Вкус счастья в итальянской деревушке - Лоренца Джентиле

Мне пришла одна мысль, и мне не терпится ее обдумать, поэтому я просто ставлю подпись и благодарю.

— Спасибо тебе! Перевод придет в течение восьми дней.

Мысль о первых заработанных в новой жизни деньгах вызывает у меня улыбку.

Я стою на вершине утеса и смотрю на море. Вода постепенно меняет оттенки — от ультрамарина до насыщенного синего. Вдыхая запах соли, я ощущаю силу в теле и ясность в голове, словно весь мир остался далеко внизу. Идеальный момент, чтобы погрузиться в медитацию. Я представляю, как парю над морем, как все мои проблемы и стремления, радости и боли тают, теряют значение. Я словно соткана из воздуха, и чувство отрешенности наполняет меня, предвещая предстоящее озарение… и, конечно, именно в этот момент звонит телефон.

Нащупываю его в сумке. Это представитель банка. Я совсем забыла про созвон.

— Добрый день, — произношу я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и уверенно. — Надеюсь, вы успели тщательно проанализировать ситуацию. Ресторан расположен в удачном месте, Милан — отличный город для бизнеса, шеф-повар — настоящий профессионал. Да, по неопытности мы допустили ряд ошибок, но теперь наконец обрели надежного партнера…

— Понимаю, синьора, конечно… — голос то появляется, то исчезает, и я не слышу окончания фразы.

Я прошу его повторить. Голос становится металлическим и прерывистым, словно идет из космоса. Я с трудом различаю что-то вроде: «Я говорил вам, сожалею, но с учетом изменившихся обстоятельств…» Потом снова пауза, тишина, а затем: «А-г-г-г-г-а… с… если вы…»

О чем он сожалеет? О плохом качестве связи? О том, что уже несколько недель заставляет меня ждать ответа? Или…

Я уже высохла; морская соль стягивает кожу и жжет под палящим солнцем. Прежде чем набрать номер, я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Компания подростков рядом со мной шумно соревнуется в прыжках в воду.

Закрываю рукой свободное ухо и прижимаю телефон к другому, пытаясь отгородиться от посторонних звуков.

— Алло? Извините, у меня здесь плохая связь… — начинаю я. — Не могли бы вы повторить?

— Я говорил, что прежде, чем предоставить вам второй кредит, вы должны… сначала погас… пер…

— Погасить первый?

— Именно так…

— Да, то есть… конечно, но, видите ли, второй кредит позволил бы мне оплатить услуги консультанта, который…

— Мне очень жаль. Я понимаю специфику вашей деятельности и уверен, что вы сможете понять особенности нашей… Мы не можем рисковать. Повторное финансирование не является…

Связь обрывается. Если только он не повесил трубку, что в общем маловероятно, ведь я все еще должна ему кучу денег. Сделав над собой усилие, набираю номер снова.

— К тому же финансовый оборот вашей деятельности не дает никаких гарантий, — продолжает консультант.

— Если только мы не выберем иной путь, — перебиваю я его. — Это ведь и в ваших интересах. Мне хватит половины прошлого кредита… нет, даже трети. Да, трети — на тех же условиях. Тогда ресторан точно встанет на ноги, мне это обещали, это маркетинг… Цифры говорят сами за себя, вы же человек цифр, вы поймете! В Лондоне это работает, а значит, сработает и у нас…

На глаза наворачиваются слезы, надеюсь, по голосу этого не слышно. Впрочем, какая разница: мне уже все равно.

— Синьора, я все понимаю, но… это вопрос задолжен… сти, и мы просто не можем удовле… ть вашу прось…

— Поверьте мне в последний раз… Вы же банк! У вас полно денег! Вы для этого и существуете. Я же не беру их из вашего кармана! Понимаете… если вы не дадите мне этот кредит… я… я… я…

Я пропала… Не представляю, как жить дальше. Выхода нет. Слова тонут в рыданиях, и фраза так и остается незавершенной.

43

Домой я возвращаюсь после нескольких часов бесцельных скитаний — возможно, в поисках заветного места, где можно затеряться навсегда.

Я хотела забыться, отключить мысли, но не смогла. Сосредоточиться на дыхании, на дороге… и ничего не вышло.

Банк отказывает мне в новом кредите. Консультант предлагает решение, которое заведомо невыполнимо. На мои плечи ложатся коммунальные платежи и задолженность, о существовании которой я даже не подозревала. Налоговый кредит исчерпан, льготы утрачены. В довершение всего со следующего месяца придется платить кучу новых налогов. И будто этого мало, хозяин помещения, скорее всего, повысит аренду или не продлит договор. Так что, даже если я решу продать бизнес по бросовой цене, покупателей не найдется. У меня нет запасного плана, я не вижу выхода. Разве что просто не возвращаться. Но я не могу: в Милане остались люди, которые от меня зависят.

Перед самым городком я включаю поворотник, и в этот момент раздается звонок. Машинально отвечаю, даже не взглянув на экран.

— Алло, Селена?

Я торможу прямо на подъеме у въезда.

— Майя…

— Хотела тебе сообщить, что мы скоро приедем. Будем в воскресенье, рано утром. Мы сможем увидеться? Я много думала о тебе в последние дни, да и в последние годы. Мне нужно тебе столько всего рассказать…

— Майя… — Это все, на что меня хватает.

— Селена, ты там?

Я пытаюсь сказать «да», но голос подводит.

— Что происходит?!

Делаю вдох, пытаясь заговорить, но из горла вырывается лишь сдавленный всхлип.

— Я в отчаянии… не знаю, что делать… — И я снова рыдаю, не в силах сдержаться.

— Селена! Неразрешимых проблем не бывает. Увидишь, все так или иначе уладится. Пока мы живы, уладить можно всё.

«Конечно, — думаю я, — но жизнь в постоянном страхе и тревоге разве это жизнь?»

— Селена, не волнуйся… Я с тобой.

Я с тобой. Слезы продолжают капать, как тогда, когда я прятала лицо в изгибе ее руки. Майя всегда умела находить решения для моих проблем. И даже если сейчас решения нет, главное — чтобы она не оставляла меня одну.

— Майя, ты нужна мне. Я виделась с Паоло, он приглашает нас в воскресенье к себе на Гуру Пурнима. Было бы так здорово снова отпраздновать вместе…

— Это лучшая новость, которую ты могла мне сообщить!

Она не колеблется ни секунды. Наконец-то мое желание не встретило сопротивления. И впервые за долгое время по телефону прозвучала хорошая новость: Майя приедет.

— А сейчас мне пора. Увидимся в воскресенье вечером у Паоло!

Я хочу рассказать о Саверио, но она вешает трубку.

Я смотрю на телефон и улыбаюсь, сама не знаю, ей или себе. Я словно в эпицентре бури, а этот звонок — далекий маяк в тумане, несущий надежду на спасение. Если не сдамся,