Библиотека пропавших физиков - Барбара Белломо

«Да, – эхом откликается Майорана, – мы выпустили атомную энергию…» И прыгает в бездонную воронку, которая кажется Иде преддверием дантовского ада.

Ида потерла глаза, не в силах поверить в то, что увидела.

Перед ней возникла стюардесса с белым подносом в руке. На нем был обед: рис с шафраном, тефтели в соусе и кусочек торта.

– Что будете пить? – спросила девушка, указав на тележку, где стояли бутылки.

– Просто воду, спасибо, – ответила Ида, все еще во власти кошмара.

Придя в себя, она принялась разглядывать пассажиров.

«Кто знает, куда они направляются», – думала она. И как ей найти Этторе и Альберто?

Затем она с горечью подумала о матери и брате. Ей не верилось, что они могли нанести ей удар в спину и равнодушно смотреть, как она истекает кровью. Ведь у нее было именно такое ощущение. Впервые она поняла, что, если бы они поддержали ее, у нее бы сейчас был сын. Но вместо этого они решили молчать, что было трусливо, но гораздо проще. Они не смогли противостоять деспотизму отца и толкнули ее в объятия Браски.

И хотя Ида понимала, почему они так поступили и, подобно ей, стали жертвами отца, который лишил покоя всех, но все равно то, что они молчали, узнав о письмах, было непростительно. Даже узнав правду, они продолжали идти по пути лжи.

Что бы это изменило?

Возможно, ничего, потому что ничего уже нельзя было вернуть. И все же не поздно было идти вперед.

Но, не заботясь о ее чувствах, родные предпочли замести пыль под коврик, даже не понимая последствий. А мать сделала еще хуже. Она пыталась оказать ей поддержку, но, даже узнав, как сильно Ида любила Альберто, продолжала молчать.

Ида задавалась вопросом: жалеют ли они о сделанном? Но что толку? Даже если бы они хотели поступить иначе, содеянное зло уже никак не зачеркнуть. Это прекрасно показал Достоевский, но, кажется, люди забыли об этом.

Время тянулось медленно, и Ида завороженно смотрела из иллюминатора на голубое небо и быстрые облака, мелькающие внизу. Как далеко ушла наука и куда это приведет человечество?

Ида уже не боялась, она размышляла. Ей хотелось поскорее оказаться на месте. Она знала, что ее решение граничит с безумием. Но чувствовала, что нужно идти вперед. Ей вспомнилось, как Ферми разместил парафин между источником нейтронов и ураном. И когда она спросила его – зачем, ответил, что действует интуитивно. Точно так же действовала и она, когда решила предпринять это путешествие. Только так, как показывает жизнь, можно сделать настоящее открытие. Неожиданное открытие.

Стюардесса предложила Иде кофе. Ида взяла чашку и посмотрела на девушку. Что-то в ней напомнило Иде молодую Джулию Берни. Быть может, прическа, светлые волосы, подчеркивающие нежные линии лица.

Ида прекрасно помнила свою последнюю встречу с Джулией в институте – как, глядя на нее, подумала о том, что перед ней девушка, у которой большое будущее в атомной физике.

Не забыла она и о том, как долгие годы несправедливо винила Джулию в своих несчастьях.

43

Буэнос-Айрес, конец ноября 1954 года

Когда самолет сел, Ида вздохнула с облегчением. Ей совсем не хотелось думать о том, что придется вновь лететь на стальной птице в обратную сторону, домой.

Она посмотрела на часы.

Ривера уже должен ждать ее у здания аэропорта, если, конечно, ничего не случилось.

Перед выходом Ида зашла в уборную. Она выглядела бледной и немного накрасилась. Поправила светло-зеленый платок, расчесала волосы.

С чемоданом в руке Ида шагнула в незнакомый и пугающий мир. Но страх рассеивался при мысли о том, что здесь она обретет лучшую часть себя, ту самую, что погибла двадцать лет назад в трущобах Катании.

Когда она вышла из аэропорта, ее сразу обдало жаром. Она сняла легкую кофточку и надела очки. Она знала, что ноябрь в Аргентине совсем не такой, как в Италии, и все же не ожидала столь жаркого лета. Огромный красно-серебристый автобус промчался перед ней, точно водитель в упор не видел пешеходный переход.

В остальном под этим прекрасным ослепительным солнцем все было более-менее привычно, если не считать того, что она довольно плохо знала испанский.

Навстречу ей шел молодой человек лет тридцати, с гладко выбритым овальным лицом.

– Синьорина Клементи?

Он говорил по-итальянски с несколько странным акцентом. Мужчина огляделся.

– Вы прибыли из Италии одна? – удивился он.

Ида кивнула и протянула ему руку.

– Очень приятно познакомиться, профессор Ривера, и приятно слышать родную речь.

– Я говорю по-итальянски и по-немецки. Я много бываю в командировках. Когда я получил вашу телеграмму о профессоре Майоране, я не мог не ответить вам и не приехать сюда. Как я уже говорил, возможно, я смогу вам помочь. Прошу вас, идите за мной, я на машине.

Он взял чемодан и пошел к парковке. Издалека указал на большую синюю машину с черно-белыми колесами и серой крышей.

– Вот она.

– Какая роскошная! – не удержалась Ида.

– «Студебеккер».

– И она ваша?

– Если бы! Это машина знакомого, – рассмеялся Ривера. – Где вы остановились?

– В отеле «Байя дель Соль» на улице дель Соль.

– Похоже, хозяин заведения не отличается оригинальностью, – посмеялся Ривера.

– Я заказала номер через туристическое агентство из Сицилии. Так что не знаю, что меня ждет, – улыбнулась Ида.

– Если позволите, я бы посоветовал вам отменить эту бронь и поселиться в «Континентале», – заметил Ривера.

– Отчего же?

Ида повнимательнее посмотрела на Риверу. У него были отличные манеры, одет он был в бежевый льняной костюм.

– По двум причинам. Во-первых, ради собственной безопасности. Я сам ночевал там этой ночью, и у меня сложилось прекрасное впечатление. Кажется, это хороший, надежный отель. К тому же вы путешествуете одна. Вы ведь знаете историю этой страны, верно?

– Я читала, что сейчас здесь непростое время.

– Это мягко сказано. Я бы сказал, катастрофически сложное. Из-за экономического кризиса и бешеной инфляции в стране разгулялась преступность. И с тех пор как умерла Эва Перон, ситуация крайне нестабильна. Последние два года популярность Хуана Перона сильно пошла на спад, и меры, ограничивающие личную свободу, никак не помогают делу. Похоже, правительство не может найти приемлемое экономическое решение и примирить разные интересы. Разногласия с церковью тоже не на пользу. И если противники президента видят в этой ситуации возможность для воскрешения страны, то полиция поддерживает Перона и сдаваться не собирается. Бывает, что человек просто исчезает неизвестно куда. Так что не советую вам разгуливать одной, и лучше жить в проверенном месте.

– Какая же вторая причина? Вы ведь упоминали две, а пока