Всё слишком далеко зашло - Джесс Уолтер

Он посмотрел вниз, и напускная манерность на миг испарилась.

– А, нет же. Джеф, а не шеф. – Мужчина стер со значка налипшую грязь, и оказалось, что там действительно написано его имя – Джеф. – Но, право слово, здесь парковаться нельзя.

Он указал назад, в сторону, откуда они приехали:

– Парковка разрешена только на той стоянке, что за вами. – Он кивнул туда, и бахрома на его шляпе закачалась. – И дальше, вдоль дороги.

– Мы скоро уедем, – сказал Кинник. – Мне просто нужно найти дочь. У нас тут чрезвычайная ситуация. Это касается ее детей.

Киннику стало неловко, что его слова прозвучали так, будто с детьми Бетани случилось нечто ужасное. На самом деле они, целые и невредимые, сейчас сидели с Джоани дома в Форде, уплетали печенье с кленовым сиропом и запивали горячим шоколадом. Ашер наверняка засыпал Джоани вопросами про коренных американцев, а совсем притихшая Лия продолжала хранить свои подростковые секреты, все сильнее напоминая Рису юную Бетани из его воспоминаний.

Шеф-Джеф по-прежнему таращился на машину Брайана, стоявшую прямо перед вывеской его «ЛАВКИ ПРЫТКОВИКОВ».

– Поверьте, я вовсе не хочу усложнять вам жизнь, но парковаться здесь можно лишь с разрешения совета племени.

– И что это за племя такое? – спросил Брайан. В его голосе уже слышалось раздражение.

– Племя пайтити, – сказал Джеф и махнул рукой: – Вам вон туда.

– У меня кузен в совете племени спокан, – сказал Брайан. – Это считается?

Видя, что Брайан начинает заводиться, Кинник кашлянул и спросил:

– Не подскажете, где здесь живут артисты?

– Есть еще один палаточный городок, возле сцен, на холме. – Джеф указал на противоположный угол поляны. – Часть групп остановилась там.

– А что это за зверь такой – прытковик? – поинтересовался Брайан.

Джеф наклонился поближе, вся его чопорность снова куда-то исчезла.

– Да самый обычный псилоцибин, мужик, – сказал он. – Я стырил это название из «Легенды о Зельде»[40]. Прикольно звучит, да? Я гид. Понимаете? Организую путешествия. ЛСД. Грибы. Все что пожелаете.

– А вы, случаем, не знаете, где нам найти «Буферов»? – спросил Кинник.

Джеф прищурил один глаз:

– Я бы на вашем месте лучше не пробовал. В вашем-то возрасте.

– Чего не пробовал?

– Буфинг. Но если уж решитесь, есть парочка правил, которые нужно помнить. – Он посмотрел на Кинника, потом на Брайана, потом снова на Кинника. – Во-первых, никогда не пользуйтесь одной трубочкой на двоих. И, во-вторых, не переворачивайте трубочку ни при каких условиях. У нее есть только одно правильное направление.

– Вы не поняли, – сказал Кинник. – «Буферы» – это название группы, которую я ищу. В ней играет бывший парень моей дочери.

– А-а-а! Теперь ясно, – сказал Джеф. – Умно.

Киннику совсем не хотелось задавать следующий вопрос, но он знал, что придется:

– Но все-таки скажите, чтобы я не оконфузился на людях… что это вообще такое?

– Буфинг? А, да, – Джефф хохотнул: – Оконфузился, говорите? Ну, это когда кто-то вдувает вам наркотики, обычно кетамин или раствор экстази, прямо в задний проход.

– Ну да, как я сразу не догадался, – буркнул Брайан и отвернулся, будто получил окончательное подтверждение всем своим догадкам.

– У молодежи это нынче модно, – сказал Джеф, как если бы они втроем были матерыми старожилами, знающими толк в подобных вещах. – Считается, что так кайф приходит быстрее. – И снова тем же доверительным, будничным тоном добавил: – Но между нами… когда я дойду до того, чтобы вдувать себе наркотики в жопу, чтобы торкнуло… – Он развел руками: мол, нечего и говорить. – А что касается вашей группы, я, к сожалению, ее не знаю. Но вы можете спросить у Инкарри. Уверен, он подскажет, где искать этих ваших «Буферов».

– У кого? – Кинник даже не был уверен, что расслышал правильно.

– Инкарри. Он вроде как руководит фестивалем, неофициально, – объяснил Джеф. – А имя такое в честь последнего вождя инков. Настоящего Инкарри испанцы изрубили на куски и разбросали на мили вокруг, но легенда гласит, что однажды его тело регенерирует и он поведет народ в новый рай.

– А рай этот, значит… – Кинник поморщился, – на техно-фестивале?

Джеф рассмеялся:

– Наверное. В первый день мы выбираем почетного Инкарри, и он отвечает за Пачамаму – территорию фестиваля, а еще возглавляет Рунакуну – местный племенной совет – в Куско. А Пайтити – это последний рай инков.

– Вы же в курсе, что мы сейчас в Канаде, да? – спросил Брайан. – Не в Перу.

– Эй, – Джеф поднял руки, – я всего лишь скромный торговец грибами в начале фестивального сезона. Не я придумываю этот бред, я просто им пользуюсь.

Брайан, похоже, начал проникаться к Шефу-Джефу симпатией. Он кивнул на его палатку:

– Слушай, а ты пиво не продаешь?

– Увы, на фестивале алкоголь запрещен.

– Погоди. То есть тут можно задувать себе в зад тяжелые наркотики, но нельзя выпить светлого?

Похоже, ничего смешнее Шеф-Джеф еще ни разу не слышал.

– Ха! Точно! Никогда об этом не думал.

Он выставил кулак, и Брайан, пожав плечами, отбил его своим.

– Постойте-ка, – сказал Джеф. Он зашел в свою палатку и вернулся в очках для чтения, разглядывая афишу концерта. В руках у него было два бейджа на шнурках. – А вы не про «Сабвуферов» интересуетесь? – Он ткнул в одно из имен, написанных на афише мелким шрифтом.

– Может быть.

– Я про них не слышал, но… – Джеф глянул в сторону палатки, – желающих отправиться в трип сейчас негусто, а раз «Сабвуферы» выступают на сцене «Тонатиу» уже через… – он сверился с дорогими на вид серебряными часами, – сорок минут, то пойдемте, я вас проведу.

* * *

Бетани села в спальнике, тяжело дыша и дрожа от холода. Мерзкое, колющее чувство снова накрыло ее, пришло вместе с ознобом, теснотой в груди, подергиванием мышц и ощущением, что ее вот-вот просто-напросто вытряхнет из собственной кожи. О чем она вообще думала? Оставить детей и умчаться в глухой лес на музыкальный фестиваль со своим бывшим? Она правда думала, что это ей поможет? Что станет меньше тревоги? Меньше тоски? Это было все равно что лечить ожог горелкой. Приступы паники возвращались с перерывами с тех пор, как умерла ее мама, больше месяца назад. Психотерапевта Бетани потеряла, когда уволилась из школы и ее страховка была аннулирована, и теперь она не знала, что делать. Когда накатывал приступ, тревога вырастала стеной, за которую было невозможно заглянуть. И, как выяснилось, от панических атак нельзя просто сбежать – даже если уйти в лес.

Она опустила голову между коленей и попыталась дышать. Глубокий вдох – задержка. Медленный выдох. Задержка. (Дыши по квадрату, советовала ей Пегги.) Но тут по груди и рукам