Возвращение - Марцин Подлевский

— Отлично, — фыркнула она. — Так где мы находимся? Насколько глубока была эта твоя предполагаемая дыра?

— А знаешь, я даже польщен, — улыбнулся Захария. — Наверное, мы действительно будем называть ее дырой Лема, хотя правильнее было бы назвать ее скорее «дырой Немезиды». Шансы на то, что информация о ней распространится, довольно малы, но это не отменяет факта, что я чувствую вполне понятное удовлетворение.

— Когда ты бежал как ошпаренный от «Немезиды», ты не выглядел довольным, — заметила она и в тот же момент поняла, что несколько перегнула. Лицо агента Ложи превратилось в холодную маску.

— Призраки, — резко отчеканил он. — Фантомы, созданные в результате воздействия какого-либо явления. Обычное дело в секторе Трех планет. Как ты сама упомянула, ты никого не видела.

— Вся эта история с «никем» сильно испортила люк «Дикарки».

— Совпадение. Фрагменты песчаной бури, неаккуратное закрытие люка…

— Не думаю, что буря успела дойти до нас. А повреждение неостали от обычных камней, пусть даже только электростатически заряженных? Вздор.

— Мы не будем об этом говорить, — сказал он.

— Кого ты там видел? Того самого Антената?

— Нет, — ответил он, сердито нажимая что-то на консоли, и Нокс с отвращением заметила, что он снова вводит ее в стазис. Так скоро после предыдущего?

— Подожди, — запротестовала она. — Ты хочешь, чтобы я снова впала в коллапс?

— О нет, — возразил он, программируя Белую Плесень и выбирая опцию ввода инъекторов. — Это тебе точно не грозит. Ты как таракан, а они так просто не умирают. Хотя не исключено, что твое восприятие и понимание мира вскоре сильно изменятся, — пробормотал он про себя, одобряя выбор введения стазиса. — В любом случае я просто отключу тебя. Мы больше не будем прыгать через Глубину.

— Сволочь, — заключила она. — Галактический засранец.

— Я смотрю, ты снова в форме, — хрипловато усмехнулся он, но слова уже долетали до нее как сквозь вату. Ее глаза закрылись.

Она еще не знала, что когда откроет их, все действительно изменится.

***

— Что это, в могилу Напасть?

— Не знаю, капитан, — скромно заявил Пат. Насколько помнил Тельзес, парень был одним из двух-трех молодых членов экипажа: ему только-только исполнилось полных шестьдесят. — Но господин сам может убедиться в этом. Оно выходит.

Они стояли перед наспех установленным и заваренным люком, блокирующим — теоретически — доступ в сектор корабля, атакованный вражескими силами. Кайт быстро объявил — с одобрения Дета, кстати, — эту зону «зараженной», что бы это слово ни значило, и приказал изолировать ее до тех пор, пока тело не будет тщательно исследовано. Оно уже было обработано считывающим устройством АмбуМеда, которое не обнаружило никакой биологической или вирусной угрозы. Но это ничего не говорило. Ведь часть аколита, как сообщил Палм, пыталась «проникнуть» в пол корабля, а стены вокруг корпуса, дырявые и залитые загадочным веществом, не выглядели нормально — или, точнее, выглядели так, словно их внезапно покрыли красно-зеленые вены.

Вены, которые выходили из изолированного сектора корабля.

Паукообразные утолщения, шириной не более двух-трех пальцев, уже расползались по стенам коридора и по полу. Некоторые были тонкими, как нити, и Кайт готов был дать голову на отсечение, что они растут почти на глазах.

— Что ты пытался с этим сделать? — спросил он. Пат пожал плечами.

— Один из этих… бритоголовых хотел выжечь их, — сказал он.

— Удалось?

— Частично. Только когда мы повредили стены. Потом она отвалилась и как-то… гниет или в этом роде. Посмотрите сами, капитан. — Пат дотронулся кончиком ботинка до одного из лежащих на земле комков. — Вот такие дела. А Типси говорит, что оно могло осадить нас и извне. Парни выпустили отряд гоблинов и говорят, снаружи тоже есть такие жилы. Как будто что-то стекает потоками…

— Не трогай, — приказал Тельзес. — А кто-нибудь его трогал?

— Не знаю… может, и трогали. Вот, видите, капитан, как оно скользит? Сдвинулось…

— О чем ты… — Кайт повернулся и увидел внезапно побледневшее лицо Дета. Эта бледность, решил он, мне больше не импонирует.

— Здесь, — сказал представитель Жатвы. — Как тихий выстрел под поверхностью стены. Доля секунды — и он в метре от тебя, а может, и дальше.

— Оно продвигается скачками. — Старый колдун отодвинулся от Пата и поправил очки. — Такими темпами скоро весь корабль будет в напастных венах. Пат?

— Да, капитан?

— Немедленно позвони Типси и организуй команду. Я хочу, чтобы ты выжег это, и быстро. Только не прикасаться! Меня не интересуют повреждения внутри корабля. Вторая команда — на корпус, в вакуумных скафандрах. Снимаем магнитные поля и тоже начинаем жечь. Наши дорогие хозяева, — он взглянул на все еще бледного Дета, — дадут вам плазменные карабины. Полагаю, вам нужно не меньше десяти человек. «Пламя» — это не маленький прыгун, здесь придется повозиться. Учитывая такую «способность к скачкам», надо бы тщательно осмотреть весь корабль.

— Я не выдам вам оружие, — начал представитель, но Тельзес лишь смерил его взглядом.

— Если ты так же хорош, как мои люди, парень, тогда сам залезай в свой скафандр и иди выжигать дерьмо с внешнего корпуса.

— Может, мне оставить вас одних на палубе?

— Ты хотел солидарности и сотрудничества. Вот тебе сотрудничество. Эта штука, вся эта напастная дрянь, скорее всего, какое-то оружие стрипсов, основанное на нанитовой технологии. Выжечь ее — единственная разумная идея.

— Если это наниты, то ты все равно не сможешь полностью их выжечь.

— В таком случае мы ограничим заражение и выиграем немного времени, чтобы прыгнуть рядом с какой-нибудь станцией, — заметил Тельзес. — Если, конечно, ты не хочешь оставить все как есть и ждать, пока эсминец нас взорвет.

Дет молчал. Он смотрел на бородатого старика в больших очках, похожего скорее на безобидного сумасшедшего, чем на капитана корабля. Однако не стал доставать свою персональ. Стоял неподвижно, словно размышляя о последствиях своих внутренних решений.

— Опять, — внезапно пискнул Пат. Пятно с прожилками прыгнуло вперед, как молния, и затвердело. Кайт не стал бы утверждать это, но у него сложилось впечатление, что прыжок сопровождался неприятным звуком, чем-то напоминающим хруст старого печенья.

От этого потрескивания ему стало слегка не по себе, тем более что персональ начала слегка подрагивать,