Черная рябь - Екатерина Валерьевна Шитова

* * *

Жизнь молодой семьи наладилась, неспешно потекла вперёд, как текут в туманные дали реки. И всё бы ничего, да только маленькая Василиса росла уж больно слабой да болезненной. Стоило сквозняку дунуть, она принималась кашлять и чихать. Иринушка старалась уберечь дочку от всего, осенью и зимой она почти не выпускала её на улицу, кутала в тёплые платки да сажала на натопленную печь. Других детей у них с Василием не народилось, поэтому вся материнская забота досталась одной-единственной дочке.

Василиса почти всё время сидела на печи, точно воробушек, смотрела на мать большими голубыми глазами. Личико её было бледным и печальным.

– Ничего, Василиска, не вечно тебе на печи сидеть! Подрастёшь, окрепнешь и будешь с деревенскими пострелятами по лугам да пригоркам бегать, в лапту, в салки играть.

Когда девочке исполнилось пять лет, Василий не выдержал и строго сказал жене:

– А ну, Иринушка, хватит уже девку нашу на печи мурыжить! Она у тебя дома скоро зачахнет – людей-то только из окошка видает! Ей гулять, бегать надо, а не под твоими шалями да одеялами сидеть!

Василиса, услышав слова отца, вся встрепенулась, ожила, глаза её загорелись яркими огоньками. Но, взглянув на мать, она снова поникла. Иринушка покачала головой, нахмурилась.

– А, поди, как заболеет? Нет уж! Пусть дома сидит! Здоровее будет! – строго ответила она.

– Да что ты над ней, как курица над яйцом, кудахчешь? Отпусти девку погулять! – не унимался Василий.

Но Иринушка была непреклонна. Уперев руки в боки, она топнула ногой и погрозила дочери пальцем.

– Не слушай отца, Василиска, – наказала она. – Сам бы хоть раз у твоей постели посидел во время болезни, не хорохорился бы так!

Девочка ничего не ответила, отвернулась, опустила светловолосую голову низко-низко. Из больших голубых глаз капнули на шерстяную шаль две прозрачные слезинки.

Через несколько дней, когда Иринушка с утра ушла на сенокос, Василий подошёл к печи и шепнул дочери:

– А ну, Василиска, слазь-ка давай на пол!

Девочка удивлённо взглянула на него и покачала головой.

– Маменька не велела с печи слезать, вот и обед у меня тут в узелке завязан.

Василий взглянул на кувшин сливок, обмотанный старым тряпьём, и поморщился.

– Там на лугу сурепка наросла, ребята, наверное, уж до отвала наелись, а ты её в жизни не пробовала! Знаешь, какая вкусная?

Василий подмигнул дочери, протянул ей руку.

Василиса раздумывала несколько мгновений, тревожно поглядывая то на отца, то на дверь, будто боялась, что сейчас войдёт мать и снова расстроит их планы. Но никто не пришёл, тогда девочка скинула с себя шаль и несмело протянула руку отцу. Тот помог ей спуститься с печи, пригладил рукой растрепавшиеся волосы и распахнул дверь. Василисе в нос ударил ароматный летний воздух, пахнущий травами и свежим навозом, – он был тёплый и манящий. Девочка замерла на пороге, не смея шагнуть на крыльцо.

– Ну, чего встала как вкопанная? Чего глазищи вытаращила? Иди гуляй, пока матери нет! Бегай, дочь, с ребятами вдоволь, а к вечеру домой возвращайся.

Девочка широко улыбнулась отцу и выбежала на улицу. Голые пятки колола сухая земля, высокая трава щекотала колени, и эти ощущения были такими удивительными и приятными, что Василиса округлила глаза от удивления, рассмеялась от переполняющего нутро счастья. Косы её растрепались от ветра, бледное лицо согрелось от солнечных лучей. Маленькая, бледная, худая девочка прыгала по высокой траве, и не было никого счастливее в ту минуту.

Деревенские ребята, увидев Василису, насторожились и не торопились принимать её в свой круг. Они знали, что мать её гулять не отпускает и звали её между собой запечницей. Василиса не знала ни ребячьих игр, ни их правил, удивлялась всему. Дружить с ней было неинтересно, поэтому до самого вечера девочка бегала за ребятами, точно хвостик, пытаясь хоть чем-то им угодить. Мальчишки вскоре принялись дразнить её, а девочки, сбившись в кучку, хихикали над её странными повадками, даже придумали потешку:

– Запечница, запечница,

Ищи к печи лестницу!

Полезай повыше,

Только не на крышу!

Василиса терпеливо сносила насмешки, не зная, чем угодить своим новым друзьям. Когда над краем деревни повисло оранжевое солнце и закатные лучи окрасили облака в нежно-розовый цвет, детвора притихла. Парни и девчонки разожгли костёр, расселись полукругом вокруг него и заговорили тише, будто боялись, что кто-нибудь подслушает их разговоры.

– Эх, сейчас бы печёной картошки! – вздохнул рыжий вихрастый паренёк. – Так жрать хочется, аж живот сводит!

– А я бы лучше ржаных сухарей поела! – пискнула черноволосая чумазая девчонка с ободранными коленями.

Ребята вдруг дружно повернули головы к Василисе.

– Запечница, может, принесёшь нам пожрать? Тогда мы больше не будем над тобой смеяться. И во все игры тебя будем брать! – лукаво прищурившись, сказал самый старший парень.

Василиса покраснела от пристальных взглядов, встала и, вжав голову в плечи, тихо проговорила:

– Мне уже домой пора. Побегу я, пока маменька с покоса не вернулась!

Она развернулась и уже хотела бежать к дому, но тут та же самая черноволосая девчонка громко окликнула её.

– Эй, Василиска! Стой! Не надо нам никакой еды! Мы сейчас в лес пойдём. Хочешь с нами? Там в сумерках волшебный красноцвет распускается. Если сорвать цветок, он исполнит любое желание.

Ребята захихикали, а Василиса, поверив, округлила от удивления глаза и открыла рот.

– Вечереет уже! Вдруг заблудимся? – несмело произнесла она.

– Не боись, запечница, мы все леса наизусть знаем!

Черноволосая девчонка окинула озорным взглядом странно притихших ребят и подмигнула им.

– Ну что, пойдёшь? Или, может, у тебя заветного желания нету? Смотри, посадит тебя мамка снова на печь, жалеть будешь!

Она протянула Василисе руку, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

Василиса закусила губу. Предложение было заманчивым. Заветное желание у неё было. Она каждый день мечтала, чтобы маменька перестала так трястись над ней и выпустила с печи.

«А вдруг и вправду сбудется?» – подумала Василиса про себя и тут же протянула свою худенькую ручонку новой подруге.

Большой, шумной толпой ребята бросились бежать к темнеющему лесу, от которого по траве во все стороны полз туман.

– Знаешь что в этом лесу есть проклятое Зелёное озеро? Это от него туман по земле ползёт, – сказал один из мальчишек жутким голосом.

Василиса не знала, она не помнила, что когда-либо бывала в лесу. Поэтому ей всё вокруг было интересно.

– А знаешь, почему то озеро проклятым называют? – не унимался мальчишка, так ему хотелось напугать девчонок.