Свадебные люди - Элисон Эспач

— Во время пандемии, когда мы изо дня в день сидели взаперти дома, я поняла: мы тоже в неволе. И, как Мэй-Мэй, я тоже перестала хотеть секса. В это мрачное время меня поддерживала только вера в то, что где-то есть другие несчастные, лишённые секса люди, которым так же плохо.

Она начала вести в Zoom семинары о сексе, делиться исследованиями и открытиями. Отрывки из её семинаров разошлись по сети, и к концу пандемии она помогла миллионам людей во всём мире снова захотеть секса.

— Изучая панд в неволе, мы поняли, что, по сути, они заперты в раю. Слишком много досуга, слишком много комфорта, слишком много бамбука. Слишком много спортивного канала ESPN, если вы понимаете, о чём я.

Сьюз понимающе кивает.

— Самцы перестали стараться, а самки больше не тёрлись анальными железами о ближайшие деревья, как делали в дикой природе, — добавляет Женщина по сексу, и Сьюз перестаёт кивать. — Все их потребности были удовлетворены. Не стало ни флирта, ни предварительных ласк, ни тонкого танца ухаживания: в неволе мы исключили почти все естественные дарвиновские факторы спаривания панд. Теперь мы знаем — все мы знаем, — что нельзя просто посадить двух животных в одну комнату и ждать, что они займутся сексом. Нельзя даже ждать, что они этого захотят. Почему же мы ждём этого от себя?

Женщина по сексу и её коллеги годами учили панд вспоминать, как это — хотеть секса.

— Мы показывали им видео со спариванием других панд, — говорит Женщина по сексу. — Чтобы их возбудить.

— Типа панда-порно? — спрашивает Сьюз.

— Да.

— Панды правда возбуждаются, когда смотрят, как другие панды занимаются сексом? — спрашивает Нэт.

— Конечно.

— В этом есть что-то прекрасное, — говорит Сьюз и смотрит на остальных. Но Лайлу это не трогает.

— Ничего прекрасного, — настаивает Лайла. — Это порно, Сьюз.

— Да, но порно для панд.

— Порно не становится прекрасным только потому, что там трахаются два медведя, — говорит Лайла.

— А там… ну… есть сюжеты про панд? — спрашивает Марла.

— Две панды: одна — чемпион по бильярду, а другую надо научить, — говорит Нэт.

Это до странного похоже на ролик, за просмотром которого Фиби однажды застала Мэтта. Он так смутился, что она специально села смотреть вместе с ним. Они сидели, смотрели и критиковали сюжет, будто разбирали телесериал — будто им совсем не нравилось. Но в какой-то момент бильярдной партии замолчали. Смотрели, как мужчина подходит к блондинке сзади, гладит её по руке, сажает на стол. И Мэтт потянулся к Фиби. Впервые за несколько месяцев у них был хороший секс, но потом Мэтт ни разу об этом не заговорил. И она тоже.

— Вы шутите, а для панд это вопрос выживания, — говорит Женщина по сексу. — И для вас тоже, разве нет?

Женщины кивают.

— И это подводит меня к вам, наша невеста, — говорит Женщина по сексу.

— Каким вообще образом это подводит вас ко мне? — спрашивает Лайла.

— Прежде чем вы окажетесь в неволе — то есть в браке, — говорит она и подмигивает, — я хочу научить вас тому, что поможет всегда хотеть секса с мужем. Я хочу, чтобы вы ушли отсюда с уверенностью: вас ждёт не просто хорошая сексуальная жизнь, а самый долгий, самый влажный, самый горячий секс с вашим мужчиной.

Но сначала ей нужно кое-что узнать.

— Напомните, как его зовут?

— Гэри.

Затем она просит Лайлу описать одним словом их нынешнюю сексуальную жизнь.

— Это очень личное, — говорит Лайла.

— Ради личного мы и собрались, наша невеста, — говорит Женщина по сексу.

— Ладно, ну, замечательная, — признаётся Лайла.

— Замечательно! — говорит Женщина по сексу и просит остальных сделать то же самое.

— Развивающаяся, — говорит Нэт.

— Словесная, — говорит Марла.

— Мёртвая, — говорит Сьюз.

— Прорастающая, — говорит Фиби.

— Теперь вспомните, когда вы в последний раз по-настоящему возбудились. Попробуйте понять, что вас так возбудило. Отчего вам действительно захотелось секса? Не потому, что хотелось партнёру, и не потому, что прошли уже недели и вы начали тревожиться: уже недели прошли. А потому, что вас захлестнуло желание. Потому, что вам ничего не хотелось, кроме как трахаться.

Женщина по сексу раздаёт листки бумаги. Все что-то записывают, и наконец она говорит:

— Начнём с невесты. Что в Гэри в последний раз по-настоящему вас возбудило?

Лайла краснеет и смотрит на Марлу.

— Я не могу говорить при Марле.

— Я прекрасно знаю, что Гэри — человек и занимается сексом, — говорит Марла. — Однажды я его даже застукала.

Но Лайла явно смущена. Разница между Лайлой в Фибином номере и Лайлой за его пределами начинает поражать Фиби. Она привыкла к Лайлиной откровенности: ворваться, сесть, тут же признаться во всём, что её мучает. Фиби чувствовала себя священником или психотерапевтом. Но здесь, среди этих женщин, Лайла скрытна. Настороже. Словно при Марле говорить правду слишком трудно. А может, в её сексуальной жизни есть что-то, чего она ужасно стыдится. Только что?

— Да не будь занудой, — говорит Нэт. — Это вообще-то твой семинар о сексе.

— Ладно, хорошо, он очень хорошо целуется, — говорит Лайла.

— А можно подробнее? — спрашивает Женщина по сексу. — Помните какой-нибудь определённый поцелуй? В нём было что-то особенное? Он был страстным? С языком?

— Ну, языка было как обычно.

Но тут лицо у неё краснеет, словно она и так призналась в лишнем.

— Давайте пока дальше, — говорит Женщина по сексу и поворачивается к Сьюз. Та долго рассказывает о мужчине, которого встретила на вечере выпускников. О мужчине, который раньше её дразнил, который знал её до Червячка. Потом Нэт говорит что-то про свою жену Лорел в саду, про землю у неё на лице, про страсть, с какой она занималась чем-то совершенно необязательным.

— В последний раз я по-настоящему возбудилась, когда меня душили, — говорит Марла.

— Роберт тебя душит? Вообще не могу себе представить, — говорит Лайла.

— Не Роберт, — говорит Марла и разражается слезами. — Роберт бы меня ни за что не стал душить. Даже когда я просила.

Роберт — человек, который в открытке на День святого Валентина по пунктам перечисляет три причины, по которым любит её, и причины эти даже не особенно приятные. Человек, патологически неспособный сделать ей комплимент.

— Вы знаете, каково это — никогда не слышать комплиментов от собственного мужа? — спрашивает Марла. — Я всегда думала, это потому, что он судья. Профессиональная беспристрастность. А потом мы на каком-то рабочем мероприятии, я разговариваю с другим судьёй, и он хвалит моё платье — так просто. И вот уже я у него дома на берегу Чесапикского залива, мы смотрим праймериз перед