Румынский рассказ - Эуджен Барбу

— Только «кое-что»?

Старик не ответил. Он снова поднес бутылку ко рту и сделал еще один глоток. После этого он аккуратно завинтил крышку и убрал бутылку в рюкзак.

— Товарищ майор, у нас к вам серьезный разговор, — сказал он наконец. — Здесь спокойно, чужих нет. Может, приступим?

— Прошу вас!

— Вы вели дело старого Соломоникэ, по прозвищу Чега. Не так ли?

— Так.

— Мы с поручением от него.

Таке достал сигарету, с наслаждением затянулся и только потом спросил:

— Чего же он хочет?

— А вы разве не получали записок?

— Получал.

— Там ясно сказано, чего он хочет.

Дядя с племянником тоже закурили. Несколько минут длилось молчание.

— Можете считать меня идиотом или сумасшедшим, но, ей же богу, я не понимаю, о чем речь, — первым нарушил молчание майор.

Блондин подавился смешком. Его тонкие губы скривились в злой ухмылке.

— Хватит валять дурака, майор, ты вовсе не идиот.

Старик ткнул его в бок.

— Чего растыкался? Говори повежливей с товарищем майором.

Таке расхохотался и оперся спиной о пень, возле которого сидел.

— Напрасно смеетесь, товарищ майор, мне вас очень жаль, — сказал старик, и лицо его выразило искреннюю печаль.

— Возможно. Я не понимаю, о чем вы говорите, — это так. Но когда мне смешно, я смеюсь. Разве нельзя?

— Почему же нельзя. Смейтесь на здоровье. Только, смотрите, как бы у меня не лопнуло терпение.

— А что тогда будет?

— Это вам сильно повредит.

— Да что ты говоришь!

Майор улыбался. Развалившись на траве, он так непринужденно опирался спиной о пенек, будто сидел в кресле.

— Смешные вы люди, — сказал майор. — Очень смешные.

— Почему это «смешные»? — спросил блондин резко.

— Вы все время притворяетесь серьезными — хотите запугать меня. Вы не шутите?

— Какие тут шуточки! — процедил сквозь зубы блондин.

— Хватит болтать! — прикрикнул на блондина старик. — Он нас принимает за круглых дураков. Отбери-ка лучше у него пистолет!

Таке поднял руки:

— У меня ничего нет.

— Обыщи его на всякий случай, — велел старик блондину.

Майор не сопротивлялся. Ничего не найдя, блондин вернулся на свое место, рядом со стариком.

— Послушай ты, разнесчастная твоя головушка! =-Теперь старик обращался к Таке, отбросив прежнюю вежливость. — Ты воображаешь — тебя привели сюда, чтобы ты в свое удовольствие поиздевался над нами? Пошел ты к… мы тебе покажем сейчас, где раки зимуют!

Майор резким движением погасил окурок о пень.

— А ну-ка, прекрати ругань! Слышишь? Мата я не выношу. И потому советую разговаривать со мною повежливей. Ясно?

— Ладно, ладно, — сказал торопливо блондин. — Будем без мата.

— Тогда начинаем разговор сначала. Итак, вы пришли от Соломоникэ. Чего он хочет?

— А вот этого, — сказал старик и вынул из кармана пистолет. — Он просил меня сделать тебе в животе малюсенькую дырочку.

Таке удивленно поднял брови:

— Что за странная мысль пришла ему в голову!

— Сейчас ты все поймешь! — сказал блондин насмешливо.

— А где вы с ним встретились? Мне это очень интересно.

— В тюрьме. — Старик любовно поглядел в дуло пистолета. — Нас отпускали, а его сажали.

— И давно вы с ним знакомы?

— Да лет сорок, — сказал старик. — Не один год вместе хлебушек жевали.

— Где?

— А там же, где он сейчас.

— Та-ак… — протянул майор. — Действительно, он мне грозил на последнем свидании: устрою, мол, сюрприз, если не окажешь одну услугу… Но я не мог. Если б мог, так оказал бы.

— Он говорил, что ты мог, но не захотел, — вмешался блондин.

— Ей-богу, не мог.

Наступило молчание. Мужчины достали сигареты, и некоторое время все трое курили, сосредоточенно и настороженно. Где-то вдали послышались голоса, смех, но тут же стали удаляться, глохнуть и скоро сникли.

— Так вы всерьез приняли его слова? — нарушил наконец молчание Таке.

Дядя с племянником не ответили.

— Вы что, на самом деле хотите меня убить?

— Нет, мы взобрались на эти чертовы горы ради твоих красивых глаз! — зло выкрикнул блондин.

Майор пожал плечами:

— Мне что-то не верится…

— Это почему? — спросил старик.

— Я не представляю, как ты направишь на меня пистолет и выстрелишь. Не представляю — и все тут. Ну, за что ты меня будешь убивать? Что я тебе такого сделал? Неужели ты убьешь меня по одному слову Соломоникэ? Чем ты ему так обязан: он сказал — ты сделал? Не понимаю. Речь не о том, боюсь я смерти или нет. Каждый поступок должен быть логичным, а тут я не вижу логики.

Старик пристально взглянул на майора и выплюнул окурок.

— Слушай, ничего я не придумал. Можешь искать свою логику, можешь не искать, но старый Соломоникэ хочет, чтобы я всадил тебе пулю в живот, и клянусь всеми святыми, я не уйду отсюда, пока не выполню его просьбу. Впрочем, мы могли бы договориться по-хорошему.

— Согласен.

— Согласен?!

— А что же ты думаешь, мне не хочется жить?

— Ладно. Мы тебя не тронем. Но ты должен сказать нам пароль Емилиана. Он не знал, где третья шкатулка, но пароль он знал.

Морщины на лбу Таке разгладились.

— Стоп. Давайте договариваться конкретно. Допустим, я скажу пароль. Что вы предпримете?

— Это наше дело.

— Э, нет. Так не пойдет. Говорите по-честному, что вы собираетесь делать. Тогда и я раскрою свои карты.