"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

А что, если все наши великие учёные — Аристотель, Макиавелли, Менделеев, Эйнштейн — просто пришельцы из других миров? Такие же, как я?

Усмехнувшись такому лестному сравнению, вышла в сад. Здесь уже набухали почки на фруктовых деревьях, а вокруг колодца буйно росла трава. Намеченные прямоугольники под грядки стояли вскопанные и готовые принять семена и рассаду. Не помёрзнут ли? Я абсолютно не разбиралась в садоводстве, но уж траву-то вырастить сумею?

— Леди Джейн, печи раскалились, можете принимать работу! — донеслось из дома.

Пришлось вернуться и тщательно проверить тягу и то, как выглядят камни изнутри. Я уже привыкла на глаз определять степень раскалённости печи — если камни чуть светятся от жара, значит, температура как раз под двести пятьдесят градусов. При таком жаре хлеб пропекается довольно быстро.

Осмотрев печи, осталась довольна. Пусть жар копится, минут через сорок можно будет запихнуть туда булочки. Я расплатилась с мастером и отпустила его. Ещё одно дело сделано.

Не спеша поднялась наверх и сформировала булочки — тесто на печи быстро подошло. Теперь расстойка минут на двадцать и в печь.

Довольно отряхивая руки от муки, я выглянула в окно. На лавке красильщика висела надпись «Цветные ткани» и рядом — вычурная нарисованная дама в небесно-голубой пелерине, кутающаяся с головы до пят.

Мне тоже нужна вывеска. Только не просто вывеска — а витрина. Такая, при виде которой слюнки потекут.

Или всё же начинать работу без сногсшибательной вывески? Есть же техническое открытие — когда проверяют спрос и готовность. Там, конечно, уже есть и интерьер, и вывеска, и название. А у меня нет ни того, ни другого.

Как же мне назвать кондитерскую? На ум сразу же пришла «Сладкая девочка». Ну нет, не буду я так называть своё детище! Слишком двусмысленное название, да и не по чину. Что же придумать? Беда в том, что я не знала, как тут принято называть заведения. Нет никакой насмотренности!

А если назвать совсем по-другому, не как принято? Поймут местные? Или будут с недоумением проходить мимо?

Ладно. Может, попробовать что-то простое? «Кондитерская», «Пекарня леди Джейн». Ммм, или, например, «Круассан»? А может, «Твой десерт»?

Пока раздумывала, присела за край стола и принялась задумчиво чертить карандашом по листку бумаги. Можно на вывеске нарисовать крендель — это очень по-средневековому. Или тортик со свечками. Хм, а тут принято втыкать свечи в торт? Об этом я не знаю… Какое пирожное тут хорошо знают, чтобы нарисовать его на входе?

Вопросов больше, чем ответов. Ну хорошо. Если плясать не от названия, а от ассортимента, то что рисовать на витринах? И как оформить эти высокие окна? Хм, а надо ещё торговый зал облагородить. Как же мне не хватает морозильника! Как быть без холодильных витрин?

Голова пошла кругом, и я закрыла глаза. Почему нельзя просто быть талантливым кондитером и заниматься любимым делом? Почему я должна быть и дизайнером, и продавцом, и директором, и заботиться о всяких непонятных мне вещах?

Ладно, поставлю булочки и пройдусь по улицам. Надо срочно проветрить голову и посмотреть на город. Так точно лучше думается.

Глава 15

Глава 15

Запах свежеиспечённых булок наполнил дом снизу доверху. Стоя на лестнице с подносом, я поймала момент абсолютного счастья: аромат уюта и изобилия витал по моему собственному жилищу, я была в шаге от открытия кондитерской, за мной ухаживал видный мужчина, и у меня были близкие люди рядом.

Это ли не счастье?

Быстро поднявшись наверх и водрузив поднос со сдобой на массивный кухонный стол, я задумалась.

— Ксандер! — позвала я сорванца. — Кса-а-андер!!

Спустя несколько минут хлопнула входная дверь и я услышала топот маленьких ног.

— У меня для тебя задание, — улыбнулась я и быстро крикнула: — А ну стоять!

Чумазые ручонки замерли на полпути от ароматных булочек.

— Руки мыть, быстро! — и я указала на рукомойник, который устроила на кухне. Он полностью повторял дачный вариант: чаша с палкой, которая ходит вверх-вниз, ведро под ней и полочка, на которой лежало мыло. Рядом Патрик вбил крючок и я повесила чистое полотенце.

Мальчик понурил голову, но озорные глаза блестели, пока он под моим строгим надзором старательно мыл кисти рук.

— Эти булочки — твои. Можешь их все съесть, а можешь продать на рынке по пять мелких монет за штуку и забрать деньги себе.

Я лукаво смотрела на юного предпринимателя — вряд ли он остановится перед возможностью подзаработать. И его деловая жилка победила.

— Я съем одну, чтобы быть уверенным, что это вкусно, — оправдался он и схватил-таки одну штучку. Быстро запихнул в рот, проглотил не жуя и возвестил: — Проверка пройдена! Иду продавать!

— Погоди, я с тобой, — остановила я его. — Оденься потеплее и в то, что почище. А я хочу издалека посмотреть, как люди будут реагировать на мои булочки.

И уже через двадцать минут я, одетая простой горожанкой без намёка на знатное происхождение, сопровождала чистенького мальчика с лотком, где лежали тепло укутанные булочки.

До рыночной площади мы дошли быстро. Ксандер сосредоточенно озирался по сторонам и выискивал потенциальных покупателей, а я решила побродить по рынку, чтобы посмотреть, чем тут торгуют. Ну и не выпускать мальчика из поля зрения.

— Булочки, свежие булочки! Покупайте булочки! — заголосил мой помощник и я успела словить несколько заинтересованных взглядов от окружающих. Возле него быстро образовался круг покупателей и буквально за десять минут все пятьдесят (пожалуй, всё же сорок девять) булочек были проданы.

Ксандер пересчитал выручку, убрал за пазуху и машинально вытер нос рукавом.

— Пошли, пройдёмся по рядам. Вдруг я найду что-то интересное! — попросила я его. — Будь моим сопровождающим!

И, взяв за руку мальчонку, я зашла в ряд с аксессуарами и кожаными изделиями. Побродив немного, потрогала руками товар, послушала, как расхваливают торговцы свои сокровища. Ничего из этого меня не заинтересовало.

В ряду, где торговали снедью, стало повеселее. Прямо у входа румяный тучный торговец поливал жиром поросёнка, насаженного на вертел. Его поджаренные ушки и пятачок мгновенно вызвали жалость, но запах жареного на углях мяса оказался сильнее: наполнил ноздри и мгновенно пробудил желудок.

Но мы всё же поспешили дальше — мимо рядов колбас, сыров, копчёных окороков, круглой репы и зелёной капусты в корзинах. Ксандер вёл меня в какое-то ему одному известное место, а я не сопротивлялась.

Внезапно что-то знакомое заставило меня затормозить. Повернула голову