Песнь гор - Нгуен Фан Кюэ Май

прокормить себя и семью. Но писатель внутри меня всегда прислушивался к рассказам людей, задавал им вопросы о военных годах, запоминал их истории. В подростковые годы я путешествовала по деревням, где жили мои предки, общалась с пожилыми родственниками и друзьями семьи, старалась лучше себе представлять, как жилось моим бабушкам и дедушкам, которые умерли еще до моего рождения — кто своей смертью, кто — нет. И чем глубже становилось мое понимание непростого прошлого Вьетнама, тем охотнее люди делились со мной воспоминаниями.

Пускай еще не понимая этого, уже с юных лет я начала собирать материал для романа «Песнь гор». Время и долгие исследования помогли мне осознать всю сложность вьетнамской истории и ее взаимосвязь с другими народами. А общение с ветеранами, как из Вьетнама, так и из Америки, а также волонтерская работа по оказанию помощи пострадавшим от войны, только углубили это осознание.

В «Песни гор» воплотилось мое отчаянное желание поближе узнать моих бабушек, возвратить к жизни образы женщин и детей, о которых незаслуженно мало говорят, но которые зачастую больше всех страдают от последствий вооруженных конфликтов, но должны скрывать свою боль и служить опорой и утешением солдатам, вернувшимся с фронта. Я обращаюсь к ним через образы бабули Зьеу Лан и ее внучки Хыонг, иду по их следам, представляю себе их чаяния и надежды.

Кому-то может показаться странным, что я решила написать этот роман, весь пронизанный личными переживаниями, по-английски, — ведь это язык той страны, от которой Вьетнам так пострадал. Но этот чужой язык подарил мне новый голос и возможность облечь в слова трагические страницы прошлого моей страны, в том числе и те, что недостаточно подробно освещены во вьетнамской литературе, — например, Великий голод или Земельная реформа. Также мне хотелось своим романом дать ответ голливудским фильмам и романам, написанным представителями Запада. Ведь они и по сей день воспринимают нашу страну исключительно как поле боя, а вьетнамцев — как людей, которым и говорить-то ни к чему: если уж они открывают рот, то с их губ срывается что-нибудь примитивное, наивное или жестокое. Литературы о Вьетнамской войне и послевоенном периоде на английском языке много, но голоса из самого Вьетнама звучат нечасто.

Когда я только начала учить английский в восьмом классе, я и не подозревала, что однажды этот язык спасет «Песнь гор». В Кхыонг Ду, маленькой северной деревеньке, где я родилась, учителя английского не было. А в Бакльеу, южном городе, где я выросла, английским мало кто владел. Мне, ученице, которая подрабатывала на рисовых полях и за прилавками уличных ларьков, западный мир казался таинственным, для меня он существовал лишь в черно-белых фильмах, которые я смотрела урывками, пока продавала сигареты на городском кладбище, а по совместительству единственном городском кинотеатре под открытым небом.

Первые английские слова я выучила только в средней школе. Однажды мой старший брат принес домой тетрадь и сказал, что один человек научил его английскому, а теперь он и меня научит. Я так обрадовалась, что хотела даже выскочить из-за обеденного стола. Вечером, когда я зажгла масляную лампу (электричество нам давали редко) и надела длинные штаны и кофту с длинным рукавом, чтобы защититься от многочисленных москитов, брат с важным видом достал свою тетрадь, раскрыл на первой странице и указал на диковинного вида слово.

— Со-ку-ло, — прочел он и поглядел на меня в ожидании, что я повторю.

— Со… со… — начала я и закрыла рот рукой.

— Со-ку-ло, — повторил брат.

— Со… со-ку… — повторила я и расхохоталась. Не смогла сдержаться! Слова, сорвавшиеся с моих губ, звучанием напоминали вьетнамскую фразу «тронуть мужские гениталии».

Так и закончился мой первый урок английского. Я так и не смогла унять смех, и вскоре брат громко захлопнул тетрадь и пулей выскочил из комнаты. Лицо у него было красное, как плод гака[47].

— Братец! Ну же, научи меня, пожалуйста! — крикнула я вслед, но он даже не обернулся.

Много позже я узнала, что тогда он пытался научить меня очень важному слову — «school», «школа».

Я больше не осмеливалась просить его о новых уроках, но время от времени, когда его не было дома, утаскивала у него тетрадку, пряталась под манговыми и кокосовыми деревьями, растущими вокруг нашего рыбного пруда, и пялилась на английские слова. Я чувствовала, что за этими причудливыми буквами скрываются волшебные двери, и если я сумею их отворить, то смогу попасть в большой, бескрайний мир.

«Песнь гор» — это мои первые шаги в этом самом мире. На написание и редактуру этой книги у меня ушло семь лет. Моими спутниками были сотни пересмотров текста, множество бессонных ночей, слезы, бесчисленные сомнения. Я не верила, что из меня получилась хорошая рассказчица. Сомневалась, что смогу выразить сложные мысли и эмоции по-английски. Но ни разу не усомнилась в решении, принятом мной в 2006-м, когда мне было тридцать три, — вернуться к мечте стать писательницей.

С первой же страницы «Песни гор» вы откроете для себя дверь в подлинный Вьетнам, где пословицы вплетены в повседневные разговоры, где постоянно звучат колыбельные и стихи. Вы погрузитесь в нашу красочную, богатую и многогранную культуру, начиная хотя бы с вьетнамских имен и языка, записанных со всеми диакритическими знаками. Сперва они могут показаться вам странными, но они столь же важны, как и крыша для дома. К примеру, слово «ma» может писаться как ma, má, mà, mả, mạ, mã и переводиться совершенно по-разному: призрак, мама, но, могила, молодой рис, лошадь. Слово «bo» может превратиться в bó, bỏ, bọ, bơ, bở, bờ, bô, bố, bồ, bổ (гроздь, бросать, насекомое, масло, мягкий, берег, ночной горшок, отец, госпожа, питательный).

Как и Хыонг, героиня моей книги, в детстве я несколько лет дружила лишь с книгами; они помогали сбежать от отчаяния и бедности. Моя семья переехала с севера Вьетнама на юг; это было всего через несколько лет после войны, и несмотря на объединение страны, напряжение меж Севером и Югом еще не ослабело. И пока я жила под его гнетом, я осознала, сколь глубоки раны, разобщившие нашу страну и семьи. Многие из них до сих пор не затянулись, пускай с окончания войны 30 апреля 1975 года прошло уже почти сорок пять лет.

На пути к примирению между Вьетнамом и США предпринимаются огромные усилия, но раны, нанесенные нашей стране и семьям, живущим как на родине, так и за рубежом, по-прежнему глубоки и болезненны. По этой причине роман «Песнь гор» рассказывает о людях, оказавшихся в самом эпицентре Вьетнамской