Сокровища Черного Бартлеми - Джеффери Фарнол

– Простить вас, да что вы?.. когда… это произошло так неожиданно… и нечего удивляться… неудивительно, что вы напуганы и немного дрожите…

– Вы тоже дрожите, – сказала она, уткнувшись в меня.

– Неужели?

– Да, Мартин. Скажите, вы тоже испугались?

– Нет… то есть да! – ответил я и, почувствовав, как она зашевелилась, выпустил ее из своих объятий.

Я натаскал папоротника со своей постели, зажег костер, потом притушил его, чтобы образовался дым. Когда он поднимался до определенной высоты, его начинало относить в нашу сторону, но всегда только в одном направлении; и, подняв глаза кверху, я догадался, что, очевидно, где-то наверху, в стене скалы, есть пространство, удивительным образом недоступное глазу. Пещера наполнилась дымом, и, чтобы мы не задохнулись, я вынужден был потушить костер. Но теперь я нашел, что искал. Пока моя спутница хлопотала насчет ужина, я притащил из соседней пещеры стол, установил его в нужном углу, взобрался на него, ухватился за каменный уступ и, подтянувшись, очутился в каком-то узком проходе или тоннеле, да таком низком, что мне пришлось продвигаться по нему на четвереньках.

– Дать вам свечу, Мартин?

Внизу, на столе, стояла моя спутница с широко раскрытыми от изумления глазами. Взяв свечу, я пробрался по этому узкому коридору и внезапно оказался в другой пещере, очень просторной и с высоким потолком. Я стоял и удивленно озирался по сторонам, и вот что я увидел. Передо мною была узкая дверь, очень прочная и с проделанной в ней бойницею, а за нею каменный коридор, ведущий куда-то вниз. Справа от меня, в углу, была грубая постель, заваленная козьими шкурами и застланная парусиной, слева – стол и кресло, сработанные так же грубо, как и постель, а над ними, на стене, полки, на которых стояли три глиняные миски, железный котелок на трех ножках, подсвечник и чернильница с пером. В углу, возле постели, я заметил длинноствольное кремневое ружье и патронташ. Я обрадовался и уже было потянулся за ним, как вдруг раздался голос моей леди:

– Мартин, вы там? У вас все в порядке?

– Конечно, – откликнулся я. – Дамарис, я нашел для вас сокровище, которому нет цены.

– Неужели сокровище Бартлеми? Драгоценности, да, Мартин?

– Что вы! В тысячу раз лучше! Я нашел настоящий котелок!

– О, Мартин, как это чудесно! Покажите! Нет, дайте-ка я сама посмотрю. Помогите мне забраться, Мартин.

Поставив свечу, я выбрался наружу, где она поджидала меня, сгорая от нетерпения, и, взяв ее за руки, втащил наверх, и на четвереньках мы забрались в пещеру.

– Здесь отличное место, друг! – заметил я.

– Да, Мартин.

– Если сделать лестницу, оно сможет служить вам прекрасной спальней.

– Ни за что! – возразила она. – Нет-нет, ни за что!

– Почему?

– Во-первых, потому, что мне больше нравится моя маленькая пещерка, а во-вторых, потому, что это место больше похоже на темницу. Ну и, в-третьих, потому, что мне здесь совсем не нравится… Вот, прислушайтесь-ка!

И в самом деле, пока мы говорили, все вокруг заполнилось свистящим шепотом.

– Но здесь сухо и просторно!

– И темно даже днем, Мартин.

– Что да, то да. Все равно это чудесное место…

– Конечно, Мартин. Только оно мне совсем не нравится.

– Ну, тогда можно взять отсюда хотя бы постель для вас.

– Нет! – запротестовала она. – Вы сделаете мне лучшую, или я буду спать на своей старой, из папоротника.

– Ну, тогда хотя бы этот котелок… Ведь это же замечательный медный котелок!

– Вообще-то конечно, – сказала она и улыбнулась, видя, что я удручен, – он и вправду очень хороший, давайте возьмем его с собой, хотя я прекрасно могу справляться и без него.

– Господи! – угрюмо воскликнул я. – Я нашел для вас все эти замечательные вещи, не говоря уже о столе и кресле, думал, вы обрадуетесь, а вместо этого…

– Я знаю, Мартин. Простите меня, но мне совсем не нравится ни само место, ни все, что здесь есть. Я, наверное, очень глупая, но это так.

И она вздрогнула.

– Что же касается всех этих вещей – постели, кресла, стола и вон тех полок, то со временем вы сможете смастерить такие же, и даже лучше; и благодаря вашему труду и умению они станут нашими вдвойне, потому что будут сделаны вашими собственными руками только для нас двоих, и мы будем знать, что ими не пользовался никто другой.

– И в самом деле, – согласился я, смягчившись. – Но этот котелок… уж такой-то я никогда не смогу сделать для вас.

– Ну ладно, Мартин, – сказала она и улыбнулась, так как вид у меня был очень серьезный, – тогда несите его и пойдемте отсюда.

Я потянулся за котелком и заметил длинноствольный пистолет; схватив его, я сдул с него пыль и обнаружил, что он заряжен, хотя и заржавел немного. Я все еще разглядывал его, как вдруг моя леди радостно вскрикнула и подошла ко мне, пряча что-то за спиной.

– Мартин, – сказала она, – все-таки это хорошее место. Посмотрите… Вы только посмотрите, что тут нашлось для вас!

И она показала мне то, о чем я так страстно мечтал, – самую настоящую, отличную, крепкую пилу. Отбросив пистолет, я с нетерпением схватил ее, и, хотя она была ржавая, я нашел, что она может еще сослужить добрую службу.

– Ну вот, друг, – сказал я, – теперь у вас будет кресло с подлокотниками, буфет и постель, на которой можно по-настоящему отдыхать. Ну, чего еще можно желать?

– А теперь давайте уйдем отсюда, Мартин, – предложила она, – если вы, конечно, хотите поужинать.

Я последовал за нею по узкому проходу, помог ей спуститься вниз, отдал ей котелок, а сам (хотя она и была против) повернул обратно, собираясь принести ружье и пистолет, а также всякую мелкую утварь, которая могла мне пригодиться.

Достигнув пещеры, я снова услышал мрачные стоны и завывания, только теперь они были еще громче, и, приблизившись к двери, увидел, что она открыта, а за нею начинается пологий спуск в виде вырубленных в камне ступеней. Я начал спускаться по нему, неся свечу впереди и внимательно глядя под ноги, и чем ниже я спускался, тем более мокрыми и скользкими становились ступеньки, и я почти уже было собрался повернуть назад, но, подумав, что забрался уже слишком далеко, решил все же посмотреть, куда приведет меня этот ход, ибо теперь из мрачного подземелья впереди меня доносился тихий плеск воды. Вдруг я остановился и вздрогнул, потому что прямо у себя под ногами увидел узкий уступ, а за ним темный, зловонный колодец