Возвращение - Марцин Подлевский

***

«Память крови», древний флагманский крейсер семьи Гатларк, погиб первым.

Находившаяся на его борту капитан Ханна Рустерк в ужасе наблюдала через неостекло за расцветающим в космосе глубинным эхом, выплевывающим таинственную флотилию. Незадолго до атаки, еще в разгар суматошной группировки гатларских сил, находящихся на внутри- и внесистемном патрулировании, капитан «Памяти» — как и другие командиры оборонительного флота — попыталась проанализировать приближающиеся корабли. Однако кастрированные ИИ выдавали неточные данные о тоннаже, и беглый анализ показал, что корабли размером с крейсер, фрегат или прыгун — и даже маленькие, похожие на дронов зонды чужих сил — на самом деле были частью единого целого, которое трансформировалось и менялось на глазах капитанов. Небольшие «квазиистребители» внезапно прикреплялись к «фрегатам», а «фрегаты» прикреплялись друг к другу в виде некой неоформленной цепочки. Однако этим дело не ограничилось.

Вокруг можно было увидеть корабли, которые плавали в пространстве, как слегка полупрозрачные мумии, напоминающие живые организмы, и другие, что были похожи на собранные из железа бесплотные обломки, испускающие облака пара, быстро застывающие в небе. В этой чудовищной картине трудно было определить, какие корабли представляют угрозу, а какие на самом деле являются лишь транспортами, предназначенными для посадки на планету. Вокруг этого хаоса кружили пухленькие, проворные, но маленькие кораблики, которые первыми попытались прорваться сквозь магнитные поля гатларских кораблей.

— Поприветствуем их… — прошептала Рустерк. — Пусть они заговорят…

— Они не отвечают, — доложил ее заместитель, первый пилот «Памяти крови» Карком Гатларк, один из дальних кузенов княжеской семьи. — Только одно и то же повторяющееся сообщение на машинном языке.

— Включи. Может быть, что-то получится…

— КОНСЕНСУС — прогремело в крейсере странным человеческим и в то же время чужим голосом. — МИР. КОНСЕНСУС. МИР.

— Мир — с надеждой произнес Карком. — Они говорят о мире.

— Тогда почему они стреляют? — спросила капитан «Памяти».

— Понятия не имею… может, это какое-то… недоразумение?

— Неостекло! — приказала Рустерк, и в огромном иллюминаторе крейсера вспыхнуло крупным планом карта ситуации.

На ней вражеский флот предстал в виде слегка дрожащей, длинной линии фронта на фоне лазурных, сбивчивых отголосков. Маленькие, оторванные друг от друга точки, похожие на «пухлые шарики», были ракетами, летящими в сторону гатларцев, или, точнее, чем-то, напоминающим ракеты. Силы гатларцев отчаянно пытались встать в строй, образуя нечто вроде трехмерного заграждения, защищающего доступ к планете.

Кастрированный ИИ поспешно разделил это скопление на группы, центральным элементом которых стал командирский корабль — фрегат или эсминец. Так было быстро создано командное древо, кульминацией которого стали три вида крейсеров с «Памятью крови» во главе и планетарным командным центром на самой планете. Но ситуация, которая еще минуту назад была статичной, внезапно перестала быть таковой.

Из вражеского строя выскользнула пухлая сфера неправильной формы размером с суперкрейсер, которая — к изумлению гатларцев — резко раскрылась, разделившись на две половины, все еще скрепленные скрюченными выступами паукообразных ног. А изнутри и сзади причудливого образования хлынули силы, обманчиво напоминающие часть Флота Зеро. Вернее, они были бы похожи, если бы не загадочные вены, вздувающиеся на корпусах, которые выглядели будто их разорвали изнутри.

— Стрипсы… — прошептала капитан.

— Невозможно, — Карком Гатларк был поражен.

— Вызовите их немедленно, — приказала Рустерк, но в этом не было необходимости. Сообщение, переданное по широкому лучу, уже достигло защитников. Характерный, квазикомпьютерный глас Стрипсов был мертвее, чем обычно, и звучал как объявление о неизбежном конце.

— МИР, — возвещал голос, разносясь по старым коридорам и залам «Памяти Крови». — ПОНИМАНИЕ. МИР НЕОБХОДИМ.

— Ускоряются! — крикнула Анастасия Солт, командуя третьим сектором вооружения на крейсере. — Переводят энергию ядра в наступление! Запускают ракеты!

— Предательство! — крикнул кто-то из стазис-навигаторской команды.

— Запустить прожекторы и ложные цели! — приказал капитан. — Связаться с оставшимися группами по широкому лучу! Разорвать контакт с противником! Экстракодовые глушители передачи! Выпустить истребители! Атака на силы стрипсов! Огонь без приказа!

— Вторая группа под атакой! — неожиданно крикнул кто-то из навигационного персонала. — Ведут огонь по второй группе!

— КДП приказывает прикрыть транспорты!

— Арсенал докладывает: первые попадания подтверждены!

— Видишь те большие корабли? Это транспортники?!

— Поворот на правый борт, шестьдесят градусов!

— У нас прорыв! Повторяю: у нас прорыв!

Объявления быстро превратились в шум. Однако Ханна Рустерк стояла как статуя, вцепившись в небольшие перила, предназначенные для капитана на так называемом «носу» — ситуационном посту, который можно было превратить в капитанское кресло одним нажатием кнопки. Она стояла и смотрела, как странная хаотичная сила стрипсов мчится вперед, словно средневековый таран, сколоченный из ржавых корпусов, стреляющих искрами антигравитонов и кусками зазубренной нанитовой стали.

Корабли секты, сбившиеся в плотную группу, казалось, ничуть не беспокоились о том, что они едва не врезаются друг в друга и проскальзывают сквозь собственные магнитные поля. При ближайшем рассмотрении было видно, что некоторые из них едва летели друг перед другом, подталкиваемые в основном силой инерции. Этот разобщенный клочок флотилии, оторванный от сил таинственного врага, как ненужный струп, теперь мчался навстречу силам Гатларка, все еще транслируя послание о мире, взаимопонимании и необходимости.

И вдруг во вспышке озарения капитан Рустерк поняла, что видит. И побледнела.

— Отступаем! — закричала она. — Они собираются ударить по нам! Отступаем! Рассеиваем силы! Отступаем!

Но отступать было уже поздно. Медленно вращаясь, «Память крови» продолжала осыпать корабли стрипсов тяжелыми зарядами плазмы и старыми имперскими сферами ионной энергии — но она не могла остановить мчащуюся вперед массу. Потребовалось лишь мгновение, чтобы Флот Зеро самоубийственной атакой врезался в корпус крейсера и высвободил энергию дюжины ядер, которые вспыхнули беззвучной яркой сферой, поглотив «Память крови» и несколько соседних кораблей. Тот факт, что чудовищной цепной реакции не произошло, можно было считать не столько удачей, сколько проявлением здравого смысла — ни один разумный капитан не позволил бы своему флоту оставаться слишком сосредоточенным.

Ханна Рустерк была здравомыслящей. К сожалению, это не спасло ее от гибели.

***

Тифт Хат всегда мечтал стать пилотом «Памяти крови».

Истребители Гатларка с красной обшивкой, приписанные к «Памяти крови», были старыми имперскими агрегатами и имели довольно необычный дизайн. Их можно было сравнить с наконечником средневековой стрелы. Они были не слишком маневренны, но несли большую огневую мощь, дополненную неплохим ракетным арсеналом — Старая Империя не привыкла, как говорил