Наперегонки с луной - Стейси Ли

Элоди картинно закатывает глаза. Хэрри смущенно смеется, а потом говорит с энтузиазмом:

— Знаете что? Наша кухня была сегодня как Стробэрри-Хилл — маленький островок, не подвластный никаким трагедиям.

— И без привидений, — добавляет Элоди.

Я подаюсь вперед, чтобы видеть их лица.

— Такое впечатление, что у нас все было как в обычной жизни: люди пили, ели и веселились.

Хэрри кивает:

— Мы с Кэти слышали, что мистер Фолсом планирует раздать товар из своего магазина, если в ближайшее время ситуация не нормализуется.

Франческа смотрит на меня:

— Может, мистер Фордхэм и мистер Чэнс помогут нам «взять взаймы» портативную плитку, вроде той, что была у женщины, которую мы спрашивали про корову?

— Нам не обязательно брать ее взаймы, — гордо потряхивая своей расшитой сумочкой сообщает Элоди. — Мы можем просто купить ее. У меня и у Мерси есть по пять долларов!

— Но вы же, возможно, скоро уедете на поезде, — говорю я Кэти.

Та отмахивается от какого-то мотылька.

— Вполне возможно, что бабушка уже едет за нами, и директриса Крауч считает, что нам надо покупать билеты. Но, возможно, мы переубедим ее. А ты что думаешь? — спрашивает Кэти Франческу.

— Мои родители считают, что заботиться обо мне должен мой брат, а тот, в свою очередь, хочет возложить эту обязанность на Маркуса, как я поняла. Если честно, я не хочу сейчас домой.

Теперь все смотрят на Элоди.

— Те люди, к которым я могла бы пойти, не ждут меня, — говорит она.

— Отлично! — радуется Франческа. — Тогда давайте устроим еще одну вечеринку!

Я сразу поднимаю руку:

— Только давайте честно: мы не ели нормально со вторника, мы все пропахли дымом от костра, и вид у нас, что и говорить, не парадный.

— Говори за себя, — язвит в своем духе Элоди. — Я даже в этих условиях слежу за собой.

И правда: в армейской одежде я больше похожа на мальчика, тогда как Элоди умудряется выглядеть в ней довольно женственно. Она даже не забыла про маленькое колье в тон рубашке.

Я смотрю на свой порез на ладони, который получила вчера, пока бежала через объятый пожарами город. Рана красная, но уже начинает затягиваться. Заботы по организации вечеринки смогли хоть немного заполнить тот вакуум, который образовался в моей душе со смертью мамы и Джека. Это, конечно, капля в море, но все же лучше, чем ничего. И это была только одна вечеринка.

Может, именно организация таких праздников и есть тот бизнес, которым мне следует заняться? Бесплатные угощения и развлечения, где двери открыты всем: чванливым красоткам и щеголям, простым парням и девушкам, привередам и менее разборчивым веде.

Город сейчас весь в руинах, но выжившим все равно нужна еда, а их сердцам — утешение.

Но для этого бизнеса необходим серьезный капитал и продуманный план. К тому же, когда девочки разъедутся по домам, я останусь со всем этим один на один. Правда, мама часто повторяла, что путь длиной в тысячу миль начинается с одного шага. А с моими широкими скулами, выдающими во мне задатки лидера, и быстрыми ногами я преодолею этот долгий путь за один день.

— Давайте устроим еще одну вечеринку! — уверенно киваю я.

Кэти протягивает свою ладонь в знак согласия. И мы все кладем наши ладони сверху.

— Как говорит моя бабушка, коллективный труд помогает воплощать мечты, — заявляет Кэти.

Вот это да! Миссис Лоури говорила то же самое! И живет она в Техасе

— Кэти, а твоя бабушка никогда не читала книгу «Руководство для начинающих бизнес-леди», которую написала Эвелин Лоури?

— Читала? Да моя бабушка и есть Эвелин Лоури! Она написала эту книгу!

— Не может быть! Бог ты мой, я же эту книгу наизусть выучила, — бормочу я.

Мы с Кэти широко улыбаемся друг другу. Все это время я была бок о бок с внучкой такой замечательной женщины! Эта девочка — моя палочка-выручалочка! Мой лучик света в кромешной темноте! Нет, Вселенная определенно хочет хоть как-то возместить мои утраты…

Глава 40

В ту ночь, пока остальные крепко спали, я не сомкнула глаз. Получается, все это время я шла по какому-то заранее предначертанному пути. Словно загарпуненный кит, кожа которого такая толстая, что он продолжает плыть некоторое время, думая, что сам выбирает направление. Отец сказал бы, что на все воля Божья. И сейчас я склонна согласиться с ним. А мама бы сказала, что сюда меня привела цепочка обстоятельств, — в этом тоже есть доля истины. Ведь если бы я не пошла работать на кладбище, я никогда не прочитала бы книгу миссис Лоури. А не прочитав ее, я никогда не решилась бы штурмовать колледж Святой Клары. И если бы я не пробыла там хоть немного, не было бы у меня сейчас таких подруг — ив том числе Кэти.

Я, конечно, не отправлюсь в Техас прямо сейчас, но обязательно встречусь с миссис Лоури. Я точно это знаю. И еще: я уверена, что только она поможет мне наладить бизнес на благотворительной основе.

Это будут ежедневные вечеринки, на которых взрослые смогут общаться, а дети играть. Дети, похожие на Джека…

Мой дорогой маленький бравый солдатик, наша первая вечеринка состоялась благодаря тебе! Тебе и маме. Все краски мира померкли, когда тебя не стало, но я до конца жизни буду пытаться снова раскрасить этот мир. Во имя тебя и мамы!

К моему носу прикоснулось что-то холодное и мокрое. Это носик черного котенка. Франческа уже куда-то ушла. Рядом со мной спят Кэти и Хэрри. Приподнимаюсь на локте и беру котенка на руки. Ты заблудился, малыш… Нежно чешу его за ушком. Мы все сейчас в каком-то смысле потерялись. Но мы живы — разве не это главное?

Мама и миссис Лоури правы: не важно, сколько раз человек свернул не туда. Главное, не останавливаться. Мы все рано или поздно снова обретем себя. Нужно только время.

Отпускаю котенка и переворачиваюсь на другой бок. Подо мной что-то жесткое. Это блокнот Элоди. Несколько секунд сомнения — и вот я уже открываю его. Она выдернула добрую половину страниц. Оставшиеся страницы пусты. На первой из них заголовок: «Для ваших писем мертвым».

Я слышу какой-то приглушенный разговор. Осторожно выглядываю: это А-Шук и директриса Крауч. Они сидят на ящиках у костра и завтракают. Директриса очень непринужденно смеется. Какая неожиданная пара! Никогда бы не подумала, что между ними может быть хоть что-то общее. Когда умерла