И снова в бой! - Владимир Николаевич Макарычев

жестокость и насилие могут войти в привычку людей. Нам такое поведение умышленно насаждают. Кто и зачем? Еще не закончилась пандемия Ковида-19, разразилась СВО. Люди боятся пророчества о возможности ядерной войны.

Скоро покинул помещение, выйдя на смотровую площадку. Посередине возвышался деревянный крест. На черной табличке прочитал, что Поклонный крест установлен в память о погибших горожанах в ходе боевых действий в 2022 году. Перекрестился и отдал поклон святыне. Чувствовал, как будто на него смотрят со стороны неба и одобряют праведные поступки.

Посмотрел по сторонам, удивившись величественному виду, открывающемуся с высоты обрыва. Справа черной глыбой закрывает море гора из шлака. Остатки сгоревшего в мартеновских печах «Азовстали» кокса. Слева – уходящее в синеву бескрайнее море. Береговая кромка воды всего за одну морозную ночь покрылась ледяной крошкой. Небо в белых барашках, предупреждающих о возможном потеплении.

* * *

За ночь выпал снег. Возникло ощущение скорого избавления от навалившихся неприятностей.

Наконец-то начали поступать хорошие вести с фронта. Казалось, русское отступление закончилось. Наши морпехи с бойцами ЧВК «Вагнер» взяли город Соледар с его многокилометровыми подземными шахтами. На очереди хорошо укрепленный Артемовск-Бахмут. Хоть и не отмечали красными и желтыми флажками линию фронта, но откровенно ждали русского наступления после обидного оставления Херсона в ноябре прошлого года. Войска ушли на левый берег Днепра, тем самым заставив забыть возможность освобождения в скором времени Запорожской области и Одессы. Активизировались обстрелы с Украины российских пограничных территорий и Крыма. От чего ежедневно гибли мирные жители Курской и Брянской областей.

Получали информацию от официального донецкого телевидения. Иногда – от скупых на новости товарищей военных, изредка останавливающихся в домике. Делали выводы из ругани военблогеров и Евгения Пригожина с руководством Минобороны насчет нехватки снарядов.

В боевых сводках появились яркие название украинских городов и сел: Изюм, Мелитополь, Бердянск, Соледар, Бахмут, Работино… По их названиям читалась история давней борьбы русских с османами за Левобережную Украину. Тогда, в далеком 1681 году, был подписан Бахчисарайский договор, по которому Левобережье отошло к России, а Правобережье – под контроль Турции. В образовавшейся буферной зоне между владениями Порты, Польши и России метались от одних покровителей к другим украинские паны. Отсюда стремление украинцев к предательству и поиску краткосрочной выгоды. Днепр, как планировала еще Екатерина Вторая, становится границей между османами и русскими. С той поры прошло 342 года, а Россия снова стремится закрепиться по линии Днепра. История похожа на московскую улицу, которую мостили сначала доской, затем камнем и асфальтом. Независимо от материала она продолжала иметь прежнее значение дороги от окраины к центру русской столицы.

* * *

12 января. Первым отреагировала на потепление местная детвора. Ребятишки с энтузиазмом катали шары, лепили снеговиков и азартно кидались снежками. Люди хотели праздника и с нетерпением ожидали прихода Старого Нового года, до которого оставался один день. Случилось все, как в физическом законе: если где-то прибавится, то в другом месте обязательно убавится.

Электричество отсутствовало третьи сутки, но жизнь продолжалась. На смену морозу приходила оттепель, а с ней – уверенность в скорейшем разрешении бытового коллапса.

Пожилые женщины, одетые в шубки, за которыми в мирное время принято было ездить в Турцию и Грецию, в одиночку и мелкими группами двигались в направлении районной площади. Шли медленно, молчаливо, с печальными глазами. Так ходят на поминки.

Любопытствуя, поинтересовался о конечной точке их пути.

– Идем в пункт обогрева, где встретимся со знакомыми, попьем чаю и обсудим городские новости, – буднично ответила женщина в коричневой норковой шубе до самых пят. Голову украшала меховая высокая шапка, слегка наклонившаяся набок, подобно Пизанской башне. В недавнее время такой наряд не каждая дама могла себе позволить в России. Он вспомнил, как с женой на подобную шубу полтора года копили, чтобы кутить на лужниковском оптовом рынке.

– Вы, случайно, не из «Гермес-Строя»? – строго вопросила женщина. В душе Сергея напряглись струнки совести от предчувствия несправедливого обвинения. Строители под рукой, им и высказывать негатив.

– Наверное, из новеньких? – сощурив взгляд, заметив неуверенность случайного попутчика, уточнила женщина неопределенного возраста.

– Угадали, вторую неделю в городе, – выдохнул с сожалением Сергей, – к тому же зам гендиректора «Гермеса». Бить будете?

Шутка даме явно понравилась. Из-под косых черных ресниц некоторое время изучающе наблюдала бодрого мужчину, которого не беспокоил мариупольский холодок. Наконец пояснила любопытство:

– Передайте большую человеческую благодарность гермесовцам, рабочим и начальникам, за помощь в сохранении тепла в домах. Лично ругала вас на каждом перекрестке, а пришла беда, и говорю спасибо. Вы единственная компания в районе, оставившая в домах тепло! Другие, сохраняя радиаторы, слили воду. О собственном добре беспокоились, а вы о нас, мариупольцах! С наступающим вас Старым Новым годом! Дай Бог счастья и мира.

Чувствовалось, что человек неравнодушный, искренний. Взгляд излучал доброту, вызывая взаимное доверие.

– Не обижайтесь на нас, мы много горя испытали. Большинство любят и верят в Россию. Есть и откровенные бездельники. Вместо того чтобы работать, восстанавливать родной город, строчат жалобы. Сразу на сайт президента. Требуют жилье лучше, чем было при Украине. Мы-то знаем, что канализация и водоснабжение 60-летней давности, дома с 1954 года постройки. Еще пленными немцами возводились. Да и рвачество в крови! Отец двоих малолетних детей, сам сантехник, воздуха в тепловой системе в морозы не спустит. Ждет российских сантехников. Не захотел делать бесплатно. Даже ради своих же детей, типа «умирать буду, но сам себе не помогу. Пусть за мою жизнь заплатят». Как ему сказать, что не нужно кормить человека, который даже не открыл рот!

Неспешно подошли к пешеходному переходу, ведущему к 46-му дому на проспекте Победы. Здесь Сергей должен расстаться с благодарной женщиной и зайти к своим жильцам. Во дворик, где, по обыкновению, ожидали старшие четырех домов.

Неожиданно дорогу преградил серый «ниссан» начальника транспорта.

Каленик резко открыл дверь и резво покинул салон автомашины. Так на дороге и встал, как столб, исподлобья горящим взглядом высверливая Сергея. Вся его фигура, в расстегнутой куртке и без головного убора, прямо плавилась от внутреннего возмущения.

Не успел Сергей поравняться с Евгением, как тот обрушил поток несвязных предложений. Речь его прерывалась соединениями «блин». Наговорил за минуту этих самых «блинов» с большой таз.

Выговорившись, боязливо оглядываясь на 46-й дом, потянул в автомашину. Сергей разгадал причину, выведшую из равновесия склонного к полноте мариупольца. Видимо, Филиппов продолжал мешать выполнению его указаний по передаче теплосетям топлива.

Скрытое противодействие – черта людей слабых и завистливых.

В нагретом салоне автомобиля панель и кресло пассажира казались источниками тепла, так необходимого всем сегодня.

Возвращаться в