Безмятежность - Федор Шейд

к себе. Его шутки был дерзкими, но не выходящими за рамки дозволенного. Телевизионным боссам Арзамасов понравился. Он начал регулярно появляться в эфире и вскоре поехал в первый тур.

Спустя два года вышел первый выпуск «Стульев». Шоу быстро стало хитом, а Арзамасов – звездой. Появляясь в «Стульях», Арзамасов мог себя ни в чем не ограничивать. Он иронизировал, издевался, унижал и давил на болевые точки. Мелькая в телевизоре, Арзамасов выдавал юмор попроще, на привычные темы – о женщинах, нелегкой российской жизни, санкциях и гаишниках. Его любили везде. Он всегда знал, где и как шутить правильно.

Идею «Стульев» Арзамасов придумал вместе с Ольгой – директором Jest. Их отношения можно было назвать дружескими. Продакшен выпускал «Стулья», а также организовывал все выступления Арзамасова, включая корпоративы. За корпоративы Арзамасов в начале брал три тысячи долларов, затем пять, а вскоре не соглашался выступать меньше чем за десять тысяч.

Знаменитости выстраивались в очередь, чтобы попасть к Арзамасову в «Стулья». Все они обнаруживали в себе невиданную склонность к самоиронии. Исключения вроде Ярцева были редки. Впрочем, больше всего набирали те выпуски, где кто-то кричал или дрался.

В выигрыше оставались все. Арзамасов и Jest конвертировали миллионы просмотров в деньги и рекламные интеграции. Гости получали возможность напомнить о себе. Зрителям доставалось зрелище.

Ставший звездой Арзамасов мог позволить себе все, о чем мечтал в детстве. Он имел:

• пятикомнатную квартиру (полмиллиона ипотеки в месяц);

• спорткар Porsche 911 4S;

• шерстяные костюмы от Burberry и Bottega Veneta (покупались отдельно на деньги продакшена);

• полеты на Мальдивы (каждые полгода, если позволял гастрольный график);

• несколько бутылок вина Chateau Saint-Croix Latour Pomero по 125 тысяч рублей каждая;

• кроссовки (любимые пары: Air Force 1 Low из коллаборации с Louis Vuitton за шесть тысяч долларов, Jordan 1 Low x Travis Scott за тысячу и Prada Cloudbust за тысячу двести долларов. Иногда он, правда, появлялся на людях в стареньких Vans Authentic);

• картину художника Покраса Лампаса (подлинник; цена не разглашается);

• домашний кинотеатр с аудиосистемой Dolby Atmos;

• солнцезащитные очки Balmain Paris;

• часы Hublot с титановым корпусом – и многое другое.

C первых крупных гонораров Арзамасов, однако, купил дом для матери. Он любил мать и заботился о ней. Отца, ушедшего из семьи, Арзамасов не знал и не любил.

В список ежемесячных трат Арзамасова входили расходы на женщин – жену, о которой он однажды сказал в интервью, что у нее добрые глаза и она хороший человек, и девушку по имени Полина, с которой он познакомился на вечеринке. Отношения с Полиной Арзамасов предпочитал не афишировать. Жена что-то подозревала, но доказательств у нее не было.

Выступая, он регулярно знакомился с девушками. Их привлекала его известность. Арзамасов мог оплатить ужин и ночь в отеле, но постоянных подарков случайные девушки не удостаивались. Ни с кем из них он не встречался больше одного раза. Эту систему, в которой ни одна из женщин не оказывала на него влияния, Арзамасов называл системой сдержек и противовесов. Иногда он рассказывал о ней друзьям.

В числе друзей Арзамасова ходили влиятельные люди. Они ценили его общество, смеялись над его шутками, звали его на корпоративы и знакомили с еще большим числом влиятельных людей. Те, в свою очередь, также незамедлительно становились друзьями Арзамасова.

Влиятельные люди дружески хлопали комика по плечу и спрашивали, как он умудряется так хорошо выглядеть. Очень просто, отвечал он: надо просто заниматься спортом и следить за кожей. Арзамасов ел здоровую пищу и каждый год проходил чекапы организма. Он видел, как смешны те, кто страдает от зависимости, – а потому сам зависимостей почти не имел. Арзамасов не был стереотипной знаменитостью, сошедшей с ума от успеха. Он методично и размеренно наслаждался богатством, вниманием и славой. Свою жизнь он держал под контролем.

Арзамасов и подумать не мог, что началом конца станут дети.

* * *

То, что произошло, было случайностью, совпадением – если такие совпадения вообще бывают случайными. Все началось с трагедии, пожара в кинотеатре, где проходил показ для школьников. В зале произошло короткое замыкание, зал загорелся и наполнился дымом. Билетеры ушли в буфет, и двери оказались заперты. Погибли тридцать детей и две учительницы. Как всегда происходит, когда заходит речь о мертвых детях, страна погрузилась в траур.

Через неделю после пожара Арзамасов пришел в эфир вечернего телешоу на центральном канале. Это было обычное интервью. Ведущий спрашивал комика о жизни, карьере и индустрии. Арзамасов метко отшучивался, зрители в зале смеялись. Когда до конца программы оставалось несколько минут и музыканты уже готовились играть энд-тайтл, ведущий повернулся к Арзамасову и сказал:

– Ну, давайте, поразите нас напоследок какой-нибудь шуткой! Я ведь знаю, она у вас припасена.

Арзамасов, уже успевший расслабиться и поздравить себя с очередным успешным выступлением, не ожидал подобного поворота событий. Никакой шутки у него заготовлено не было. Весь вечер он только импровизировал.

Мысли в голове Арзамасова перепутались. В замешательстве он пытался вспомнить хоть какую-нибудь шутку, но все они разом исчезли из головы. Молчание затянулось, Арзамасов выглядел растерянным. Ведущий добродушно потрепал его по плечу и уже собирался уходить на музыкальный номер, когда Арзамасов выпалил первое, что ему вспомнилось:

– Что желтое и не умеет плавать?

Ведущий не стал отвечать. Он только вежливо посмотрел на Арзамасова и наморщил брови. Арзамасову, доведенному затянувшейся паузой и вниманием камер, показалось, что ведущий приглашает его продолжить, и он, улыбаясь, продолжил:

– Школьный автобус, полный детей.

Ведущий не засмеялся. Не засмеялись и в зале. Ведущий поднял брови, изобразил гримасу удивления и вызвал музыкантов. Эфир завершился.

Нарезки с улыбающимся лицом Арзамасова, шутящего о школьном автобусе, мгновенно наводнили интернет. Большинству зрителей шутка показалась нелепой, некоторых она переполняла гневом. Люди отказывались замечать, что это обычный анекдот, не имеющий связи с пожаром в кинотеатре.

После эфира Арзамасов вернулся домой в подавленном состоянии. Он проклинал себя за неосторожность, ведущего – за идиотский вопрос, а детей – за глупую смерть, к которой он не имел никакого отношения.

Его жена, добрые глаза которой и в обычное время часто раздражали Арзамасова, эфир не смотрела. Весь вечер она напоминала ему о поездке, которую они давно планировали. Жена говорила, что пора покупать билеты и бронировать отель, иначе потом будет поздно. Арзамасов отвечал что-то невпопад. Жена не замечала его напряжения. Она добавила, что ей нужны деньги на курсы по керамике, а еще что необходимо оплатить тренера по йоге и клининг на выходных. Когда жена убедилась в том, что Арзамасов ее не слышит, она