Вирус Aeon. Нева - Татьяна Кравченко

Нева уже возвращалась к столу. В руках у нее была небольшая металлическая коробочка. Она молча поставила ее перед Ливией, щелкнула крышкой. Перевернула. По столу, звеня как крошечные колокольчики смерти, покатились пустые стеклянные ампулы. На каждой четко читалась маркировка: «AEoN-Light».

Ливия ахнула. Растерянно, почти испуганно взглянула на Неву. Потом схватила одну ампулу, поднесла к свету лампы, пальцы дрожали.

— AEoN-Light… — прошептала она, голос предательски сорвался. — Это… это наша промежуточная версия! Откуда они у тебя?

Она вскинула глаза на Неву, полные шока и непонимания.

Нева встретила ее взгляд. Ее глаза были непроницаемы, но в глубине горел холодный огонь давней боли и знания.

— Не ты одна была их «инструментом», доктор Клайн, — произнесла она тихо, но каждое слово било точно в цель. Она развернулась и тяжело опустилась в свое кресло. — Нас двое.

Она не отрывала взгляда от Ливии, выжидая, измеряя.

В комнате снова повисла напряженная тишина. Ливия медленно опустила ампулу. Ее голос, когда она заговорила, был сухим и четким:

— Трое. — Нева слегка приподняла бровь. — Доктор Меррик… Лаборатория «Прометей Х».

Нева призадумалась, откинувшись на спинку кресла. Глаза ее потерялись где-то в потолке, пальцы бессознательно постукивали по рукояти ножа на столе.

— Меррик… — пробормотала она. — Тот, что участвовал в создании… тех особых уродов? — Ее взгляд стал жестким. — В Вантауне?

Ливия кивнула, не сводя с Невы глаз.

— Да.

Нева махнула рукой, как отмахиваясь от назойливой мухи, лицо исказила гримаса презрения:

— Его не в счет. Вы же… освободили его от несения вахты бессмертия? Ножом в голову, кажется?

Ее тон был плоским.

Ливия покачала головой, смотря Неве прямо в глаза.

— Нет. — Она не стала оправдываться. — Я соврала тогда.

Нева удивленно прищурилась, потом медленно кивнула, уголок рта дрогнул в подобии уважительной усмешки.

— Понимаю. Защищала своих. Правильно. — Она сделала глоток воздуха. — Тогда… четыре.

Она махнула рукой в сторону Джины, которая сидела, затаив дыхание.

— Джина. Моя ассистентка. Бывшая протеже той самой Вероники Ларенс.

Джина встретила взгляд Ливии и… подмигнула. Быстро, нервно, но подмигнула. В ее глазах была сложная смесь стыда, усталости и странного облегчения.

Ливия, не отрывая удивленного взгляда от Джины, сказала:

— Пять. — Все головы повернулись к ней. — София Рейн. Медсестра. Работала со мной в «Эдеме».

Ее голос дрогнул.

— Сейчас она осталась там, в лаборатории на время.

Нева замерла на секунду. Потом громовой, немного истеричный смех снова вырвался из ее груди. Она схватилась за стол, трясясь от хохота.

— Как тесен мир, черт возьми! — выдохнула она сквозь смех, вытирая новые слезы. — Архитектор Апокалипсиса и её подручные… собрались в одной комнате в захолустном Пальмонте!

Она тряхнула головой, смотря на ампулы на столе, на Ливию, на Джину.

— Ну что ж… Команда подобралась знатная. Осталось только до кукловодов добраться... а их-то, выходит, уже и нет.

Ее смех постепенно стих, сменившись усталой, горькой задумчивостью. Она потянулась за бутылкой виски.

— Кто-нибудь еще хочет отметить Конец Света?

Глава 62. Стерильный альянс

На следующее утро пыльный джип Невы подкатил к зданию бывшего госпиталя. Сет и Джина провели здесь ночь на дежурстве. Тревога за их "соседа снизу" витала в воздухе, несмотря на заверения Ливии. Балт уже стоял у входа возле скорой помощи, привезя Риту и завтрак гостям. Нева вышла, закурив, и молча протянула Балту пачку. Он кивнул, прикурил.

— Запасы табака старого мира заканчиваются, — констатировала Нева, выпуская струю дыма в прохладный воздух. — Будем вести здоровый образ жизни. Или... на следующее лето сажать табак.

Балт фыркнул, смахивая пепел:

— Всегда удивлялся, когда врачи с лишним весом и сигаретой в зубах читали мне лекции о правильном питании.

Он кивнул на ее сигарету.

— А ты, главная наша, – ходячий парадокс. Вредная привычка в квадрате.

Нева усмехнулась, коротко и без веселья:

— Когда твой мир катится вниз, Балт, и мертвецы наступают на пятки, приходится искать выход. Где угодно.

Она подняла сигарету.

— Кроме этого... есть еще алкоголь и запрещенка. Вот оттуда – точно не выбраться.

Ее взгляд стал жестче.

— Ты же как полицейский знаешь это лучше многих.

Балт мрачно кивнул, вспоминая допросы в дурмане и опустевшие глаза наркоманов:

— Знаю. Дно бездонное.

— Так зачем ты им, в этом бункере, понадобился? — Нева сменила тему, глядя на запертые двери госпиталя. — Эд вчера проболтался: "Балт важная шишка теперь".

Балт пожал плечами, в его глазах мелькнуло то же недоумение:

— Скоро, думаю, узнаем...

Двери госпиталя распахнулись. На улицу вышли трое: Ливия, все такая же хрупкая, но с огоньком в глазах; Эд, улыбающийся во всю ширину лица; и незнакомый мужчина лет пятидесяти, в чистой, но поношенной рубашке, с внимательным, оценивающим взглядом.

Ливия сразу бросилась к Неве:

— Нева! Спасибо! От всех нас!

Ее голос дрожал от эмоций.

— Вы не просто привезли еду... Вы дали надежду. Что снаружи... есть жизнь. Настоящая. И люди с сердцем.

Нева кивнула, скупой жест. В этот момент подошли Сет и Джина, только что закончившие обход периметра. Они стояли близко, плечи почти соприкасались. Искра между ними была видна невооруженным глазом. Джина чуть улыбнулась, встретив взгляд Невы, Сет потупился, но уголок губ дернулся.

"Апокалипсис, а жизнь как и раньше", — промелькнуло у Невы. Вредные привычки. Отношения. Дети... Внезапная волна тоски накатила, острая и знакомая. Если бы Ник был здесь... Она резко тряхнула головой, словно отгоняя наваждение. Цинизм – ее броня.

— Так, Ливия, хватит сантиментов, — ее голос снова стал жестким, деловым. — Продолжай. Что там с вашим бункером? Надеюсь, не собираетесь там вечно сидеть?

Она бросила взгляд на незнакомца.

И в этот момент, словно сама судьба решила прервать разговор, из-за угла соседнего разрушенного магазина вывалились двое оживших. Медленные, хрипящие, но неуклонно движущиеся к источнику звуков и запахов – к ним.

Реакция была мгновенной. Сет и Джина сработали как единый механизм. Сет шагнул вперед, дробовик коротко бухнул. Голова первого мертвеца разлетелась осколками черепа и брызгами. Джина метнулась в сторону, тесак сверкнул дугой – второй рухнул с перерезанным горлом, захлебываясь черной жижей. Все заняло секунды.

Нева даже не дрогнула. Она просто поднесла рацию к губам, ее голос был спокоен, как будто она