ЭнергоМорф I. Неофит Ци. - Максим Балашов

бывалый, наверняка знаешь парочку заведений, где нам помогут с деликатным вопросом? Желательно, и стоянку для отряда организовать недалеко от заведения терпимости, дабы не тратить драгоценное время на лишние, утомительные передвижения.

— Парень, я человек семейный, женат, — Шокай попытался изобразить на лице праведное негодование, но получилось скорее как у кота, унюхавшего сметану. — А ты пытаешься подбить меня на ненужные и опасные авантюры.

— Про «ненужные» я решительно не соглашусь, — парировал Лао. — Ты же прекрасно знаешь, что на ранее оговорённый кристалл можно купить самый шикарный бордель города на пару недель подряд, устроив там персональный праздник непослушания для половины нашего отряда. А тут требуется всего-то один скромный час. Единственная техническая проблема — сосуд будет готов только через несколько дней. Так что раскошелиться на предоплату придётся тебе, уважаемый. Ну что, готов поработать на нас авансом? Ты же знаешь, мы ребята ответственные и по долгам отвечаем крепко — либо кристаллом, либо, в крайнем случае, собственными костями. Но кости, уверяю, тебе не понадобятся.

Шокай покраснел, как спелый гранат, и глубоко задумался. Нет, его не грызла совесть и не смущал тот факт, что он поведёт к проституткам не только несовершеннолетних детей, так ещё и монахов Шао Лань — его мозг уже лихорадочно прокручивал план, как это провернуть с минимальным риском и максимальной выгодой. Он так напряг свои извилины, что лицо стало багровым от умственных усилий. Вдруг его глаза загорелись хищным блеском от осознания будущей лёгкой прибыли, и он заговорил, понизив голос до шёпота:

— Я думаю, это… можно организовать. Рядом с центральной площадью есть пара подобных заведений с очень гибкими принципами. Сложность лишь в том, что обслуживать неофитов в рясах могут отказаться — хозяева боятся скандала с храмом.

— Я уверен, в твоих силах решить мелкое недоразумение, — уверенно заявил Лао. — Пара золотых монет, намёк на связи… и все принципы чудесным образом испарятся. И запомни, девушки должны быть молодыми, чистыми, приятно пахнуть и при этом иметь солидный опыт — нам нужна квинтэссенция профессионализма. Ли, как ты знаешь, застенчивый малый, может стушеваться, как мышка. А если у меня с конца через пару дней начнёт что-то подкапывать… или нестерпимо чесаться — Лао сделал многозначительную паузу, — я специально сцежу все «выделения» в чашку, приправлю жидкость мандавошками и лично заставлю выпить целебный нектар виновного. И поверь, я найду, кого обвинить.

Плюшкин поморщился, живо представив себе отвратительную картину, и он прекрасно понимал, кого именно Лао назначит «виновным» в случае любой неприятности. Мысль о чашке с сомнительным содержимым оказалась более убедительной, чем любые угрозы телесных расправ.

— Лао, извини за откровенность, но иногда мне кажется, что я разговариваю не с пятнадцатилетним подростком, а с вполне сформировавшимся, циничным подонком. Откуда у тебя такие… специфические познания и жизненный опыт? — спросил Шокай, изучающе вглядываясь в лицо юноши.

— Всё очень просто: я много читаю и обладаю врождённой, почти патологической наглостью. А как говорится, наглость — второе счастье, особенно когда первое куда-то запропастилось, — отшутился Крас.

— И кто же так говорит? Впервые слышу, — не отступал Шокай, прищурив глаза.

Крас заметил, что Плюшкин начал что-то подозревать.

«Твою мать, этот хитрый проныра задаёт слишком много вопросов, так и спалиться недолго. На самом деле, я что-то с места в карьер рванул — может, со шлюхами всё же перегнул палку? А вдруг увалень и есть тот самый шпион, пытающийся меня убить? Хотя, навряд ли — у него была масса шансов прихлопнуть меня в тихую, он просто очень жадный малый и, наверное, хочет набить цену. Ладно, нужно как-то отшутиться и перевести тему, пока он не начал копать глубже».

— Нужно расширять свой кругозор, уважаемый, — с нарочитой лёгкостью сказал Лао. — Могу попросить у архивариуса для вас пару занимательных книжек по теме, там даже картинки есть — читается легко, усваивается быстро.

— Ты сейчас надо мной издеваешься? — Шокай нахмурился, но в его взгляде мелькнуло скорее любопытство, чем гнев.

— Нет, конечно, просто хочу быть полезным в вашем… духовном развитии, — Лао сделал невинное лицо. — Ну, я думаю, мы договорились? И давайте уже поскорее избавимся от этой благоухающей ноши у меня за спиной, пока она не начала самостоятельно двигаться или не привлекла стаю стервятников.

— Отряд, стройся, хватит рассиживаться! — заорал во всё горло Шокай, возвращаясь к группе и срывая на ней накопившееся раздражение. — До города рукой подать, но наш маршрут немного меняется. Мы зайдём не через южные ворота, как планировалось, а через восточные. Вы, бестолочи, такие медлительные, что у нас уже не остаётся времени пробираться через весь город, нужно как можно скорее сбыть эти драгоценные ингредиенты, которые вы несёте, иначе всё пойдёт на помойку, а вы — следом. Насмотритесь на город в следующий раз, если, конечно, доживёте.

По отряду прокатилась волна молчаливого, но ёмкого недовольства. Вместо того чтобы пройти через прохладные, тенистые улочки города, теперь им предстояло плестись вдоль его стен под палящим солнцем. Так, конечно, было быстрее, но жарче, пыльнее, и пейзажи состояли в основном из заборов и задних фасадов лавок, которые радовали глаз разве что любителям архитектурного минимализма и запахов помоек.

Шокай же действовал исключительно в своих интересах — ему ещё нужно было раздобыть сменную одежду для двух «золотых» неофитов. Монахов Шао Лань в заведениях лёгких нравов не жаловали, а за развращение молодых послушников можно схлопотать не просто штраф, а полноценную экскурсию в подвалы местной стражи. Но Плюшкин всё равно шёл на риск. Он прекрасно просчитал: приведя парней в приличный, но не пафосный бордель, напоив их и накормив, он потратит существенную сумму, но всё равно останется в глубочайшем плюсе. Продав кристалл с учётом всех расходов на «развлечения», он получит в разы больше, чем с родственников золотой молодёжи, отстегнувших ему за включение их отпрысков в список. Как говорится, нет такого преступления, на которое не пойдёт капитал ради трёхсот процентов прибыли, особенно если преступление пахнет дорогими духами и дешёвым портвейном. То, что парни отработают всё сполна, он не сомневался — с Лао шутки были плохи.

Если честно, Шокай даже немного побаивался юного проныру. Он всё чаще ловил себя на мысли, что в Лао сидит не просто наглый подросток, а какой-то маленький, но стремительно растущий демон, с каждым днём становящийся умнее, хитрее и опаснее. А с тёмными сущностями, как известно, лучше