Ненужная жена князя Горчакова - Мелина Боярова

Генерал скрипнул зубами, его лицо исказилось от злости. На миг показалось, что он сейчас взорвется, но Сокольский лишь крепче сжал челюсти, так что желваки заходили по скулам.

— Это из-за него? — упрямо процедил он. — Из-за Горчакова? Он чуть не погубил вас, а вы все равно…

— Мои решения не касаются бывшего мужа, — осадила графа ледяным тоном. — И вас они тоже не касаются.

— Вот как? — Сокольский горько усмехнулся и отступил на один шаг. — Вы делаете неправильный выбор, Анастасия Павловна. Очень неправильный.

— Я вполне самостоятельная женщина, чтобы решать, что для меня правильно, а что — нет. Мое будущее принадлежит только мне. И я сама решу, с кем его разделить.

— Горчаков вас не достоин!

— Возможно, — я опасно прищурилась. — Но и вы не стояли у истоков моей империи. Вы пришли на готовое и теперь строите планы, основываясь на моих достижениях.

Сокольский отшатнулся, будто я ударила его наотмашь. Серые глаза полыхнули такой злобой, что я невольно попятилась, крепче сжимая в руках привычную трость.

— Мне жаль, — выдохнул граф, смертельно побледнев. — Вы выбрали не ту сторону, Анастасия Павловна. Но у вас еще будет шанс передумать. И, когда он наступит, я, так и быть, выслушаю вас.

Развернувшись, Сокольской пошел прочь, не сказав ни слова на прощание. А я осталась стоять, глядя ему вслед и думая о том, что нажила себе могущественного врага. Внутри царапало нехорошее предчувствие после его фразы о том, что он даст мне возможность «передумать». И это пугало сильнее всего.

Я медленно побрела к дому, завидев в окнах спальни мужскую фигуру. Дмитрий, конечно, все видел, но он ничего не сказал и просто протянул мне руку, когда зашла к нему. А я, помедлив, вложила в нее свою ладонь, ощущая живое и настоящее тепло. Этого было достаточно, чтобы пришла уверенность, что я не останусь с этой проблемой одна.

Лучшее средство, которое всегда помогало отвлечься от переживаний, это работа. В ожидании паро-магических станков, я развила бурную деятельность, переписываясь с немецкими поставщиками и занимаясь монтажом водяных маховиков.

Помимо этого, собирала вручную мебель, заказов на которую накопилось на год вперед. Как раз хватило занятий на долгие зимние месяцы, пока на реках не сошел лед, а дороги не стали проходимыми.

День, когда новые станки должны были прибыть в Щепкино, врезался в память до последней детали, образуя на сердце новый шрам.

В ворота лесопилки въехали три подводы с оборудованием. Станины, обернутые промасленной бумагой, поблескивали на ярком весеннем солнце, а паровые маховики с идеально отшлифованными пазами казались живыми существами. Глядя на долгожданные станки, я едва не подпрыгивала от восторга.

— Барыня, не стойте на сквозняке! — Капитолина заботливо накинула мне на плечи пуховый платок. — Простудитесь еще. Кто тогда тут командовать будет?

Но я лишь отмахнулась, желая поскорее увидеть долгожданное чудо. Со всего Щепкино сбежались мужики и бабы с ребятишками, чтобы поглазеть на диковинные механизмы. Наши маги с величайшей осторожностью переносили их на специальные подставки.

В жизни не испытывала столько радости, как при виде чугунных станин с клеймами «Krupp», новых циркулярных пил и фуговальных валов, отполированных до блеска. Но самая главная ценность — паровой привод с герметичным куполом и магической топкой, который мог работать на любой древесной щепе.

— Красота-то какая! — восторженно выдохнул Вениамин, касаясь ладонью чугунного бока. — Это ж не станок, а настоящая песня. Вы только взгляните на юстировку! С таким-то станком мы бы императорский заказ за месяц выполнили.

Я кивнула, не в силах отвести взгляда от нового приобретения. Каждый винтик этого станка был оплачен моим трудом и деньгами, преодолел сотни километров и немыслимые препятствия, чтобы попасть ко мне. Меня уже распирало от предвкушения предстоящей работы.

— Сразу переносим станины на отведенные для них постаменты, — отдала команду магам. — Пробный прогон запустим уже через два часа. Венька, чего рот раскрыл? Проверь натяжение ремней и залей масла в золотники.

Мужики засуетились с новой силой, а я медленно обходила строй новых станков, поглаживая пальцами холодный чугун. Одновременно проверяла структуру на скрытые дефекты и трещины, но не обнаружила таковых. Качество говорило само за себя.

Неожиданно за спиной раздался шум копыт, резкие окрики и лязг металла. Обернувшись, я увидела, как во двор Щепкино, сметая ограждения, ворвались всадники в зеленых мундирах Корпуса лесничих. Вслед за ними двигались пешие стражники с короткими пиками и магические инспекторы в серых балахонах.

Впереди на вороном жеребце гарцевал Сокольский. Сегодня он не улыбался. Породистое лицо казалось чужим и жестким, а серые глаза смотрели на меня с равнодушным холодом.

— Всем оставаться на местах! — рявкнул он, усиливая голос магией. — Именем государя-императора приказываю прекратить все работы!

— По какому праву? — спросила я дрогнувшим голосом. — Вы вторглись в частное владение. У вас нет полномочий…

В ответ на мои слова генерал-майор лениво, словно делая одолжение, вытащил из-за пазухи бумагу, сложенную вчетверо.

— Согласно предписанию, выданному Особой канцелярией Его Императорского Величества, Анастасия Павловна Щепкина обвиняется в государственном преступлении.

Глава 103

Я расслышала, как за спиной зароптали Яков и Венька. Как подтянулись ближе ветераны и гвардейцы, оставленные Дмитрием еще с осени.

— В чем именно меня обвиняют?

— Вы нарушили сразу несколько уложений, магистр Щепкина, — Сокольский снисходительно усмехнулся. — Во-первых, ввезли из-за рубежа паро-магическое оборудование, не прошедшее утверждение в императорском магическом совете. А во-вторых, данное оборудование оснащено артефактами, в основе которых лежит запрещенная магия разрушения. Эти артефакты подпадают под статью о контрабанде в особо крупных размерах. Наказание — от десяти лет каторги до пожизненного заключения.

Граф замолчал, давая время проникнуться тяжестью обвинений. А я смотрела на бумаги в холеных руках графа и осознавала, в чем заключалась расплата за отказ. Он ударил в спину, точно зная, куда бить.

— Ваши обвинения — ложь! — произнесла звенящим от ярости голосом. — Это оборудование заказывалось при вашем непосредственном участии через легальные торговые дома. Артефакты — обычные накопители эфира. Никакой запрещенной магии там нет и не было никогда.

— Следствие разберется, — отчеканил граф, спешиваясь. — А пока все станки конфискуются в счет государства. Лесопилка опечатывается до выяснения обстоятельств.

Мужики позади меня возмущенно загудели, напряжение в воздухе моментально повысилось.

— Да как же так, Ваше Высокопревосходительство? — выступил вперед Венька. — Мы же тут потом и кровью… Вы не имеете права!

— Молчать! — рявкнул один из гвардейцев и выхватил саблю.

Сокольский даже не взглянул на Стогина, гипнотизируя меня взглядом. Он приблизился ко мне, наклоняясь к самому лицу.

— Анастасия Павловна, у вас есть единственный шанс избежать