Кит - Чхон Мёнгван

Этого всегда было достаточно. Стоило ему только бросить фразу, как другие тут же подхватывали ее и сами продолжали разговор. А он мог сидеть и с подходящей для каждой ситуации улыбкой слушать умных людей. Таковы были законы дискуссии. Люди, считавшие себя интеллигенцией, как правило, не обнажали свои скрытые коварные мысли, потому что, с одной стороны, боялись обнаружить свои недостатки, а с другой — не хотели наживать врагов. Поэтому их разговоры всегда были поверхностными, и Фармацевт понимал это лучше всех.

Проблемы создавала Сурён. Она тоже вела себя как образованная женщина из состоятельной семьи знатного рода, представители многих поколений которого занимали важные чиновничьи посты, но полностью избавиться от фривольности, свойственной девицам легкого поведения, не могла. К тому же Фармацевт всегда переживал из-за яркой красоты жены, которую редкий мужчина мог забыть, стоило ему увидеть ее хотя бы раз.

В конце концов произошло то, чего он так боялся. Однажды Сурён отправилась за покупками и попалась на глаза продавцу конфет, который торговал на рынках, переезжая из одной провинции в другую. Он не забыл красавицу, с которой несколько лет назад встретился в публичном доме в Пхёндэ. Конечно, никто не мог забыть образ Сурён, красотой своей будто освещавшей все вокруг, но продавец конфет особенно хорошо запомнил эту проститутку, потому что именно он устроил скандал в ту ночь, когда она убежала от жестокого сутенера и нашла спасение у Кымбок. Прошло немало лет, однако время сделало эту женщину еще более обольстительной, и многие мужчины не могли отвести от нее восторженных взглядов. Торгаш подошел к Сурён и быстро приобнял ее за талию.

— Вот ты и попалась! Никак не мог найти тебя, все думал, куда ты пропала? А ты, оказывается, вот как далеко забралась! Давай забудем о том, что было в тот день, и пойдем куда-нибудь, повеселимся. Только не вздумай содрать лишнего с постоянного клиента!

Сурён узнала его и испугалась до смерти.

— Вы с ума сошли? Даже если обознались, надо знать, как вести себя с незнакомой дамой! Что вы себе позволяете? — строгим тоном закричала она.

Оставив в растерянности недоумевающего продавца конфет, Сурён на дрожащих ногах поспешила прочь и все боялась, что вот-вот упадет. Вернувшись домой, она рассказала все Фармацевту, и от этой новости он, предчувствуя какое-то несчастье, потерял аппетит, да так, что кусок застревал в горле. Волновался он не зря. Вскоре тот самый продавец конфет пришел к нему тайком. Несколько дней он расспрашивал местных и узнал, что Сурён и Фармацевт скрывают свои настоящие имена и благополучно живут в этом городе, выдавая себя за влиятельных людей. Закурив, продавец конфет сказал бывшему торговцу лекарствами:

— Жизнь складывается так, что кому-то приходится заниматься не тем, чем хочется. Я вот продаю на базарах сладкие тянучки. Ну а кто-то может продавать лекарства или свое тело, если приспичит… Не так ли? Конечно, для меня все профессии равны, нет плохих и хороших. Но, мне кажется, большинство людей на этом свете так не думают.

Фармацевт пристально смотрел на продавца конфет, слушая, как тот ходит вокруг да около, и наконец спросил:

— Что конкретно вы хотите мне сказать?

— Даже не знаю, как вам сказать прямо. Просто мне в голову пришла интересная мысль… А она в общем о том, что мне известен факт, из-за которого кто-то может попасть в очень неприятную ситуацию.

Фармацевт решил задать прямой вопрос:

— Сколько вы хотите?

— Ну, не знаю… Это зависит от того, как сильно вы, господин директор, хотите все сохранить в тайне.

— Хватит юлить! Говорите, сколько вам надо!

— Ну, если вы так, то скажу. Я всю жизнь только и делал, что шастал по деревенским базарам… От этого у меня и шея уже болит, и колени истерлись… Теперь мне хотелось бы устроиться где-нибудь в тихой деревеньке, открыть там оптовый магазин и продавать сладости, но, видите ли, денег мне скопить не удалось, а без них такое дело никак не провернуть.

Фармацевт дал продавцу конфет деньги на открытие оптового магазина. Это были довольно большие деньги, но ничего другого не оставалось. Взамен он поставил условие: тот должен уехать как можно дальше от этого города и впредь никогда здесь не появляться. Не ожидавший получить такое богатство, вымогатель расплылся в радостной улыбке и, несколько раз повторив, что обязательно выполнит все условия, схватил деньги и покинул город. Однако жадность людей не знает предела. Не прошло и нескольких месяцев, как он опять пришел в дом.

— Это очень странно. Я и вправду стараюсь забыть то, что знаю, но, чем больше стараюсь, тем чаще это самое дело и вспоминается. Мне очень трудно хранить эту тайну и порой кажется, что лучше облегчить душу, открыть всем правду, которая не дает мне покоя, пусть даже придется вернуть назад полученные от вас деньги.

Фармацевту снова пришлось раскошелиться, но в следующий раз пройдоха потребовал больше.

— Вы не представляете, как мне тяжело! Кажется, я умру от этого раньше отмеренного мне небом времени.

Впрочем, Фармацевта слабаком назвать было нельзя, и взять его на крючок оказалось не так-то просто. Он понял, что шантажист ни за что не успокоится, пока не вытянет из него все деньги. Поэтому оставался единственный выход — навсегда закрыть рот ненасытной твари. Ему не хотелось рисковать положением в этом городе, которого он достиг с большим трудом, но ничего другого придумать не мог. Этой же ночью перед сном он осторожно поделился своими соображениями с Сурён, и она, вдоволь настрадавшись от шантажиста, без колебаний поддержала мужа.

Когда через несколько дней торговец в очередной раз явился в дом вымогать деньги, он обнаружил только Сурён, сидевшую на крытой террасе за вышиванием. Она сказала, что господин вышел ненадолго по срочному делу, и, поставив перед гостем низкий столик с выпивкой и закусками, предложила ему промочить горло. Поддавшись чарам обворожительной Сурён, тот потерял контроль над собой и пил чашечку за чашечкой из рук красавицы, наливавшей ему вино. Вскоре он растянулся на полу. Тут же появился Фармацевт, все это время тихо сидевший за ширмой. Супруги крепко связали мертвецки пьяного продавца конфет и отволокли на задний двор дома. Там уже была выкопана яма, в которой и схоронили заживо шантажиста. Казалось, теперь все тайны вместе с ним навсегда зарыты в землю.

После этого убийства прошло два года.

Однако возникла новая проблема, и снова из-за Сурён. Минуло время, когда отношения супругов были гармоничными. Постепенно стареющий и не очень привлекательный муж опостылел Сурён.