром. Карп Васильевич быстро обмеряет длинные брёвна выкрашенным в жёлтую краску метром, ловко высекает на них топориком зарубки. По этим зарубкам пильщики распиливают дерево на части.

Газинур выполняет ту же работу, что и Карп Васильевич. Он многому научился у старика. Правда, у него нет ещё той уверенности и находчивости, какая была у Карпа Васильевича. Газинур знает, что главная задача разметчика – выявить побольше древесины дорогих сортов. Но знать – одно, а осуществлять на деле – другое. Чтобы не ошибиться, он, прежде чем начинать разметку, обычно обходит лежащее перед ним дерево от одного конца до другого, примеривается, прикидывает, иногда даже, опустившись на колени, проверяет лесину с той стороны, что лежит на земле. На это уходило порядочно времени. Зато какое чувство удовлетворения испытывал он, когда ему удавалась трудная разметка! Если к тому же услышит от Карпа Васильевича два-три слова одобрения, на душе у него словно жаворонки начинали петь свою весеннюю песню. Когда же надо было проставлять на готовые брусья клейма, он успевал это делать и за себя, и за Карпа Васильевича – глаз и рука его никогда не ошибались.

Устав от напряжённой работы, Газинур любит взобраться на высокую эстакаду. Сдвинув шапку на самый затылок, он наслаждается прохладным прикосновением ветра к горячему лбу, а большие, чёрные, блестящие глаза его обегают всю делянку. Он со своей вышки перебрасывается шутками с бойкими девчатами, которые охапками, словно копны сена, таскают обрубленные сучья. Возчики, шофёры, водители тракторов, укладчики брёвен – кто только не знает его! И для каждого у него находится приветливое слово. Но чаще всего его глаза устремляются в дальний конец делянки, где работает Володя Бушуев. Белокурые волосы Володи выбились из-под шапки на лоб. Вот он не спеша отходит от только что сваленной сосны к следующей и окидывает её (точь-в-точь как Карп Васильевич) тем уверенным и деловитым взглядом, который присущ только людям большого опыта, – определяя наклон ствола, силу и направление ветра, чтобы решить, как лучше заставить её лечь в точно рассчитанное место. Всё это Бушуев делает в несколько секунд. Потом бросает два-три отрывистых слова своему напарнику – и вот уже зазвенела моторная пила. Проходят мгновения – и стройная сосна, словно не найдя, за что ухватиться на сероватом небосклоне, плавно валится набок.

Деревья, сваленные Володей Бушуевым, ложатся по обе стороны тракторной дороги так, что их макушки образуют по отношению к ней острый угол, а Газинуру с высокой эстакады они кажутся одной большой ёлкой. «Умело работает наш Володя», – думает Газинур. Он уже знает, что такой способ валки вдвое облегчает труд тех, кто выволакивает брёвна на обрабатывающую площадку.

Газинур подружился с Володей Бушуевым с первых же дней своего приезда. Среднего роста, с шапкой русых кудрей, с открытым лицом и светло-голубыми внимательными глазами, Бушуев любил посмеяться и попеть, но умел и засучив рукава поработать. Его слава лесоруба гремела далеко за пределами леспромхоза, но ни разу не дал он почувствовать Газинуру своего превосходства. Правда, вначале без удержу смеялся над его наивными вопросами, но потом терпеливо принялся объяснять каждую его ошибку. Скоро Газинур узнал стороной, что Бушуев – потомственный лесоруб, отец его и посейчас работает на соседнем участке. Володя – младший в семье. Володины братья: один – инженер, а другой – командир Красной Армии. Володя и сам в будущем мечтает стать командиром. Узнал Газинур и то, что у Володи есть любимая девушка Катя, которая работает на здешнем медпункте. Она сейчас уехала в Свердловск и скоро должна вернуться.

Газинуру очень хочется сбегать к Володе, да некогда – вот-вот подойдут машины, надо закончить маркировку завезённого на площадку леса… Газинур спускается с эстакады и, поплевав на руки, снова принимается за клеймение.

В коротком полушубке, в нахлобученной на самые глаза собольей шапке, на территории участка показался секретарь леспромхозовской партийной организации Павел Иванович Иванов. Потолковав о чём-то с Бушуевым, он двинулся дальше. Постоял возле обрубщиков, от них перешёл к бригаде трактористов. Взобравшись на трактор и показывая по сторонам, в чём-то долго убеждал водителей.

Павел Иванович появлялся на участке каждый день. Обычно приход парторга совпадал с обеденным перерывом, рабочие тотчас же обступали его, и возникала непринуждённая беседа о леспромхозовских делах, о последних газетных новостях, о международном положении. Парторг всегда носил с собой карту – прикрепит её кнопками к дереву и, водя по ней поднятым со снега прутиком, рассказывает о событиях на Балканах, в Австрии, о борьбе против фашизма в Испании, затронет обстановку на Тихом океане, в Китае и подведёт своих слушателей к причинам начавшейся второй мировой войны. Рабочие любили слушать Павла Ивановича. Он был мастер рассказывать о самых, казалось бы, сложных вещах простыми, доходчивыми, понятными для каждого словами.

Обходя участок, Павел Иванович поздоровался с молодым маркировщиком за руку.

– Ну, товарищ Гафиатуллин, как дела? Как настроение земляков?

– Лучше быть не может, – доверчиво улыбнулся Газинур. – Спасибо