Токсичная невестка - Соня Дивицкая

– Какая дурость! – Роз Михалне такие кренделя, конечно, сразу не понравились.

Свекор не любил спорить с женщинами. И поначалу ему нравились ночные дежурства, он успевал заскочить в магазин, выбирал себе бутылочку вина, каких-нибудь креветок, и когда Бабуля засыпала, а засыпала она как младенец довольно быстро, свекор устраивал себе литературные вечера с винцом и книжечкой.

Утром, возвращаясь на Белую дачку к жене, он делился впечатлениями о прочитанном. Роз Михална отмечала, что список литературы стремительно растет. Бердяевскую «Философию свободы» он начал в первые свои дежурства, за ней пошли мемуары Врангеля, потом Деникина, а вы меня простите, это книжки не на вечер. Когда свекор понес на дежурство Макиавелли, этот тяжелый забубенный кирпич, Роз Михална не выдержала.

– Все. Пора мне, чувствую, вашу избу-читальню закрывать.

Прекрасным тихим вечерком, когда за окнами летели первые снежинки, Роз Михална позвонила тетке Мэри.

– Добрый вечер, моя дорогая… Я хотела с тобой кое-что обсудить. Мне такая система не нравится. Мой муж должен спать дома, со мной, а не с мамой. Больше я его не отпускаю.

– Вы думаете только о себе! – сопротивлялась тетка Мэри. – А у меня нет своей жизни!

– Как это нет своей жизни? Что значит «нет жизни»? Это и есть жизнь – вчера была свобода и развлечения, а сегодня нужно немножко потерпеть…

– Почему я должна терпеть? – не могла понять Мэри. – Это наша мать! Не только моя! Мы должны дежурить у нее вместе! Я не могу все делать одна! Мне в парикмахерскую некогда сходить! Я уроки провожу без камеры, мне стыдно показаться ученикам! У меня на йогу времени не остается!

– Мэри, соберись! – дала команду Роз Михална. – Это твои временные трудности.

– Почему только мои? – упиралась Мэри. – У нас семья! Он должен заботиться о нашей семье!

– Нет, нет, дорогая… – сразу поправила ее Роза. – Здесь ты не права. У тебя своя семья, а у него своя. Он женатый мужчина, ты постоянно об этом забываешь. Или, может быть, ты хочешь нас развести? Так и скажи. Только у тебя ничего не получится. Многие пытались, ни у кого не вышло.

– Я не хочу никого разводить! – обиделась Мэри. – Я хочу, чтобы мне помогали!

Роз Михална положила трубку и усмехнулась.

– Ах, ты ж… золовка – злая головка! Ну, хорошо… Я тебе покажу.

В эту ночь мой свекор остался дома, с женой, в своей любимой спаленке с графиками Парижа, а на следующий день они вместе поехали к маме в Желтый домик.

– А ну ка!.. – улыбнулась Роз Михална и шагнула в маленькую стариковскую кухню, – где тут наша больная?

– Подкаблучник! – шипела брату Мэри. – Я бы ни за что не смогла жить как ты! Всю жизнь пляшешь под ее дудку! Даже кулаком по столу ударить не можешь!

– Могу! – ответил Папочка, и чашки на столе подпрыгнули.

Он подошел в спальню к Бабуле, подхватил ее на руки вместе с одеялом и понес в машину.

– Куда вы меня несете? – закричала старушка. – Отпустите меня! Я с вами никуда не поеду!

– Мама, не бойся! – сообразила Мэри. – Поезжай, отдохни там немножко…

– На месяц, – уточнила Роз Михална. – Мама! Мы вас забираем к себе в санаторий!

– Нет, Роза! Я тебе не верю! – кричала старушка. – Ты везешь меня на бойню! Ты меня хочешь убить! Ты меня хочешь зарезать!

– Да что вы, мама… – Роз Михална поправила на ней одеяльце. – Мы вас столько терпели… Нам уж теперь вас жалко.

Целый месяц Роз Михална занималась со свекровью по своей методике. Она выводила ее на солнышко посидеть у реки на мостушке, посмотреть в чисто поле, надышаться снежком, она с ней делала гимнастику, включала ей на сон грядущий «Евгения Онегина» в исполнении Смоктуновского. Когда тетка Мэри приехала забирать свою мать, Бабуля вышла к ней, на ходунках, конечно, но своими ножками.

– Она же упадет! – испугалась Мэри. – Держите ее!

– Вот и дочка приехала! – улыбнулась Роза.

Это была последняя зима нашей Мисс Тревожность. В марте, когда опять ударили морозы, тетка Мэри захандрила, простудилась, Бабулю снова привезли на Белую дачку к двуличной невестке, и там она спокойно умерла.

Роз Михална ее наряжала в смертное платье и прочие похоронные дела тоже оказались на ней. Мэри не могла этим всем заниматься, у нее был жуткий стресс, с температурой и тяжелым кашлем она свалилась в постель. Гроб подвезли к Желтому домику, где заперлась бедная Мэри, она попрощалась с матерью и быстро захлопнула дверь.

28

Дружба со свекровью, или Есть ли жизнь на Марсе?

Ни одна свекровь не испортит вам жизнь, если вы сами ее себе не испортите.

Cо свекровью тоже можно подружиться, только для этого нужно забыть на некоторое время, что она вам свекровь. Чтобы дружить со свекровью, надо в принципе уметь дружить, хоть с чертом, хоть с соседями. Вот наша легендарная старушка Марь Иванна могла дружить даже c первой женой своего мужа, они спокойно договаривались, и та без воплей с превеликим удовольствием отпускала дочек к ней в гости. Люди были другие! Без интернета жили, никто не сидел по углам, уткнувшись мордой в айфон, после работы играли в шахматы с коллегами, в кино ходили, и в гости можно было просто так зайти, без повода, и сидеть, говорить, говорить, наслаждаться беседой…

Мы не такие. Мы не душевные, так бы про нас сказала старушка Марь Иванна, мы сидим в ресторане каждый сам по себе, каждый листает свою дурацкую ленту, на живых людей нам плевать, от живых людей расходы, нервы и зараза. Сегодня лучший друг – это тот, кто пьет с тобой по Скайпу, потому что его можно выключить в любую минуту, как только надоест. Мир стал эгоцентричен, дружба как форма досуга уходит в прошлое, но остается дружба как способ работы. Мы общаемся по интересам, это единственное более-менее безопасное поле, на котором можно строить общение с кем угодно, даже со свекровью.

Со Второй Левушкиной Экс у Роз Михалны осталась куча общих интересов, вот кто была ее лучшей невесткой. И собаки, и бизнес, и сад-огород, и ремонты. Вторая Экс умела все, своими ручками она могла покрасить, приклеить, строгать, циклевать, она знала, как называются строительные инструменты… Я знаю только дрель и дюбеля, а эта знала и шлифмашинку, и домкрат! Она собрала настоящую лодку! Катер с мотором, господа, эта женщина-коммандос сделала сама, и сама же спустила ее на воду. Когда она показывала видео своего сплава по Волге и рассказывала, как шлифовала днище, Лева сразу воспламенился. Плавать под пиратским флагом была его детская мечта. Вторая Экс приглашала его в круиз с какими-то общими друзьями-собачниками, но, конечно, никто его в кругосветку не отпустил, Лидок следила, чтобы они с бывшей как можно реже встречались.

Вторая Экс была уже давно не коммандос, к полтосу ближе она расслабилась, и оказалось, что весь ее феминизм и грубость, и резкость, и взгляд с прицелом – все это было возрастное, как дочка была готом в пятнадцать лет, так и мама была феминисткой в тридцать.

В последнее время Вторая Экс прекрасно выглядела, это все заметили, естественно, вслух почеркнули, что очень нервировало Лидок, и совершенно напрасно, напрасно. На бывшей Левушкиной было написано – у меня роман, моя сексуальная жизнь наконец-то наладилась. Она отпустила волосы, вылезла из своих постоянных фуфаек, и с денежками у нее теперь тоже все стадо ок. Она работала как частный архитектор, коттеджи, дачки, баньки – это она людям проектировала. Из женщины-коммандос получилась собранная аккуратная бабеночка в элегантной шубке, и даже машина у нее теперь была тоже женская, свою любовь к танкам она оставила.

– Многовато жрут, – поделилась она с бывшей свекровью. – За понты переплачивать неохота.

Все это очень Роз Михалне нравилось, она любила организованных женщин, и всякий раз, когда Вторая Экс звонила, спрашивала, можно ли заехать в гости, Роз Михална отвечала: «Конечно, деточка!