Свадебные люди - Элисон Эспач

Все прыскают со смеху.

— Горячо, — говорит Сьюз.

— Лично я люблю, чтобы меня душили под трансляции Конгресса на C-SPAN, — говорит Нэт.

— Аналогично, — говорит Сьюз. — Но подожди, как он тебя душил?

— Просто протянул руку и сжал мне горло.

— Совершенно не понимаю, что в этом хорошего, — говорит Лайла.

Женщина по сексу напоминает: никого не осуждаем.

— Мы просто делимся, — говорит она. — Учимся не терять связь со своими желаниями.

Она поворачивается к Фиби.

— А вы?

— Я разговаривала с совершенно незнакомым человеком, — говорит Фиби. — Впервые после развода мне по-настоящему захотелось секса.

— Подожди, ты разведена? — спрашивает Лайла.

— Как ты можешь этого не знать? — спрашивает Марла. — Она же твоя главная подружка.

— Давайте поменьше о разводе, побольше о том, что вас возбудило в этом незнакомце, — говорит Женщина по сексу.

— Не знаю, — говорит Фиби. Она вспоминает ту ночь, тот миг, когда сидела с ним в розовом свете зари. Когда сказала, что приехала сюда покончить с собой, а он не отвёл глаз. — Мне понравилось, что он смотрел мне в глаза.

— Взгляд в глаза может очень возбуждать.

— Он не боялся смотреть на меня. Не боялся того, что я говорю. Не боялся самого плохого во мне. И от этого мне казалось, что даже с этим плохим всё в порядке. Что я могу говорить что угодно. Быть какой угодно.

От воспоминания Фиби улыбается, и Женщине по сексу становится любопытно.

— Что заставило вас сейчас улыбнуться?

— Я прямо сказала ему, что хочу трахаться. Мне бы следовало смутиться, но меня это ужасно возбудило.

— Говорить о своих желаниях вслух, — говорит Женщина по сексу. — Это может действовать очень сильно. Теперь вы это о себе знаете. Теперь, когда вам не будет хотеться секса, когда почувствуете, что теряете связь с собой, вы сможете спросить себя: в чём я себе не признаюсь?

В оставшееся время Женщина по сексу показывает им короткие обучающие видео о том, как ласкать себя с разными растительными лубрикантами, а под конец — ролик с двумя совокупляющимися пандами.

— Желаю вам всем познать такое же плотское блаженство, — шутит Женщина по сексу, и женщины смеются и хлопают. Затем она без церемоний вываливает на журнальный столик кучу секс-игрушек. Один из членов скатывается на пол.

— Вибратор может помочь вам вспомнить, — говорит Женщина по сексу.

Она объясняет: как и пандам, им важно не терять связь со своими желаниями. Важно замечать свои особые пристрастия, когда те начинают проявляться. Важно прикасаться к собственному телу, если мы забыли, каково это — ощущать прикосновение. Затем смотрит на часы. Только этим она и похожа на стриптизёршу. Преданностью минутной стрелке.

— Мой час истёк! — Она выключает проектор. — Ну что, кто хочет купить член?

Женщины смеются. Все тянутся к столику, Фиби берёт фиолетовый.

— Чуть не забыла! — говорит Женщина по сексу. — Бесплатные Спермосалфетки.

Сьюз держит одну в руке так, будто это кашемир.

— Ого, какая хорошая идея.

— Так экологично, — говорит Нэт.

— Зачем Вив наняла такую Женщину по сексу? — спрашивает Лайла в ресторане.

— Судя по тому, что ты рассказывала нам о Вив, это очень в её духе, — говорит Сьюз.

Они ужинают в таверне «Белая лошадь». Старейшей таверне Америки, если верить меню. Тёмно-зелёные стены, стулья с высокими спинками, толстые деревянные балки — и при этом вполне модная еда. Тонко нашинкованная брюссельская капуста и капустные салаты. Морские гребешки в лимонном соусе с травами. Два хвоста омара на тарелке у Фиби. Домашнее вино стоит на столе в прозрачных кувшинах, словно они римляне. Слегка разбавленное и тёплое, но в этом, кажется, и смысл.

— Но мы ведь не панды, — говорит Лайла. — Теперь во время секса я только и буду думать, что я панда. Не понимаю, как это чему-то поможет.

— По-моему, она была отличная, — говорит Нэт. — Ты просто ничем не поделилась, вот она и не смогла тебе помочь.

— А зачем мне помощь? — говорит Лайла. — С сексом у нас всё хорошо.

Всем начинает надоедать, что Лайла не хочет сказать ничего настоящего. Марла поворачивается к Фиби:

— Так почему вы развелись?

— Нельзя вот так просто спрашивать, — говорит Нэт.

— Ничего страшного, — говорит Фиби. — Муж мне изменил.

— Мудак, — хором говорят все, кроме Марлы.

— И вы не смогли его простить? — спрашивает Марла.

— Он даже не просил, — говорит Фиби.

— А ты собираешься разводиться? — спрашивает Сьюз у Марлы.

— По-моему, нам не стоит говорить о разводах, — напоминает Лайла.

— Точно, — говорит Сьюз. — Ладно. Тогда, э-э, что самое странное вы делали в постели? Я первая.

И Сьюз признаётся: в университете один парень поливал её горячим воском, и ей вроде бы даже понравилось.

— Я была не против, но и не особо за, — говорит Сьюз.

Нэт однажды изображала перед камерой медсестру-теннисистку для девушки, с которой встречалась в университете, но только потому, что камера была её и запись можно было удалить.

— Медсестру и теннисистку одновременно? — спрашивает Сьюз.

— Серьёзная актёрская задача, — говорит Фиби.

Все смеются.

— Ей хотелось именно этого, — говорит Нэт. — Спортивную медсестру. Чтобы и в спорте хороша, и жизни спасает.

— А ты, Лайла? — спрашивает Нэт.

— От жениха, — вмешивается официант с бутылкой вина, которую Гэри лично выбрал и прислал на Лайлин девичник. Все хлопают, пока пожилой официант разливает вино по бокалам.

— Гэри такой милый, — говорит Сьюз. — Марк бы никогда так не сделал.

— Ну? — спрашивает Нэт у Лайлы. — Что самое странное ты делала?

— Мне правда неловко говорить об этом при Марле.

— Это настолько странно? — спрашивает Нэт.

— Я не удивлена, — говорит Сьюз. — Все врачи в постели с причудами.

— Не все врачи в постели с причудами, — говорит Лайла. — Нельзя просто так заявлять такие вещи.

— Поверь, в медицинском я переспала с кучей врачей, — говорит Сьюз. — Им так наскучили тела, что всё время требовалось что-нибудь ещё.

— Гэри совершенно не такой, — говорит Лайла.

— А какой? — спрашивает Сьюз.

— Просто расскажи нам, — говорит Нэт. — Мы всего лишь хотим узнать тебя получше. Вот и всё.

— Ну ладно, — говорит Лайла, кажется, тронутая. — Гэри просто очень нежный. В последний раз он остановился прямо посреди секса и сказал, что я так красива в солнечном свете — как картина Вермеера.

За столом замолкают.

— Это не странно, — говорит Нэт.

— Это вообще-то очень красиво, — говорит Сьюз.

— Роберту понадобилось бы лет двадцать психотерапии, чтобы сказать что-то подобное, — говорит Марла.

— Ну я же сказала: мы ничего странного не делаем! — говорит Лайла.

— Тут даже близко ничего странного.

— А почему наш секс обязательно должен быть странным? Он же не становится особеннее оттого, что страннее. Мне нельзя просто заниматься красивым сексом и радоваться?