Параллельные кривые - Таша Калинина

Теперь Ноа был благодарен этому констеблю. И судье, который мог завернуть явно притянутое за уши дело, но все-таки принял решение в пользу реального срока. Первые месяцы за решеткой Ноа переполняли ненависть и злоба – да он бы сам справился и с наркотиками, и с алкоголем. И работу бы нашел. Он бы смог. “Да? И что же тебе мешало раньше?, – лишь улыбнулся тюремный психолог, который обеспечивал программу помощи заключенным с зависимостями. – Знаешь что, Ноа, если ты все сейчас сделаешь правильно, ты сможешь вернуться домой”.

Вернуться домой – самое жгучее желание и самый большой его страх. Что он скажет? “Простите”? Каким его увидит Джессика? Сломленным, потерянным, совершенно разбитым? Почему-то Ноа больше всего беспокоило, что подумает о нем сестра – девочка, для которой он в детстве был божеством. Родители, наверное, примут его любым, но Джесси? Она по-прежнему часто снилась ему – уже не бежала за машиной, не звала назад. Просто смотрела прямо в душу, будто связывала себя и брата невидимой нитью. Какой она стала? Он хотел и не хотел узнать.

…Воспоминаний о прожитом хватало как раз на дорогу от парка до большого торгового центра, где Ноа нередко находил подработку – помогал разгружать подъезжающие фуры с товаром и, в общем-то, стал уже местной достопримечательностью. У него была “своя” скамейка с видом на парковку, а сотрудники магазинов нет-нет да угощали его кофе. Иногда со свежей булочкой.

– Ноа, привет! Здорово, дружище! – летело со всех сторон, пока он пересекал парковку, еще не заставленную машинами покупателей. Это был лучший момент каждого дня, который Ноа проводил возле торгового центра, – его замечали, он переставал быть невидимкой и становился частью чьей-то жизни, он не отталкивал людей и не представлял для них угрозы. Ему нравилось быть обычным. Нравилось кивать знакомым в знак приветствия. Нравилось, когда кто-то просил о помощи. Ноа казалось, что именно так – не претендуя ни на что, доверяясь людям, довольствуясь малым – он сглаживает острые углы своей жизни, переписывает ошибки. Он платил свою цену и ничего не ждал.

– Эй, Ноа, – крикнул ему смуглый парень из бригады грузчиков, которые работали в огромном магазине стройматериалов, делившим помещение торгового центра с супермаркетом, – сегодня у нас большой привоз. Поможешь? Как обычно, пятнадцать фунтов в час.

– Конечно, – улыбнулся Ноа в ответ. – Буду рад.

Обычно они с ребятами из стройматериалов управлялись с разгрузкой часа за три. Можно неплохо подзаработать и купить еды. А если кому-то из покупателей понадобится помощь – например, погрузить покупки в багажник автомобиля, он тоже с радостью. Обычно с такими просьбами к Ноа обращались женщины с маленькими детьми и благообразные старушки.

– Ноа, привет! – на скамейке рядом с ним возник стаканчик с ароматным кофе и три нежнейших скона на картонной подложке. – Эти с изюмом, только-только испекли.

Завтраком его всегда угощала Илона, совсем юная девчонка, которая работала в крохотном кафетерии при супермаркете. Свежая выпечка, напитки, фастфуд. Улыбка в подарок. Илону обожали все. Собственно, только из-за нее в кафетерии столовались водители фур, привозившие товары. Нет, дело не в том, что кто-то пытался охмурить эту солнечную девочку – люди заряжались от нее счастьем. Стоило лишь увидеть ее рыжую кудрявую шевелюру, усыпанный такими же рыжими веснушками-блестками аккуратный нос, щербатую улыбку и вечно смеющиеся глаза, как житейские проблемы и трудности сами собой делились на два и уже не так давили на плечи.

– О, фея, привет! – Ноа поднял голову и увидел, как осеннее солнце за спиной у девушки обнимает ее маленькую фигурку волшебным свечением, и завитки рыжих волос будто горят пламенем. – Спасибо, ты так добра ко мне, Илона.

– Я тут совершенно не при чем, – засмеялась девушка, – просто у нас сегодня подарки всем именинникам. С днем рождения, Ноа! В булочки для тебя я положила побольше изюма. На счастье.

День рождения? А разве сегодня уже тринадцатое октября? И откуда Илона знает?

– Ну и видок у тебя! – она снова засмеялась. – Ноа, я работаю здесь третий год. Ты иногда моешь у нас в кафетерии полы. Помнишь? Тут уже все видели твой паспорт. И я давно запомнила. Поэтому – вот твой кофе и булочки. Ой, и еще, – Илона достала из кармана фирменного фартука порционную баночку джема. – С днем рождения, Ноа. Я желаю тебе чудес и снова поверить в себя.

Он сделал вид, что поправляет бейсболку, но на самом деле просто хотел скрыть повлажневшие от нежности и благодарности глаза. Бог мой, день рождения. И он забыл. Значит, ему исполнилось… Сколько же? Интересно устроены люди – хранят в памяти разные мелочи вроде потерянной кем-то бусины, а о себе забывают. Играют в поддавки со временем, одномоментно проживая внутри себя за минуту тысячи прошлых дней и плутая в настоящем, из которого нет выхода.

– Илона, скажи, – он сам не верил, что спрашивает об этом, – ты действительно думаешь, что чудеса случаются? Даже с такими, как я?

– А что с тобой не так? – девушка вдруг стала очень серьезной. – Ноа, ты не плохой человек. Это ведь сразу понятно. Ты добрый, ответственный, берешься за любую работу, никому не грубишь. Я даже с пивом тебя ни разу не видела, а встречаемся мы довольно часто. И я очень хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Даже если ты ошибался в жизни, это в прошлом. Прости себя. Уже можно.

Илона порывисто обняла его и побежала в супермаркет: “Мне пора. Посетители ждут”. А Ноа, совершенно счастливый, взял с тарелки теплую булочку и с удовольствием откусил кусок – пшеничный скон был начинен сочным изюмом так щедро, как бывает расшито звездами ночное небо в ясную августовскую ночь. Кофе тоже был отменным. День и вправду обещал быть чудесным.

…Парковка для посетителей быстро заполнялась автомобилями. Люди приезжали, уезжали – такая обычная жизнь: купить продукты, поболтать с соседями, которые тоже приехали за покупками, погулять по строительному магазину – запланировать ремонт. К полудню Ноа, как и договаривались, успел помочь разгрузить фуру с ламинатом и напольной плиткой, докатил до парковки груженую тележку пожилой дамы – бережно переложил покупки в багажник и получил в знак благодарности несколько ароматных яблок и воздушный поцелуй. А потом вдруг заметил ее, женщину, которая никогда не приезжала в эти магазины. Не местная, это точно. Она сидела в припаркованной поодаль машине и с кем-то говорила по телефону, иногда бросая быстрые взгляды в сторону Ноа. “Красивая”, – подумал он и удобнее устроился на своей скамейке, опершись спиной на прохладную стену