Порождения тьмы - Барбара Хэмбли

меня… что касается меня, – поправился сэр Альфред, – то я готов расцеловать дверной молоток дома, починка которого обойдется всего в два раза дороже, чем покупка, прям… совсем как у вас с домом Доллаби. Видели б вы особняк до того, как я его купил! Оттуда половину пришлось выкинуть, прежде чем там стало можно жить – масляные лампы, одна уборная, даже ванной нет, тьфу ты! Эй, вы там, плесните-ка мне ещё этого вина, пока не унесли. Ну, за счастье молодых!

Через стол Лидия увидела, как поморщилась давняя подруга её матери, леди Мэри, в девичестве Уиклифф, а теперь Бинни.

– И мне говорили, что тот участок в Шотландии, который старый Кроссфорд дарит Колвичу к свадьбе, ещё хуже. Пусть там и правда водятся куропатки, вот только крыша провалилась, башня рассыпается на куски…

Лидия на мгновение прикрыла глаза, борясь с мучительной головой болью и почти непереносимым желанием стукнуть сэра Альфреда канделябром по голове.

На другом конце стола виконт Колвич, чья бутоньерка из ландышей плохо подходила к его массивной фигуре ростом в шесть футов, в хмуром молчании выслушивал Сиси Армистед, которая оживлённо рассказывала о двух английских дамах, повстречавших в садах Версаля призрак Марии-Антуанетты:

– Не просто привидение, нет! Они словно перенеслись в прошлое! Когда они вернулись туда через год, оказалось, что дорожки, которые они запомнили, выглядят совсем не так, и обе они узнали встреченную женщину – она сидела и рисовала перед Малым Трианоном – по портрету королевы…

Колвич бросил умоляющий взгляд на сидевшего в отдалении Нэда Сибери, которого явно пригласили только затем, чтобы набрать нужное число гостей после того, как Джулия Твайт неожиданно привела с собой компаньонку, миссис Беллуэзер. Лидия почти чувствовала, как встретились их взгляды.

Экипажи для поездки в оперу заказали на восемь часов, и сэр Альфред позаботился сообщить всем, что он бывал в опере в Милане и Париже.

При первой же возможности Лидия удалилась в небольшую гардеробную рядом с женской уборной, намереваясь прилечь – она знала, что в комнате имеется кушетка, – и подождать, пока её болезненное состояние не «обнаружит» следующий вошедший в комнату человек (хотелось бы, чтобы это была не Валентина). Но там она наткнулась на Сиси Армистед, которая заталкивала папиросную бумагу в носки слишком больших для неё туфель.

– Пожалуйста, не сердитесь на папу, – девушка подняла голову на звук открывшейся двери. – Он у нас этакий необработанный алмаз. Но он разбирается в живописи и старинных рукописях…

У Лидии создалось впечатление, что американец разбирается скорее в стоимости картин, инкунабул и средневековых манускриптов, но она лишь ответила:

– Вы правы.

Мисс Армистед, хотя и унаследовала от отца некоторую массивность, была очаровательной девушкой со смуглой кожей, полученной от матери-перуанки, и нежным приятным голосом, которому не мог повредить даже проскальзывающий американский акцент. Для своих лет (девятнадцать, как сказал её отец) и положения дебютантки она одевалась слишком пышно: помимо бордового шёлкового платья с низким вырезом, на ней красовались серьги с крупными сверкающими камнями, бриллиантовые браслеты поверх перчаток, бриллиантовая тиара (Лидия заметила, с каким осуждением смотрели на неё тётя Лавиния и мачеха), три нити очень крупного жемчуга, спускавшиеся почти до талии, и плотно охватывающее шею ожерелье с бриллиантами и жемчугами, рядом с которым меркли драгоценности Валентины Уиллоби.

Лидия почти слышала, как тётя Лавиния говорит леди Сейвник: «В первый сезон девушке лучше всего довольствоваться одной ниткой жемчуга…».

– Я так благодарна сэру Альфреду и леди Мэри за их помощь и поддержку, – немного застенчиво добавила Сиси. – Мы встретились с ним и леди Мэри в Париже до того, как прибыть сюда. Леди Мэри… да чтоб тебе!

Часть её пышных локонов зацепилась за ожерелье.

– Ох!

Попытка освободить волосы привела к тому, что ожерелье соскользнуло на пол.

– Ненавижу эту застёжку! Рано или поздно я его потеряю, и тогда отец будет в ярости.

«И я его понимаю», – подумала Лидия, поднимая тяжёлое украшение, стоившее никак не меньше девятисот гиней.

– Позвольте помочь вам, – она подошла поближе, чтобы надеть ожерелье девушке на шею.

И даже без очков заметила справа от горла, сразу над яремной веной, два небольших свежих прокола, похожих на укус какого-нибудь животного.

На мгновение ей показалось, что это не более чем игра её воображения.

Но Эмили, которая в это время вошла в комнату со словами: «Сиси, у тебя найдется сигарета? После того, как я два часа подряд выслушивала Нэда Сибери, я вполне заслужила…» – вдруг остановилась и спросила:

– Сиси, что у тебя с шеей?

И Сесилия прикрыла ранку рукой и ответила:

– Небольшое недоразумение с булавкой.

И на губах её появилась мечтательная улыбка.

5

Гриппен?

В окно стучал поздний мелкий дождь. Часы церкви Всех Святых на противоположной стороне улицы пробили час ночи.

Или один из его птенцов?

Что мне делать?

Лидия невидяще смотрела на лежащую перед ней аккуратную стопку исписанных листов. 12 января, «Императрица Жозефина», порт отправления – Бордо, Матис Барриер с семьей из Бордо, два кофра 2 на 2 на 5,5 футов, вес 275 фунтов. То же судно, Оттокар Дусик из Праги, кофр 2 на 17 на 4 фута, 200 фунтов. 13 января, «Докса», порт отправления – Афины, Христофор Антокольский из Киева, сопровождает гроб отца. 12 января, «Сирена», порт отправления – Венеция, Наталия Ватареску из Софии с горничной, 3 пароходных кофра 2 на 2 на 4 фута, 250 фунтов, 28 на 17 на 50 дюймов, 220 фунтов, 28 на 22 на 3,5 дюйма, вес 250 фунтов…

К кому мне обратиться, что сказать?

Выражение глаз мисс Армистед было ей знакомо. Девушку очаровал вампир. Наполнил её сны образами томного байронического странника, прошедшего сквозь века и сложившего свое сердце (которого, как он думал, у него уже давно нет) к ногам смертной девы, надеясь на спасение. Четыре года назад такая судьба постигла Маргарет Поттон, компаньонку Лидии.

Быть может, сам соблазнитель посмеивался тайком над её полной и безоговорочной капитуляцией, наслаждаясь способностью дурачить людей.

Лидия вздрогнула и поплотнее завернулась в гостиничное одеяло.

Людовико Бертоло из Софии с лакеем, 15 января, порт отправления – Шербур, судно «Королева Марго», кофр 28 на 18 на 6 футов, вес 300 фунтов. Фуад аль-Вахид из Каира, 17 января, прибыл на судне «Георг Великий» из Бордо, сопровождает гроб брата…

Чаще всего вампиры питались людьми, пропажа которых никого не заинтересует. Подметальщиками, беспризорниками, нищими из работных домов