Я ещё с часок поплачу - Макс Фрай

В саду (в магазине) кроме Зоры и Джанго сидели Сонин старый приятель, похожий на доброго людоеда дальнобойщик Доминик, и незнакомая немолодая блондинка в потрясающем сарафане, скорее всего, его коллега. По крайней мере, она тоже так увлечённо читала, что не заметила, как Соня вошла. И слава богу, что не заметила, дальнобойщиков нельзя отвлекать. Удивительная, конечно, профессия. На грани фантастики. Учёные до сих пор не смогли разобраться, как это работает. Но отсутствие теоретической базы не мешает использовать способности дальнобойщиков для почти мгновенной доставки срочных посылок и скоропортящихся товаров. Их складывают в машину, дают дальнобойщику интересную книгу про город, куда должен быть доставлен груз, тот какое-то время едет в любом направлении, дожидаясь подходящего настроения, наконец, останавливается, выходит из машины и садится читать. И когда дальнобойщик так увлечётся чтением, что обо всём на свете забудет, где-нибудь на улице описанного в книге города появится его грузовик. Вот это, наверное, самое странное: дальнобойщик никогда не перемещается сам – только его машина с товарами. И ничего не получится, если в ней останется пассажир, бодрствующий или спящий, да хоть под наркозом, – это давно доказано экспериментальным путём. Задача получателя – отыскать грузовик по специальному пеленгу и забрать товары, чем быстрее, тем лучше, потому что, как только дальнобойщик перестанет читать, машина вернётся обратно, снова окажется там, где ей положено быть. Конечно, как и в любом деле, иногда происходят накладки: что-то отвлечёт водителя раньше времени или книга окажется недостаточно увлекательной. Но такое случается редко. Дальнобойщики умеют самозабвенно читать.

Ладно, важно сейчас не это. А то, что эти двое сидели с книгами. И глядя на них, Соня вдруг поняла: так вот откуда взялась безумная идея Жан-Жака, будто люди легко, с удовольствием убивают друг друга. Слишком много читал старых книг! «Ну тогда не беда, – с облегчением подумала Соня. – Я и сама через это прошла. Когда на первом курсе читала Гюго с Мопассаном, рыдала от горя и ужаса, хотя преподаватели постоянно напоминали, что наша жизнь совершенно иначе устроена, давным-давно закончились те времена».

Джанго сказал: «Хорошо, что ты наконец-то выбралась к морю. Нет ничего лучше, чем долгий отдых у моря для тех, кому снится всякая ерунда». Соня рассеянно удивилась: «А разве мне снится?..» «Да кто ж тебя знает, – усмехнулся Джанго. – Я в твои сны не подглядывал. Но ты сама на прошлой неделе просила заварить тебе от кошмаров зелёную сон-траву». «Точно! – вспомнила Соня. – Так, значит, она помогла».

Зора дала ей ключи, напомнила: «Там у нас не хоромы, вода в кране холодная. Только в уличном душе тёплая, когда солнце нагреет бак. Но лучше помыться засветло, ночи уже холодные». Соня улыбнулась: «Да вообще не проблема. У нас был такой бак на крыше, когда я работала на метеостанции. Только им и спасались – в горах очень солнечная зима».

* * *

Домой возвращалась почти две недели спустя. Могла бы пожить у моря подольше, но знойный август вероломно превратился в дождливый приморский сентябрь. Ну и работа. Соня, пока отдыхала, как раз всё обдумала. И поняла, что уже очень хочет начать.

Первую остановку сделала в середине пути, на обычной заправке. Но тоже хорошей. Здесь были столы под навесом на улице и всюду росли цветы. Пока пила кофе и ела отличный рыбный пирог, написала Жан-Жаку: «Я возвращаюсь. И полный карман русалочьих писем везу». Жан-Жак на радостях ответил ей кучей нелепых стикеров, хотя раньше ими никогда не грешил.

До заправки Амћöd с зелёными треугольниками Соня доехала уже в сумерках. Осень есть осень, рано стало темнеть. Джанго и Зора были ей рады, хоть и ворчали: «Неугомонная! Чего подорвалась? Говорили тебе, хоть месяц живи». Соня смеялась: «В день у моря помещается вечность. Так что двенадцать вечностей с хвостиком я там провела. Руки чешутся поработать. Разнообразия ради – на вас». Джанго просиял: «Так ты согласна?» Соня ответила: «Да. Я сомневалась, потому что боялась не справиться. Хотя с чем тут можно не справиться? Дурная моя голова. Даже не вся голова, а просто привычка сомневаться в своих возможностях осталась то ли от прошлой жизни, то ли от страшного сна. Ай, неважно. Всё равно я почти забыла и то и другое. Видно, твоя сон-трава помогла».

Вакансия

– Девушка, – вкрадчиво произнёс мужской голос. Я мысленно огрызнулась: «Сам ты девушка, отвали», – но вслух отвечать не стала, просто обернулась к источнику звука и адресовала ему максимально тяжёлый взгляд.

Боже мой. В жизни такой красоты не видела. То есть видела, но исключительно в аниме. Вот там они толпами скачут – тонкие, смуглые, синеглазые, в широкополых шляпах и элегантных костюмах, которые не болтаются как попало, а идеально на них сидят. А этот вроде не нарисованный. И говорит человеческим голосом. Причём очень вежливо говорит:

– Извините, пожалуйста. Мне нужна ваша помощь. Я в беде.

Я растерялась. Так со мной ещё не пытались знакомиться! С виду не скажешь, что он в беде. Шикарно одет, безупречно выбрит и в целом отлично выглядит. Хотя, конечно, смотря какая беда.

Вообще-то, этот красавчик возник совершенно некстати. Я хожу сюда помолчать и подумать, а не знакомиться с мужиками неземной красоты. У меня и без них дома куча народу. Джакомо с мамой и дочкой от первого брака, племянник Лёшка, его собака Рейкьявик и два наших кота. Джакомо с девчонками итальянцы. Они золотые, все трое, но страшно галдят. И Лёшка у них научился, у детей это быстро, теперь орёт громче всех. Собака Рейкьявик, попав в дурную компанию, с утра до ночи весело лает, а ведь какой интеллигентный поначалу был пёс. Правда, коты спокойные, хоть кто-то в семье в меня. Но в сложившихся обстоятельствах это так себе утешение – посреди всеобщего гвалта, лая и хохота два очень тихих кота. Я их всех ужасно люблю – котов, Джакомо, Софию и Кьяру, племянника Лёшку и собаку Рейкьявика. Но я, чёрт возьми, интроверт. Поэтому, чтобы не чокнуться, регулярно запираюсь в мансарде, повесив на дверь табличку с черепом и костями и надписями на трёх языках. «Non disturbare» для моей итальянской мафии, «Не беспокоить» для Лёшки и на всякий случай, чтобы точно-точно все поняли, международное «Don't disturb».

Но табличка не всегда помогает, наверное, череп получился недостаточно страшный, поэтому я по совету Софии стала иногда ходить в этот бар. Свекровь мне досталась мудрая. Понимает, что