Происки любви - Владимир Михайлович Алеников

об этом скажите, и я, как ни огорчительно, мужественно приму эту печальную весть и больше не буду вам досаждать. Вы мне можете даже сказать очень коротко, просто «да» или «нет», я пойму.

– А если «да», то что за этим последует? – деловито спросила девушка.

Голос у неё оказался слегка низковатый, грудной, что придавало особую интимность её речи.

– Ну, тогда мы куда-нибудь отправимся, – не очень удачно нашёлся Саня.

Любительница мороженого наконец подняла на него свои блестящие насмешливые глаза.

– А прежде чем мы куда-нибудь отправимся, я могу доесть мороженое? – спросила она.

Глава тридцать четвёртая

Монтаж

Ах, как это мило,Очень хорошо.Плыло и уплыло,Было и прошло.Ю. Ким

– Всё, Витя, на этом я закончила, – сказала Люся, останавливая монитор и поворачиваясь к сидящему у неё за спиной Гордину. – Я считаю, что всё хорошо. Отличная сцена.

Гордин промолчал, что было неважным признаком. Люся привычно ждала, когда он заговорит.

– А мне так не кажется, – наконец поразмыслив, заключил он. – Скучная сцена. И фальшивая. Слишком многословная.

– Ну что ты, Витя, – огорчилась Люся, – какая же она фальшивая! Кирсанов же играет роскошно, от него просто не оторваться. И потом, весь смысл в том, что он так много говорит, а она ни слова, и только одна фраза в конце. В этом, по-моему, вся прелесть сцены. Однозначно! Ну, ей-богу, Вить, очень милая сцена, ты зря волнуешься.

– Очень мило, очень хорошо, – согласился Гордин. – Только очень скучно. Придумано и снято пожилыми людьми. Лет двадцать назад этой сцене бы вообще цены не было, в золотой фонд бы вошла. А сейчас она нам весь ритм ломает. Саня на этом не приобретает, а теряет. Лучше пусть не договорит чего-нибудь, чтобы его ещё хотелось услышать и увидеть, чем вот так, в избытке. Давай-ка, Люся, сделаем вот что. Отмотай-ка на начало…

Люся, уже больше не споря, только вздохнула и выполнила то, о чём он просил.

– Теперь пусти на скорости!

На экранчике над монтажным столом снова замелькал выходящий из метро Саня.

Он в ускоренном темпе пронёсся через сквер, переглянулся через окно с девушкой, уплетавшей мороженое, и влетел в дверь кафе. Ноги несли Саню прямо к столику у окна…

– Вот здесь притормози, – скомандовал Гордин, вперяясь в монитор.

Начал Саня более чем банально.

– Простите, у вас тут свободно? – вежливо поинтересовался он. Девушка, только что перед этим отправившая в рот целую ложку фисташкового мороженого, лишь молча кивнула. Саня не замедлил воспользоваться этим безмолвным ответом.

– Дело вот в чём, – продолжил он…

… но дальше ничего сказать не успел.

– Стоп! Стоп! – заорал Гордин. – Вот здесь прямо и режь.

– Как здесь? – поразилась Люся.

– Очень просто. Молча.

Люся, обиженно насупившись, отметила нужное место.

– А теперь куда? – спросила она.

– Теперь мотай аж почти до конца, до того места, где он говорит ей, как она ему безумно понравилась.

Люся безропотно подчинилась.

Саня, всё ускоряя движения и отчаянно гримасничая в результате, начал болтать с дикой скоростью, пытаясь в чём-то убедить незнакомку.

Наконец пластика его пришла в норму и стало слышно, что он говорит.

– Я хочу честно посмотреть вам в глаза, как я сейчас это делаю и искренно сказать… – произносил он.

– Молодец, – похвалил Гордин Люсю. – Умница. Вот прямо здесь. Давай склеивай.

Люся споро произвела необходимую вивисекцию и соединила куски.

– А теперь поглядим, что вышло! – с возбуждённым видом скомандовал Виктор.

Экран снова ожил.

– Простите, у вас тут свободно? – вежливо поинтересовался Саня.

Девушка, только что перед этим отправившая в рот целую ложку фисташкового мороженого, лишь молча кивнула. Саня не замедлил воспользоваться этим безмолвным ответом.

– Дело вот в чём, – продолжил он, только успев усесться, – вы мне безумно понравились в ту самую секунду, как только я вас увидел. И если вы можете отбросить все эти дурацкие, принятые между мужчинами и женщинами условности, когда женщина непременно должна изображать из себя кокетку, даже если она ею вовсе не является, и так же искренно ответить мне, что я вам тоже понравился, то я, во-первых, буду уважать вас ещё в сто раз больше чем сейчас, а во-вторых, мы с вами сэкономим массу времени и сил. Если же подобное невозможно, то вы мне тоже об этом скажите, и я, как ни огорчительно, мужественно приму эту печальную весть и больше не буду вам досаждать. Вы мне можете даже сказать очень коротко, просто «да» или «нет», я пойму.

– А если «да», то что за этим последует? – деловито спросила девушка.

Голос у неё оказался слегка низковатый, грудной, что придавало особую интимность её речи.

– Ну, тогда мы куда-нибудь отправимся, – не очень удачно нашёлся Саня.

Любительница мороженого наконец подняла на него свои блестящие насмешливые глаза.

– А прежде чем мы куда-нибудь отправимся, я могу доесть мороженое? – спросила она.

– Ну? – торжествующе посмотрел Гордин на Люсю. – Это ж совсем другое дело! А то развели бодягу. Намного динамичней стало. А главное, современней! Сейчас никто не рассусоливает, договариваются моментально. И так-то длинновато, честно говоря. А было просто занудство.

– А мне нравилось как было! – упрямо заявила она. – Мне жалко.

– Жалко у пчёлки! – озорно провозгласил Гордин. – Мало ли чего было! Было и сплыло! Поехали дальше. Покажи мне сцену в лифте.

– Вот там, пожалуйста, могу хоть всё сократить. – мстительно прошипела Люся. – Хоть всю сцену!

– Ладно, – рассмеялся довольный Виктор. – Посмотрим!

Глава тридцать пятая

Фильм «Нескончаемые поиски любви». Авантюристка

Продолжение

В тихой смиреннице каждой,В робкой застенчивой лапушкеМогут проснуться однаждыБлядские гены прабабушки.И. Губерман

Саня, вихрем пронесясь по подъезду, буквально влетел в лифт вслед за страстной любительницей мороженого. Оба они слегка задыхались от стремительного движения, почти бега, в котором они находились с момента выхода из кафе.

Почему они так спешили, Саня затруднялся объяснить, а спросить об этом у своей спутницы у него просто не оставалось времени. Всё было необычно с этой загадочной незнакомкой. Пожалуй, впервые в его жизни инициатива непостижимым для него образом уплывала из рук.

Он только с удивлением помнил, как бежали они вдоль Чистых прудов, ловя такси, как неслись через весь город по заснеженным улицам, как, сокращая время, перебегали проспект, остановившись наконец напротив его дома. Не менее странным казалось и то, что все его попытки заговорить в такси были решительно пресечены ею, поэтому весь путь они просидели совершенно молча.

– Вас как зовут? – спросил наконец Саня, которого давно распирало от роящихся в голове вопросов.

– Даша, – выдохнула девушка и протянула руку к кнопке.

– Какой этаж? – коротко поинтересовалась она.

– Десятый.

Даша кивнула, как будто другого она и не ждала. Лифт качнулся, загудел и ворчливо потянулся вверх.

– А я – Саня, – счёл необходимым представиться он.

Она снова кивнула, зыркнула на него своими насмешливыми блестящими глазами и, отвернувшись, стала следить за движением лифта внутри шахты с таким интересом, как будто доселе ничего подобного никогда не видела.

Саня растерянно наблюдал за ней. То, что делала эта девушка, было абсолютно непредсказуемо, он не сталкивался ранее ни с чем подобным и оттого