Вкус счастья в итальянской деревушке - Лоренца Джентиле

поделаешь, приходится признать: тебе паршиво. Если бы еще не нужно было это скрывать… Ладно, неприятности случаются, но ведь приходится реагировать. А если не реагируешь — ты или неумеха, или лентяй. Как было бы прекрасно иметь возможность проживать свои чувства без оглядки на цензуру и честно отвечать на вопрос «Как дела?».

— Да, было бы терапевтично, — кивает Антонио, потягивая кофе. «Как поживаешь?» — «Ужасно, хуже некуда. А ты?» — «В полной заднице!» — Он разражается смехом.

— Знаешь что? Некоторые вещи нужно держать перед глазами, — говорю я, придвигая к себе ручку и стикер.

Пишу кое-что и приклеиваю на дверь. Да.

ВСЕ В ПОРЯДКЕ, ПУСТЬ ДАЖЕ НЕ ВСЕ ИДЕАЛЬНО.

35

Рынок раскинулся на просторной автостоянке у подножия городка. Запыхавшись, я наконец добираюсь до нужного места. Кругом толпа, и отыскать Флору не так-то легко. Наконец я замечаю ее у овощного прилавка оживленно беседующей с продавщицей. Пробираюсь к ней, стараясь ни в кого не врезаться, но столпотворение вынуждает меня остановиться у витрины, заставленной контейнерами с оливками. Я любуюсь солнцем, играющим на их гладких боках. Продавец предлагает попробовать, и я с удовольствием указываю на свои любимые — гигантские зеленые. Он подцепляет одну лопаточкой и кладет мне в ладонь, и я отправляю ее в рот, ощущая оттенки вкуса. Пытаюсь удержать мгновение, насладиться им сполна. Да, все плохо, но я лакомлюсь вкусной и сочной оливкой, и никакие обстоятельства не могут лишить меня этого удовольствия. Мне почти удается себя убедить в этом, когда кто-то неожиданно хлопает меня по плечу:

— День добрый!

— Оронцо!

— Я только что выиграл сто евро! — Он возбужденно взмахивает лотерейным билетом. — Можешь себе представить?

— Конечно. Иногда удача поворачивается к нам лицом.

— С твоей монеткой! Давай угощу тебя чем-нибудь! Хочешь оливок?

— О, спасибо, не беспокойся. Хватит с меня одной. — Я сплевываю косточку в кулак. — Но они правда вкусные.

— В этом выигрыше есть и твоя доля.

— В переносном смысле — согласна. А в остальном, если честно, я уже почти освоилась в своей долговой яме.

Кстати, об этом. За его спиной я замечаю ларек с одеждой; давно пора прикупить что-нибудь на смену. Сверху висит футболка со знаменитым фото «Битлз» на переходе Abbey Road. Идеально.

— Хотел сказать, что навел справки о режиссере Сельваджии Романо, — говорит мне Оронцо. — Сейчас они снимают недалеко от Гальяно-дель-Капо[60] и как раз ищут статистов для сцены пляжной вечеринки. Я позволил себе внести тебя в список.

— Меня?

— А иначе ты туда не попадешь: съемочная площадка закрыта.

— Там что, Брэд Питт снимается?

— Вряд ли, — серьезно отвечает он. — Я бы знал.

— И что, меня взяли?

— Директор кастинга — друг моего кузена. Тебя будут ждать завтра в одиннадцать утра.

— Уже завтра? В одиннадцать? Спасибо, Оронцо!

Я не могу сдержаться и обнимаю его. Он пятится, смущенный.

— Ты просто… держишь в руках всю Апулию!

Он улыбается так, словно это лучший комплимент на свете.

— Пара звонков — и никаких проблем. Ты же знаешь, что я люблю быть полезным. Это поднимает мне настроение. Если хочешь, отвезу тебя.

— Спасибо, я должна сама, это мое личное испытание. К тому же я не хочу, чтобы из-за меня ты потерял целый день. Разве что у тебя вдруг появились актерские амбиции…

— Я уже лет десять не позволяю себя снимать. Вообще считаю, что фотографии крадут душу. А сейчас извини, — Оронцо поднимает две увесистые сумки, — мне нужно отнести покупки домой.

Он диктует мне координаты съемочной площадки, и я записываю их в заметках на телефоне.

Завтра утром я увижу Саверио.

— А, они тебе заплатят пятьдесят евро, — уточняет Оронцо перед уходом. — Плюс компенсация за бензин.

Эти деньги покроют консультацию астролога, и еще останется на футболку с битлами. Гонка по возврату долгов началась, и даже без лотереи.

— Вот ты где, моя Селена! — восклицает Флора. — Я уже закончила.

Вблизи я вижу, что она бледнее обычного — то ли от жары и суматохи, то ли просто из-за смены освещения. И только теперь понимаю, как она постарела. Я мягко обнимаю ее за плечи, будто это движение может обратить время вспять.

Сумок с покупками пять или шесть, и все тяжелые, поэтому я забираю их. По дороге к дому она перечисляет, что именно купила и сколько за это заплатила, затем — что не купила, и почему, и сколько бы это стоило. И наконец составляет список блюд, которые нам еще предстоит приготовить.

Пыхтя, мы лезем вверх по склону, а солнце печет нам головы, как раскаленный утюг. Я размышляю, как лучше собрать листы с рецептами и оформить их в книгу. Мы еще это не обсуждали, но мне хочется сделать няне сюрприз.

— Итак, что сегодня готовим? — спрашиваю я, заходя домой.

— Ну… — Флора отводит взгляд. — Сегодня днем у меня кое-какие планы.

— Планы? — удивляюсь я.

— Ну да, знаешь, такие вещи, которые люди записывают в календарь.

— Прости… — Какая же я глупая — будто у нее не может быть своих дел. — Ну конечно, планы…

Я жду пояснений, но Флора молчит.

— Надеюсь, что-то приятное.

— Ох, да… очень приятное, — вздыхает она.

И я не могу понять, ирония это или нет.

— Если тебе что-то понадобится, Флора, я здесь, рядом. Ты ведь это знаешь, правда?

«Я здесь», — шепчу про себя, мысленно возвращаясь ко дню нашей встречи, когда она выплеснула мне на ноги ведро воды. Невероятно, как быстро привыкаешь к присутствию близкого человека, хотя прошло всего несколько дней. И этих дней остается так мало…

Ставлю сумки на кухонный стол и помогаю разложить продукты.

— Тогда вечером наверстаем упущенное и приготовим два блюда? — спрашиваю перед выходом из дома.

— Даже три. И десерт.

— Ты что, уже прикончила марципан? — говорю я с шутливым упреком.

Флора лишь пожимает плечами:

— На то он и нужен, чтоб его есть, правда? Надо брать от жизни лучшее, для худшего время всегда найдется.

На главной площади я вдруг слышу, как кто-то окликает меня по имени.

— Ох, я надеялась тебя встретить! — Ко мне спешит Камала. — Не хочешь выпить кофе? Мне нужно кое-что с тобой обсудить.

— Я все равно хотела заглянуть к Августо. Присоединишься?

Сев за столик, мы заказываем кофе и по два пирожных. Подумав, я беру третье — люблю нечетные числа, они ощущаются как начало чего-то нового и бесконечного.

Раз уж я здесь, выпью еще стакан миндального молока. Кто знает, как долго я пробуду в Апулии, нужно пользоваться моментом. К тому же