Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

народа. За столами, в клубах папиросного дыма, попивали пивко ребята из соседних артелей, матросы и военные, горожане-обыватели и компании сомнительных личностей. Китайцы и корейцы почти не заходили в пивные, предпочитая собираться своим кругом в национальных ресторанчиках, где пили рисовое и виноградное вино. Женщин было мало, поскольку посещать подобные заведения порядочные дамы считали зазорным.

Сеня с четырьмя друзьями устроился за столиком неподалеку от выхода. Здесь было не так накурено, и он мог видеть всех входивших в помещение. Кроме того, по старой привычке партизана-разведчика он мог, в случае опасности, уйти через кухню в проходной двор. Ему очень нравилась соленая морская рыба и особенно корюшка под пивко, но не успел он допить второй кружки, как кто-то сзади похлопал его по плечу. Он обернулся. Перед ним в хмельной ухмылке расплывалась ряшка «старого знакомого», Куля.

– О, знакомое лицо, вот так встреча, Циркач! А я-то думаю, ты это или не ты пивком балуешься?

– Чего тебе? – Арсений стремительно встал из-за стола.

Позади уголовника маячили две фигуры каких-то полупьяных типов.

– Да вот, решил поздороваться да поговорить о нашем былом житье-бытье.

– Не о чем мне с тобой говорить! – закипая злостью, отрезал Сеня.

– Ну как же, чай на одних нарах чалились, пойдем выйдем, побалакаем.

Глаза урки мстительно сузились.

Товарищам Арсения новый знакомец сразу не глянулся, и один из них громко сказал:

– Чего привязался, не видишь, люди отдыхают, вали отсюда, убогий!

– Ша, хлопцы, я же сказал, дружка встретил, надо утрясти кое-какие вопросы, – почти миролюбиво успокоил уголовник.

– Что ж, коли так, пошли, – согласился Арсений.

В нем уже проснулась холодная ярость к этому гнусному доносчику. Он почувствовал во всем теле упругость и гибкость, как всегда бывало перед хорошей дракой.

– Шагай вперед, надеюсь, поворкуем без твоих друзей?

– Ну что ты, корешок, накоротке побазарим, как истинные жельтмены.

В своем распахнутом полупальто с барашковым воротником, картузе набекрень и смазных сапогах бандюган напоминал мелкого купчика.

Они вышли из пивной, и Куль завернул в полутемную арку двора. Судя по оттопыренному карману пальто, у него там был тяжелый кастет или револьвер. Сеня был настороже и тоже нащупал в кармане финский нож. По тому, как подонок уверенно вел себя, бывший разведчик понял, что в рукопашную схватку, будучи уже единожды жестоко избитым, этот громила не полезет.

«Значит, у него в кармане шпалер, – понял Арсений. – Через карман он не выстрелит, пожалеет клифт, дешевка. А вот успеет ли вытащить оружие и выстрелить, это еще бабушка надвое сказала».

Однако его противник желал сначала покуражиться и, повернувшись лицом к Сене, завел речь, обильно пересыпая ее матом:

– Ты что же, падла, думал, что Куль дешевый фраер и за себя мазу держать не будет. Ты перед кем фасон давил, фуцан? В душу фартовому плюнул, Да я тебя, за такое падло, сейчас кремсать буду в лапшу!..

В речи Куля появились истеричные нотки. Трус по натуре, он заводил себя, чтобы решиться на убийство.

– Заткни пасть, гнида! – суровым голосом перебил его Арсений. – Это ты, сучара, на Русском острове белякам наших ребят выдавал?!

После этого грозного окрика уркаган опешил, его словно облили ушатом холодной воды. Забыв про «феню» и «нахрап», он трусливо забормотал:

– Да ты че, шоб я, старый арестант, честный вор, на киче на корешей стучал.

– Какой ты честный вор, – презрительно сказал Арсений, – шушера ты, урка дешевый. Портяночник вислогубый. Тебе только пьяных обирать да у пацанов карманы выворачивать. А за предательство тебя, как Иуду, повесить на осине надо!

Куль понял, что о его подлых стукаческих делишках стало известно в городе, и, как загнанный в западню волк, оскалил зубы:

– Ну все, Циркач, назад тебе ходу нет, поквитаемся по полной. Да, сдавал я твоих краснопузых дружков и тебя бы сдал беса, но ты вовремя смылся. Давить вас таких надо, резать как баранов, так что молись!

Он отпрыгнул назад в глубь арки и попытался выдернуть из кармана оружие, однако курок зацепился за край кармана, и Сеня распознал, что в него хотят выстрелить из унтер-офицерского нагана. Бывалому вояке было известно это оружие. Чтобы сделать выстрел из такого револьвера, необходимо взвести курок, поэтому, когда предатель потянул «ствол» из пальто наружу, он бросился на него и перехватил руку врага. Однако Куль оказался вертким и сильным мужиком, он умудрился-таки вырвать револьвер из одежды. Грохнул выстрел. В последний миг Арсений успел отвести руку неприятеля в сторону. Пуля срикошетила об стену. В следующее мгновение, пылая праведным гневом, Сеня ударил гада ножом в грудь. Лезвие финки легко вошло меж ребер и пробило сердце негодяя. Куль замер с открытым ртом, с каким-то удивлением посмотрел на своего ненавистника и, даже не охнув, стал оседать на булыжную мостовую.

Арсений наклонился нал телом врага, выдернул финский нож, и едва успел засунуть в карман пахнувшую пороховой гарью «дударгу» Куля, как получил сокрушительный удар в ухо. Это один из прибежавших на звук выстрела блатняков нанес ему оплеуху, от которой у парня зашумело в голове и перед глазами поплыли красные круги. Однако он не потерял сознание и стал отбиваться уже от двоих корешей уркагана. Когда к ним присоединился третий, Арсений понял, что его могут попросту забить до смерти. Он рванулся вперед к выходу на улицу, но бандиты повисли на нем как собаки на медведе и продолжали наносить сокрушительные удары. У одного из нападавших был кастет, и он все норовил ударить Сеню в висок или проломить голову. Едва держась на ногах, молодой грузчик рванулся из последних сил и вдруг почувствовал, что ему помогают. Какой-то парень налетел на озверевших уголовников и, ловко нанося удары, свалил одного на землю. Арсений ударил в челюсть следующего из оставшихся противников, а другого шмякнул об брусчатку борцовским броском через бедро.

– Уходим отсюда, – крикнул парень, и они выбежали из полутемной арки.

Распахнув дверь в пивную, парень крикнул во весь голос: «На грузчиков напали! Полундра, братва!»

Из арки выскочили побитые уголовники и попытались вновь напасть на Сеню и его неизвестного помощника, но тут из дверей выбежали товарищи по артели и стали тузить урок. Следом в распахнутые двери повалил иной народ, и завязалась нешуточная драка. Некоторым ее участникам было все равно кого лупить, но портовики старались держаться вместе. Арсений видел в свалке лица знакомых ребят. Филя расшвыривал противников как поленницу дров, рядом пинался длинными ногами его друг долговязый Кила. В пивной послышался звон разбитой посуды и грохот опрокидываемых столов.

– Эх, пошла потеха! – воскликнул парень, ловко отбиваясь и