Пожар войны - Мстислав Константинович Коган

попытками вывернуться, а прямым давлением. В отличии от первой партнёрши, эта дамочка не церемонилась, а в нарушение всех правил этикета, вцепилась в мою руку и настойчиво волокла её вниз, за край корсета.

Даже не насрать. Меня это злило. Бесило, что она лезет так нагло. Бесило, что перехватила меня почти сразу, не дав толком сократить расстояние до моей настоящей цели. Бесили её попытки сместить наш дуэт обратно в центр, где она наверняка намеревалась похвастаться перед подружками своим «трофеем». С каким же облегчением я выдохнул, когда мелодия стихла, обозначая очередную пересменку. К тому моменту я уже почти созрел придушить свою, слава всем богам, уже бывшую партнёршу.

Уходя, напоследок она запихнула мне за пояс чулок, который тоже достала из рукава. Хотя, судя по выражению её лица в этот момент… Она была готова при всех задрать юбку и стащить его с собственной ноги, в надежде, что я, как любой нормальный, в её понимании, мужчина, поведусь на столь «широкий жест». Но этикет и приличия всё-таки вынудили её упорхнуть к следующему партнёру. Я же, с облегчением выдохнув, направился дальше.

Сразу пробиться к Айлин не получилось. Прежде чем мне всё-же удалось это сделать, моя «коллекция» пополнилась ещё одной перчаткой, двумя платками, и вторым чулком. Собрал, мать твою «комплект» на все случаи жизни. Кошка сменилась львицей, затем волчицей, ещё одной лисицей и чем-то отдалённо напоминающим куницу. И всё-же спустя минут пятнадцать этих мытарств, когда воротничок дублета уже вовсю начинал душить, в голове шумело, из-под берета текли капли пота, а виски нехорошо покалывал очередной приступ ПТСР, неумолимо надвигавшийся на мои искорёженные мозги, я наконец-то смог скрестить пальцы с ладонью, давно уже ставшей мне родной, и положить свободную руку на столь хорошо знакомую талию, обернутую в кожаный корсет и ткань простого зелёного платья.

Шум бала сразу стих, растворившись где-то на фоне. Я облегчённо выдохнул, на мгновение оторвал руку от её талии и отёр вспотевший лоб, тыльной стороной чёрной перчатки. Затем, впервые за вечер улыбнулся. Тепло и искренне. А когда начался очередной танец, приблизился к ней чуть ли не вплотную и прошептал на ухо.

— Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть.

— Я тоже, — одними губами ответила девушка, — Давай-ка утанцовывать отсюда, пока я этим сучкам не подожгла шляпки прямо у них на головах.

— Ага. Или я кому-нибудь не вбил нос прямо в череп, — улыбнулся я.

В этот раз мне уже не нужно было вести. Мы оба двигались в одном направлении. Медленно — не всегда удавалось, проскочить между танцующих парочек, но всё-же приближались к краю бальной площадки. Да и судьба, похоже, благоволила нам. Во время очередной пересменки, когда мы решили вопреки всем правилам, не разделяться, я заметил, что многие из собравшихся сделали то же самое. Почти половина. Похоже, чем дальше заходил бал, тем больше образовывалось «устойчивых» парочек. И судя по тому, что я видел, эти самые парочки уже наметили себе очень интересное продолжение вечера. Интересно, у них тут в замке предусмотрены индивидуальные комнаты, или они прямо тут оргию устроят…

— Чего улыбаешься, — шепнула мне на ухо Айлин.

— Да так, — хмыкнул я, — Представил чем закончится сегодняшний вечер.

— Да? — её глаза едва заметно сузились, а на губах заиграла игривая улыбочка, — И чем же?

Похоже, девушка не совсем правильно меня поняла. Хотя… Я чёрт возьми, был не против. После всего того, что нас за сегодняшний день довелось пережить, в конце-концов мы оба заслужили немного радости и уединения. Я снова невольно улыбнулся. Теперь меня и правда заинтересовал вопрос, есть ли у них гостевые комнаты. Но совсем с другой стороны.

— Я тебе расскажу, когда выберемся отсюда, — шепнул я ей на ухо. И мы потанцевали дальше.

Поскольку вдвоём у нас дело пошло куда быстрее, оставшийся путь до лестницы занял всего две пересменки и не больше пяти минут. Бал тем временем уже прилично затянулся, так что даже наш подъём наверх не стал чем-то из ряда вон выходящим. Более того, разделение по полу теперь тоже перестало существовать. Парочки стояли у перил, бродили или сидели отдыхали на обоих верхних обходах. Пробившись сквозь них мы вышли во внешний коридор, граничивший со стеной замка. Тут, помимо витражных окон имелись балкончики, на которых можно было хоть ненадолго, но всё же уединиться, глотнуть свежего ночного воздуха и привести в порядок мысли.

Первые пару минут мы просто молчали, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя. Потом ещё несколько минут любовались городом. От раскинувшихся внизу улочек, давным давно утонувших в промозглой мгле серых сумерек в небо поднимались сотни оранжевых куполов бумажных фонариков. Сквозь вой холодного ветра доносилась весёлая музыка изредка перебивающаяся чьим-то громким окриком или переливчатым смехом. Там, внизу, люди тоже праздновали. По своему. Они, как и оставшиеся в стенах замка дворяне, ещё не подозревали, что час назад на иссушенную солнцем землю упала первая искра разгорающегося пожара. Пожара, который вскоре мог охватить весь юг.

— Ну, ты как? — я придвинулся поближе к девушке и обнял её за плечо. Она тут же невнятно муркнула и положила мне на него голову, — Порядок?

— Честно? — спросила Айлин, прижимаясь ко мне, — Пиздец. Но я справилась. Сама не верю в это, но всё-таки справилась.

— Брось, — улыбнулся я, — Судя по тому, что я видел, ты отлично держалась.

— Разве что от того, чтоб поставить какой-нибудь из этих сучек фингал под глазом. Или выбить парочку зубов, — хмыкнула она, — Нет, нас конечно, предупреждали, что будет непросто. Но такого змеиного клубка, я честно признаюсь,

вообще не ожидала. Ты то как?

— Ну, — я осторожно погладил её по талии, — Я тоже чуть было не довёл дело до драки. У мужиков в этом плане тут дела обстоят не лучше, — немного помолчал и добавил, — И всё-таки мы не обосрались. Так что, как мне кажется, кусочек праздника заслужили. Кстати, я тут трофеев насобирал? — я отстранился вытащил из-за пояса все свои «находки» за вечер и показал их девушке, — Тебе ничего из этого не надо?

Она пристально осмотрела их, словно бы выбирая, что себе оставить, а что выбросить. А затем щёлкнула пальцами. На каждой из вещиц тут же зажглось по крохотному огоньку, начавшему стремительно пожирать ткань. Да уж, Айлин умеет красноречиво