Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло - Кира Лин

— Я ничего не поняла, — пробормотала я и решительно направилась к лестнице.

Джош замешкался около стола, позарившись на блюдо с яблочными слойками. Я не стала его отвлекать — уж больно голодный и жалостливый вид у него был. Мишель же не обращала на парня никакого внимания, обходя и задевая, как предмет мебели.

Схватившись за блюдо с новой партией выпечки, ещё дымящейся, только что из духовки, сестра повернулась к столу, но не успела сделать и шага. Джош преградил ей путь.

Взгляд сестры остался на уровне его груди и заметно дрогнул, но она поджала губы и шагнула влево. Он повторил её движение с каменным выражением, и тогда Мишель скользнула вправо, но снова он не позволил ей пройти.

Осторожно выдохнув, она подняла глаза и сердито посмотрела на Джоша. Он взирал на сестру с трогательной нежностью сверху вниз с высоты своего роста, но выражение лица оставалось непроницаемым.

Мишель топнула ножкой и двинула ему блюдом в живот, но Джош поймал её за руки, коснулся локтей и притянул к себе. Так я и оставила их — глядящими друг на друга, не смеющими нарушить тишину.

Пусть развлекаются, а мне необходимо увидеть Бена.

Чувство, с которым возвращаешься домой из далёкой поездки — бесценно. Оно словно маленькое счастье, заставляет сердце биться чаще. Все обыденные запахи кажутся потрясающими, неповторимыми, до мурашек.

Заходишь в двери, и под кожей оживают бабочки, щекочут изнутри бархатными крылышками. Аромат постельного белья, его мягкость, ощущение того, что в ней давно никто не спал.

Я поднималась по лестнице и представляла нашу встречу с Беном, одёргивая себя мыслями обо всём этом. За время отсутствия я тысячу раз прокручивала в голове, но очутившись дома, забыла все заготовленные речи.

Как обычно бывает: сильно ожидаешь волнительного события, планируешь, а когда приходит его время, из головы всё как ветром сдувает. Чувствуешь себя полной дурой, не способной двух слов связать.

Перед лестницей по паласу были раскиданы осколки — то ли вазы, то ли блюда. На тёмном фоне они белели, как кости или когти крупного хищника. Паркет усыпан пылью и кусками побелки.

Я посмотрела вверх — потолок и стены, как будто палкой ковыряли. Диван в гостиной сдвинут с привычного места, на полу осталась отчётливая вмятина. В секретере выдвинуты ящики, часть из них стояла на столе, на скатерти высилась гора из мешочков с травами и мелких коробочек, ковёр скатан в рулон и аккуратно прислонён к стене.

Картины сложены в углу, зачехлены белой тканью.

— Что здесь происходит? — возмутилась я и подошла к своей спальне. — Бен?

Глава 66

Толкнув приоткрытую дверь, я застала его стоящим у окна. Так и застыла в проходе, не в силах отвести взгляд, забыв, как дышать.

Его лицо было пусто и красиво, настолько, что сердце вдруг зачастило. Я соскучилась и ничего не могла с собой поделать — стояла и жадно ощупывала его глазами.

Закатанные рукава красной рубашки и черные брюки — ничего необычного, но у меня жар поднимался из глубин тела.

Скрестив руки на груди, Бен облокотился о подоконник и смотрел на меня в упор. От его взгляда энергия заплясала по коже горячим дыханием. В груди что-то с треском оборвалось, и по венам потекло тепло.

Кажется, в этот момент я должна была бы смутиться и отвернуться, но сумела сохранить равнодушный вид. Если он может, то и у меня получится.

На его лице ничего не отразилось, только в синеве глаз мелькнуло что-то… тёмное. Злился? И что же я сделала?

Неспешно заходя в комнату, я спрятала руки в карманы брюк и придирчиво огляделась. Вещи из шкафа свисали пёстрой гирляндой, на полу высился ворох книг и мелких предметов интерьера.

Цыкнув, я закатила глаза и лениво вынула руку из кармана. Взмахнула ею и навела мгновенный порядок, будто и не было вселенского погрома. Бен лишь надменно повёл бровью — я его удивила, но не слишком.

— И что же здесь творится? — я прошлась до ванной комнаты, заглянула в распахнутую дверь, фыркнула и проследовала к комоду.

Взгляд Бена прилип ко мне, был назойлив, но я старалась смотреть куда угодно, только не на него. За поставленным щитом я должна была бы чувствовать себя в безопасности, но, стоя перед ним, уголком сознания понимала, что лгать бесполезно.

Даже не стоит пытаться прятать то, что бушует внутри.

Я отвернулась, чтобы прикрыть глаза и незаметно сглотнуть. Меня трясло, и не от страха или холода — руки чесались, хотели коснуться Бена. И его сила струилась по комнате, обдавая жаром, словно рядом с костром.

— Ты кто вообще такая? — в его холодном резком тоне прозвучала нотка гнева. — Где Эшли?

Я открыла глаза, медленно выдыхая, и обернулась. С деланным спокойствием посмотрела на него через плечо. Он встретил мой взгляд, напрягся, и лицо его потемнело от злости, забилась жилка на шее, а у меня стянуло мышцы живота от желания.

Да так, что в горле пересохло. Ещё несколько дней назад я бы рассыпалась перед ним. Но не теперь. Да, я хотела поверить в это, заставляла себя, когда как мысленно уже сдавала позиции.

— Если я не Эшли, то кто же тогда? — пустым голосом бросила и продолжила исследование собственной спальни, претерпевшей зверские перемены.

Прошлась вдоль кровати, коснулась непримятых подушек, провела ладонью по застеленному велюровому покрывалу. Она оставалась нетронутой, как до моего отъезда.

Скользнув мимо Бена, я приблизилась к шкафу и принялась запихивать свесившуюся одежду на полки. Но руки так дрожали, что ничего не получалось. Шёпотом выругавшись, я со злостью захлопнула дверь.

Чувствуя на себе изучающий взгляд Бена, ощущая его как скальпель между лопаток, опустила голову и закрыла лицо руками. Надо было успокоиться, унять пульс, но рядом с ним это невозможно.

Моё поведение вызывало у Бена моральное смятение, и он злился. Его гнев плясал тонкими раскалёнными иголками на коже.

— Совершенно другая ведьма, — голос его был ровен и пуст, но в нём угадывалась какая-то струйка утомлённости, а сквозь неё просачивалась ещё какая-то интонация. Тщательно контролируемое волнение. — Что с тобой произошло?

— Нестерпимо хочется крови, — протянула я и выпрямилась, опустила руки, поведя плечами. — Вот размышляю, кому бы в горло зубы всадить?

— Всё настолько плохо? — неожиданно смягчившимся тоном выдал он и усмехнулся.

Я вскользь покосилась на