"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

Когда Андрей Веретенников, следуя за слугой, спустился в обеденную залу, то невольно застыл, пораженный размерами столовой, богатством отделки, числом гостей и роскошью их туалетов. Хоть и было объявлено об исключительно домашнем торжестве, дамы не преминули щегольнуть новыми платьями.

Пока гость пытался оглядеться, слуга успел исчезнуть. Юноша несколько растерялся: в толчее хорошо известных друг другу людей он не видел ни одного хотя бы шапочно знакомого. К кому подойти, куда сунуться, куда, в конце концов, сесть — всё было непонятно. Кроме того, лучший костюм Андрея, надетый специально к обеду, не дотягивал даже до униформы лакеев. Всё это до невозможности конфузило, заставляло нервничать и вообще чувствовать себя весьма неуютно: надо же, куда влез со свиным рылом — в княжеский дом. Кто он здесь? Пожалуй, что никто.

Но прежде, чем подобные мысли окончательно смутили Андрея, рядом с ним остановилась изумительно красивая девушка в шикарном платье. Неземной образ дополняли затейливая причёска, со вкусом подобранные украшения и почти незаметные штрихи косметики. Пораженный в самое уязвимое место, на какое-то время молодой инженер просто замер, почти не дыша и неотрывно глядя на красавицу.

— Андрей! Андрей Егорович! Господин Веретенников! Да очнись же ты, наконец!

— Э-э-э… простите…

На большее молодого человека не хватило.

— Что с тобой? Ты где, вообще, находишься?

Андрей блаженно улыбнулся:

— Э-э-э… очевидно, в раю. Только там, насколько я знаю, встречаются ангелы.

Девушка сделала шаг вперед и маленький, но крепкий кулачок врезался недавнему студенту под ребра. Одновременно она прошипела, не прекращая улыбаться:

— Ты находишься на пороге дурдома! На тебя уже начали обращать внимание. Срочно приходи в себя и пойдем, я представлю тебя остальным.

Неизвестно, какое действие оказалось решающим: вербальное или физическое, но гость, в конце концов, моргнул, потом еще раз и, наконец, удивлённо спросил:

— Варя?

— Кто же еще! Идем, я познакомлю тебя со всеми, пока не позвали за стол.

С этими словами Варвара Владимировна подхватила своего коллегу под руку и повела по залу от одной группки гостей к другой, представляя молодого инженера и коротко описывая людей.

— Видишь пожилую парочку по ту сторону стола? Это чета Клейстов. Николай Генрихович начинал свою карьеру гонщиком, потом отец взял его механиком и чуть позже сделал компаньоном. Первую «Молнию» они построили вдвоём в тамбовской слободке, в простом сарае. Теперь Клейст — бессменный глава конструкторского бюро, ни одна новая модель концерна «КиТ» не выходит без его участия. Его супруга, кстати, моя крёстная, тоже бывшая гонщица, в определённых кругах весьма знаменитая. Только представь: мои родители еще даже не были знакомы, а она уже участвовала в гонках наравне с мужчинами. И побеждала их… кроме одного. Сейчас она баронесса. Её двоюродный дед, великий артефактор, смог восстановить свой баронский титул и перед смертью передал его внучке. Так что она ещё и баронесса Шнидт.

— Так это внучка того самого Шнидта! — восхитился Андрей. — Получается, ты выросла, окруженная легендами.

На это девушка ничего не ответила, лишь довольно улыбнулась и повела спутника дальше.

— Вот мои кузены, — продолжила она, указывая на группку людей помоложе. — Михаил, Мария и Дарья Стриженовы. Они еще не столь знамениты, как отец, но уверенно движутся в нужном направлении. Михаил, как и мы с тобой, закончил высшее техническое училище в Москве, и сейчас возглавляет отдел разработки бюджетных мобилей. Дарья — гений торговли. Работает в отделе продаж корпорации, и вполне может со временем его возглавить. А Мария уже сейчас достаточно известна. Едва появилась возможность женщинам получать медицинское образование, как она тут же поступила на медицинский факультет Санкт-Петербургского университета. Первый российский выпуск женщин-врачей, разве не знаменитость? Сейчас она очень популярна в Тамбове, имеет огромную клиентуру и, разумеется, почти все её пациенты — женщины.

— Я гляжу, феминизм в твоем кругу весьма популярен, — заметил Андрей.

Варя тут же вскинулась:

— Ты что-то имеешь против борьбы женщин за свои права? Еще совсем недавно, каких-то десять лет назад женщины даже не могли получить полноценное образование. Считалось, что им знания не нужны. Мол, детей рожать можно даже неграмотным.

— А разве это не так…

Андрей не успел договорить, как его спутница резко остановилась.

— Еще немного, Веретенников, и я в тебе разочаруюсь, — рассердилась она. — Нельзя сводить все функции женщины к деторождению. Так можно докатиться и до вопроса, который решали церковники на Маконском соборе в 585 году: есть ли у женщины душа и является ли она человеком или животным.

— Нет-нет, — поспешил откреститься молодой человек, пытаясь двигаться далее, — я ничего такого в виду не имел!

— А что имел? — грозно спросила Варя, но тут пара приблизилась к солидному пожилому человеку в модном костюме-тройке из чесучи.

Опасный разговор прекратился сам собой. Начались ритуалы представления, знакомства. К счастью, это заняло не больше минуты. Едва отошли чуть подальше, Варя выдала короткую справку:

— Фёдор Иванович Игнатьев начинал заштатным репортёром в «Тамбовских ведомостях». Но после знакомства с mon père [2] он быстро стал одним из ведущих журналистов газеты, его статьи перепечатывали практически все российские, а после и зарубежные издания. Сейчас он осуществил свою давнишнюю мечту: открыл собственный журнал, целиком посвященный техническим новинкам начиная от мотоциклеток и мобилей и заканчивая океанскими судами и дирижаблями. Это его начинание, насколько я знаю, имеет бешеный успех.

Андрей позволил себе толику скепсиса:

— По твоим словам, все, кто так или иначе попадал в круг интересов твоего отца, становились по меньшей мере знаменитыми.

— Никогда не задумывалась об этом, — легкомысленно бросила Варя. — Возможно, так оно и есть. Вот после нашего с ним разговора и поглядим, получится ли из тебя новая знаменитость.

Променад подходил к концу. Варя обошла всех людей, знакомство с которыми полагала для Андрея необходимым, и теперь целенаправленно двигалась в дальний конец столовой, по пути выдавая свои комментарии:

— Это — дальняя родня, из других ветвей рода Тенишевых. Мы общаемся с ними постольку-поскольку, но нынче maman [3] решила, что их присутствие необходимо. Это — малышня с няньками, они для нас пока неинтересны, как и мы для них. А вот теперь внимание: кружок молодёжи. Старички, по большей части, отнесутся к тебе снисходительно, а тут любое неосторожное слово непременно будет использовано против тебя.

— Добрый день, Варвара Владимировна, —