Сны наяву - Лора Хэнкин

32

2018

Некоторое время после моего рассказа Михир молчит.

– То есть кое-что закончить вам все же надо, – произносит он наконец.

– Он часть всего этого, я полагаю. Но не из-за него я…

– …поставила на паузу все, что мы строили вместе, и пошла на это дурацкое шоу?

Во мне нарастает ярость:

– Оно не дурацкое!

– Я цитирую тебя! Ты все время называешь его дурацким!

Может, и так, но только я могу так называть наш проект.

– Тебя не было там. Ты не был частью этого, ты даже не видел тот сериал. Тебе не понять.

– Ты права, я не понимаю. Мы вместе уже три года, и в первый раз я чувствую, что не знаю, кто ты! Я просто… – он обрывает себя на полуслове, и я практически чувствую, как сердце уходит в пятки.

– О чем ты? – спрашиваю я осторожно.

Он выдыхает:

– С тобой сейчас многое происходит, и я должен дать тебе сосредоточиться.

– Что ты такое говоришь?

Его голос становится жестким, формальным.

– Я думаю, что это серьезный разговор, не телефонный. Позже.

– Михир, нет.

– Ты просила меня не давить на тебя по поводу помолвки, пока будешь в отъезде. Теперь я прошу тебя о том же.

– Но… но я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, – хрипло отвечает он. – Вот почему все это разбивает мое гребанное сердце.

Михир выходит из себя только в моменты крайнего напряжения. Когда он кладет трубку, я мгновение пялюсь на телефон. Можно забыть о повторном предложении руки и сердца после окончания съемок, говорю я себе. Скорее всего, он порвет со мной в ту же минуту, как я войду в дом.

Мой телефон снова жужжит. Это Михир? Я так резко наклоняю голову, чтобы проверить, что чуть не сворачиваю себе шею. Но это сообщение не от него.

ИРЕН:

Защищать твою репутацию перед всеми этими крокодилами становится все сложнее.

И тут же второе.

ИРЕН:

Возможно, я последний человек, который может давать тебе советы насчет мальчиков, но если ты бросишь замечательного Михира ради какого-нибудь голливудского качка, ты совершишь самую большую ошибку в своей жизни.

Я бьюсь головой о стену, почти наслаждаясь болью. Чего я здесь добилась? Саммер возненавидела меня, ну и еще я довела нашего шоураннера до сердечного приступа. Я злюсь на всех, и в первую очередь на себя за то, что облила свою нормальную жизнь бензином и кинула в нее горящую спичку.

Когда я возвращаюсь в репетиционную, кипя от ярости, остальные все еще хлопают Ноа по спине, поздравляют его с работой, которую он смог получить, потому что смеялся над нами, тремя девочками, вместе со всем миром, потому что украл идею Саммер и снял по ней фильм, потому что он всегда умел налаживать связи с нужными людьми и всегда заботился прежде всего о себе.

Боже, какой же я была дурой, думая, что он изменился. Почему? Потому что он взял меня с собой на тренировку? Потому что закрыл Лиану от камер?

Нельзя забывать, что Ноа действует исключительно в собственных интересах. Сейчас круто быть союзником женщин, быть «хорошим» парнем. Мужчин начинают осуждать за то, что они могли себе позволить раньше. Наверняка он увидел свой шанс опередить события. Вероятно, он был в восторге от того, что может наорать на Ксавьера и попасть в заголовки газет. Как часто Ноа сожалел о том, что случилось в прошлом? Глядя на него сейчас, самодовольного, загорелого, в тонкой футболке, обтягивающей раскачанные мышцы груди, я ясно понимаю – ни разу.

– Итак, дату релиза шоу мы не сдвигаем, – говорит мистер Атлас, когда шумиха вокруг Ноа наконец успокаивается. – Кайл возьмет руководство на себя. Он будет все время держать Майкла на связи и осуществлять его указания. Кайл, может, ты хочешь что-нибудь сказать?

Кайл встает. По лицу его видно, что он страшно напуган.

– Окей, дамы и господа. Сегодня отдохните, пока мы тут перегруппируемся, а завтра возвращайтесь полными сил и готовыми хорошенько поработать!

У него получается очень неуклюже. Словно подросток на своем первом уроке актерского мастерства пытается произнести воодушевляющую речь из «Храброго сердца»[24].

– Эм, и я знаю, что мы с вами сделаем потрясающее шоу, и я… и… для меня большая честь быть вашим новым, пусть и временным, лидером.

Мистер Атлас похлопывает Кайла по плечу.

– Спасибо.

Комната наполняется скрипом отодвигаемых стульев и шорохом собираемых вещей. Ноа направляется прямо к мистеру Атласу. Некоторые члены съемочной группы перетаптываются, ожидая возможности подлизаться к «Следующей Мировой Кинозвезде».

Лиана, Саммер и я остаемся на своих местах. Лиана нагибается, поднимает с пола свою сумку.

– Я должна вернуться в отель и начать разбираться со всем этим бардаком, – бурчит она.

Она встает, слабо улыбается нам:

– Но спасибо вам за прошлую ночь. Я не знаю, что бы я делала без вас.

Она выходит из репетиционной. Саммер подхватывает свои вещи и тоже устремляется прочь, даже не взглянув на меня. Я спешу за ней.

– Подожди!

Она оборачивается, в ее глазах нет ни капли тепла. Я пустила свою жизнь под откос, чтобы помочь ей хоть что-то поправить в ее. Так что, оно должно того стоить. Должно. Я прочищаю горло, оглядываюсь по сторонам, и спрашиваю:

– Ты упоминала, что хочешь разрушить Ноа жизнь… Тебе помочь?

33

2018

И снова Саммер за рулем, и снова мы едем неизвестно куда. Мы тащимся по пробкам, пока не выезжаем на трассу – она, слава всем богам, свободна. Мы опускаем стекла и во весь опор мчимся мимо каньонов к океану. Наконец Саммер съезжает на обочину и паркуется на почти безлюдной части пляжа, берег здесь дикий и грубый. Она достает из отделения для перчаток бейсболку и надевает ее, натягивая почти на самые брови – одна из тактик быстрой маскировки, которая отбивает (по большей части) желание у случайных встречных рассматривать вас пристальнее.

На пляже почти никого нет. Редкие посетители бегают или сидят на песке. Пожилая пара бросает мяч своей неугомонной собаке. Нам удалось практически уединиться – это очень ценно, потому что что добиться такого получается крайне редко. Я плотнее запахиваю крутку, от океана дует сильный ветер. Саммер сбрасывает туфли, оставляет их на песке и идет к воде, туда, где волны набегают на берег. Она уже стоит по щиколотку в воде, когда я, наконец разувшись, догоняю ее.