Убежище. Книга восьмая - Ольга Станиславовна Назарова

Мила призадумалась, а потом отправилась двигать мебель…

«Художники – они бывают разные! Эта вот художница была явно от слова «худо», – сформулировал Пашка, фотографируя оставленные Милой акварельки и отправляя их сестре – не одному же ему это созерцать, а так всё логично: порадовался сам – порадуй сестру.

Ответ пришёл быстро:

«Паш, это нам тоже нужно! Если при бегстве тёткобабуль ЭТО окажется бесхозным, хватай и прячь к первому гм… предмету».

Пашка с видом знатока осматривал третью акварельку, изображающую, судя по всему, взбесившийся экскаватор, застрявший в джунглях, как вдруг из спальни деда и бабушки раздался короткий, но крайне выразительный вопль.

«Первый пошёл… – флегматично сформулировал Паша. – Интересно, дед выйдет или решил доверять?»

Из дедовского кабинета опасливо высунулась бородатая смышлёная морда Пина, и на Пашу вопрошающе уставились карие глазища.

Пашка сделал жест рукой, словно что-то сметал в сторону, и пёс моментально убрался обратно в комнату, изумив Александра Павловича.

– Ничего себе выучка…, да ты умный?

Пин только что плечами не пожал, пришёл к деду, устроился рядом с ним, чуть впереди так, чтобы любому вошедшему было понятно – этот человек под его защитой. Именно это приказал ему хозяин, когда выходил из комнаты. Так что он сидел и охранял, хотя ему очень хотелось уточнить, что там случилось – почему так взвыла одна из вторжениц, а ещё почему замолкла и не отвечает на вопросы второй. Нет, то есть отвечает, но так врёт, что это даже досюда слышно!

– Мила, ты чего вопила, а? – выспрашивала младшую сестру Инна. – Так заорала, что я чуть рис мимо не просыпала!

– Ничччего я не орррала…– у Милы слегка тряслась нижняя челюсть, поэтому звуки вываливались изо рта не очень-то упорядоченно. – Пррросто на нногу ттумбучку пппставила! Она ту-ту-тут не длжна стаить!

Мила очень-преочень старательно не смотрела на бабушкин шкаф, из чего наблюдательный Пашка сделал вывод, что сработала ловушка, спрятанная именно там.

«Да, пожалуй, Поля была права… Если бы оттуда что-то вылетело или бабахнуло, это было бы слишком очевидно, а вот пиджак от бабушкиного костюма, который протягивает навстречу рукав для рукопожатия, несколько смущает», – Паша сделал логичный вывод и теперь спорил сам с собой, что будет дальше.

– Странная ты всё-таки! – заявила Инна, выплывая из комнаты. Она как раз обнаружила, что вчерашний рис и суп с котлетами так и остались нетронутыми, а прочие кастрюли куда-то испарились, и приняла решение выкинуть эту еду, вымыть кастрюли и сковороду и продолжать готовку уже в них – для её планов одной рисоварки было явно недостаточно.

Инна решительно сняла крышку со вчерашнего риса, запустила туда ложку, чтобы извлечь его, но тут поверхность полезного продукта задрожала и стала как-то странно вспучиваться, будто оттуда кто-то вырывался наружу…

Глава 20. Рецепт любознательного рисошашлыка в интерьере

Инна остолбенело смотрела на рис, и у неё возникало ощущение, что оттуда, из глубины рисовой массы, кто-то на неё смотрит!

Вот приподнялись две рисинки и…

– Иииииийхххх! – визг Инны вблизи источника мог прибить и распылить на атомы любое живое белковое существо, но тому, кто сидел в рисе, это, как видно, было неважно…

ОНО продолжало выбираться наружу!

Инна отважно сорвала с крючочков, на которых у невестки висела кухонная утварь, половник и точным ударом прибила это самое ОНО.

Из кастрюли раздался укоризненный вздох, но рисинки опять зашевелились!

– Аааааарррхххх! – в переводе с Инно-отчаянного языка это означало: «Ах вот ты как? Не знаю, кто ты и что ты такое, но я тебя счас каааак пришибуууу…»

Серия коротких, но отчаянных ударов половником по рису живо заинтересовала Милу, возникшую в дверях кухни.

– Ээээ, это такой особый метод приготовления риса? Рисоотбивная? – с превеликим любопытством уточнила Мила.

Она, по зрелом размышлении, решила, что рукав пиджака просто зацепился за дверцу, вот и потянулся за ней, поэтому пугаться тут нечего!

Так что, узрев сестру, целеустремлённо «yбивaющyю» рис, она воспряла, обрадовалась и начала с сестринским энтузиазмом уточнять детали этого экзотического рецепта.

– Уйди отсюда! – прошипела Инна.

– Дорогая… погоди, так это же вчерашняя кастрюля! Аааа, я понялаааа! Ты решила сэкономить и накормить Сашку вчерашним рисошашлыком? А рис не слушается, и ты его за это наказываешь?

Инна много чего могла бы ответить сестрице, но рис продолжал вести себя неправильно, и она была занята – сражалась с ним!

И тут она узрела в дверном проёме Пашку:

– Бабулечка Иннулечка, а что это вы тут делаете, а? – с откровенным любопытством спросил мальчишка.

– Аааа! Так это ты что-то устроил, да?

– Где? – удивился Пашка. – В кастрюле с рисом? Да что там можно было устроить? Разве что пиротехнику какую-нибудь установить… –задумчиво протянул он, и Инна опасливо и поспешно прикрыла кастрюлю крышкой и отступила подальше.

– Но я никогда ЕДУ НЕ ПОРЧУ! – Пашка выделил эти три слова так, что стало понятно, кто тут её портит…

– И я не порчу! – радостно подхватила Мила, которая уважала всякие вредноприятные вещи типа жареной картошечки с солёным огурчиком и всевозможных тортиков, а к экспериментам старшей сестры относилась с крайним подозрением.

– Да что бы понимали! Это индийские специи! Основа жизненной энергии! – прошипела Инна. – А тут рис вылезает и шевелится!

– Ну так чего вы удивляетесь? – резонно спросил Пашка. – Зарядили рис этим самым источником, вот он и пошёл…

Инна уже точно уверилась, что тут не обошлось без противного мальчишки, а раз так, то, если у него в руках рис «пойдёт» дальше, это будет ему хорошим уроком!

– Раз ты такой умный, возьми и вытащи его из кастрюли! – Инна на вытянутых руках пронесла ёмкость до двери и вручила Пашке.

– Думаете, ему там уже скучно и тесно? – c cомнением уточнил он. – Ну, как скажете…

Пашка достал новый мусорный пакет, расположил его на полу и, открыв крышку, ловко переместил содержимое кастрюли в пакет. Нет, несколько рисинок при этом пошевелились, но не более того…

– Напугал я его, видимо…– покаянно вздохнул Пашка – Ну, извини, дружище, я не хотел, – сказал он рису, подумав, что приличное количество соды, хорошо перемешанное с рисом, и отлично замаскированная на дне капсула из тонкой-тонкой плёнки, наполненная крепким раствором лимонной кислоты, дают отличный результат. На плёнке для маскировки он лично прикрепил чёрные корки от пригоревшего до черноты дна, так что понять, что это, можно было, только перебирая содержимое кастрюли по рисинке.

Инна, которая, как коршун, следила за его руками, ничего подозрительного не увидела и решила, что это… ну просто рис так…