Сны наяву - Лора Хэнкин

29

2018

Утро начинается с вопля Лианы:

– А будильник никто не поставил, да?

Мы с Саммер поднимаем головы и отвечаем мутными взглядами на этот риторический вопрос. Прически у нас обеих «воронье гнездо», на подбородках засохла слюна, одежда вся измята. И, о господи, моя шея. Я слишком стара, чтобы спать, скукожившись, на диване. Точно не смогу толком двигать головой еще два-три дня.

Саммер стонет. Я смотрю на часы в телефоне. Сейчас десять утра. Репетиция началась в девять тридцать. И мы на окраине Бейкерсхелда. Я резко вскакиваю.

– Надо бежать прямо сейчас, нет, еще быстрее! – говорит Лиана.

– Черт подери, – говорит Саммер, тоже взглянув на часы. – Ну что я за бестолочь.

Она ныряет в ненависть к себе, как в старое привычное худи. Его одно, это худи из ненависти, она в основном и носила последние годы.

– Да перестань, – говорю я. – Мы уже опаздывали на репетиции. Не такая уж это большая проблема.

– Когда что-то делаю я, это всегда становится проблемой, – огрызается Саммер с таким ядом в голосе, что брови Лианы взлетают вверх.

– Что я пропустила прошлой ночью? – спрашивает она.

– Ничего, – хором отвечаем мы.

И взметаемся единой волной, которая прокатывается по дому, торопливо умываясь и роясь в кухонных шкафах мамы Саммер в поисках молотого кофе.

– У твоей мамы есть средство от похмелья? – стонет Лиана.

– Зачем бы оно ей?

Саммер гонит машину как бешеная. В динамиках на всю громкость играет какой-то простенький рэп. Она вся подалась к рулю, закусила губу и вцепилась в руль как в горло злейшего врага. Лиана на заднем сиденье уткнулась в телефон и издает странные звуки.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я.

– Читаю, что говорят в сети обо мне и Ксави.

– Прекрати сейчас же.

– Но мне нужно знать, к чему склоняется мнение общественности!

– У тебя что, нет менеджера по связям с общественностью? Почему бы ей не пробраться через эти тонны негатива за тебя?

– Она у нас с Ксави одна на двоих, – отвечает Лиана. – И она хочет, чтобы мы остались вместе. А еще она настырная сука, поэтому я не отвечаю на ее звонки.

– Хорошо, я это сделаю, – говорю я. – Дай мне свой телефон.

В основном все сочувствуют – что неудивительно. Люди постят разбитые сердца и выражают свой гнев в адрес Ксави. Я зачитываю Лиане несколько самых приятных постов – что она заслуживает кого-то получше. Посты насчет того, что она была просто балластом, который тянул Ксави ко дну, так что нет ничего удивительного в том, что все так обернулось, я решительно не читаю.

Но обсуждают не только это… Я мельком проглядываю связанные новости. Очень многие материалы посвящены тому, как Ноа вмешался и чуть не подрался с Ксавьером. «Да-а-а, вот так выглядит настоящий друг! Приятно посмотреть!» Что ж, это сработало, он отвлек внимание прессы. Но, возможно, это сработало слишком хорошо. Теперь Ноа – такая же часть истории Лианы и Ксавьера, как и они сами.

Фотографии Лианы, сделанные папарацци, воображение не поражают, а вот Ноа выглядит на них великолепно, мускулы бугрятся, воплощенный порыв. Супергерой до кончиков ногтей – как раз такой, какой нужен публике. Одну из фоток я рассматриваю повнимательнее. Какой-то бесстрашный фотограф запечатлел как раз тот момент, когда Ноа говорит мне, что отвлечет прессу. Он наклонился, его рот прижат к моему уху, а я держу его за руку. Среди окружающего хаоса это выглядит поразительно интимно, и некоторые фаны уже вовсю мусолят эту тему.

Кэт как всегда, сохнет по Ноа.

ОМГ Как вы думаете, она попытается отбить его у Саммер, в сериале все время так было?

ЛОЛ в реальной жизни он с Саммер никогда не связался бы, она – та еще штучка.

Разве у Кэт нет парня?

Сестра подруги моей подруги видела, как они чуть не подрались в аэропорту, так что МОЖЕТ БЫТЬ УЖЕ НЕТ. В любом случае, я бы сшипперила Кэт и Ноа, это как Драко и Гермиона.

Фанаты, конечно, как всегда… Но меня тревожит, что крупица истины в этом информационном мусоре все-таки есть. Я проглядываю чат дальше. Саммер въезжает на парковку и резко тормозит, не вполне вписавшись в обозначенное линиями парковочное место. Она выскакивает из машины и несется в сторону репетиционной, как торнадо, мы с Лианой едва поспеваем за ней.

Когда мы входим в комнату, девочки с подтанцовки разучивают номер, пустые места перед ними, где должны двигаться мы, бросаются в глаза в сложной структуре общих движений. Ноа, свежий, как майская роза, подходит ко мне, глаза его горят.

– Ух ты, вчера была вечеринка? А почему меня не позвали?

В ответ я одариваю его таким взглядом, что он меняется в лице.

– Слушай, ты как? – начинает он, и тут к нам подбегает Майкл с бутылкой неизменной диетической колы в руках.

– Вы знаете, какая это колоссальная трата времени и ресурсов, – говорит Майкл, – дожидаться тут вас всех? Мы проторчали здесь просто так целых два часа!

Мы с Лианой напрягаемся. Раньше мишенью для гнева Майкла всегда были мы двое. Но на этот раз он кричит не на нас. Он обращается исключительно к Саммер.

– Извините, – говорит она. – Мой телефон сдох ночью, поэтому будильник и не сработал.

– Ты опять не в себе? В этом все дело, да?

– Не вините ее, – выступает вперед Лиана. – Она утешала меня, вы же сами видели, что Ксавьер вчера…

Но Майкл не сбавляет обороты:

– Или ты в трезвом уме, и это просто лень и неумение исполнять обязательства? И тебе скучно заниматься этим в одиночку, поэтому обязательно нужно втянуть в свои штучки-дрючки и остальных?

Майкл в таком бешенстве, что лицо его становится красным, как кирпич. Не успеваю я лениво подумать, что он так может себя до инфаркта довести, как он перестает кричать и брызгать слюной и валится на пол.

30

2018

После того, как Майкл так неожиданно отключается, возникает неразбериха – кто должен поехать с ним в больницу? Инстинкты говорят, что в машину скорой помощи должны забиться мы все вчетвером, словно мы его дети, каждый из которых страстно мечтает, чтобы его имя было вписано в завещание. Но он уезжает без нас, с ним отправляется только один дрожащий ассистент. К тому времени, как его загружают в машину,