Зверолов. Том 2 - Александр Валентинович Рудазов

большие города, планету окутывала инфосеть и была собственная телепорт-сеть. Однако, в отличие от большинства других колоний, здесь не было плантаций, ничего не выращивали и никого не разводили, если не считать нескольких местных зверьков, которых колонисты держали в качестве питомцев. Их пытались завозить и на Землю, фауна Кристаллиды отличается редкой красотой, но за пределами Венерианского зоопарка ее оказалось слишком сложно содержать.

Неудивительно, ведь все жизнеформы Кристаллиды — кремнийорганические.

Кристаллида плохо подходит человеку. Сила тяжести — 0.8 g, температура колеблется от −25 до +5, атмосфера — это 82% азота, 16% кислорода, 2% углекислого газа и незначительные примеси инертных газов и паров кремнийорганических соединений. Без климат-контролеров пришлось бы постоянно носить теплую одежду, а без микрофильтров в ноздрях — постоянно чувствовать усталость и сонливость от недостатка кислорода. У воздуха здесь сладковатый, приторный запах, похожий на запах пластика, и без все тех же микрофильтров через несколько часов от него начинает кружиться голова.

А кроме того, пыль. Почва Кристаллиды состоит из смеси обычного песка, глины, острых частиц оксида кремния и органосиликатной пыли. И эта пыль везде. Она острее стекла. Она забивается в обувь и натирает ноги до кровавых мозолей. Когда дует ветер, он поднимает эту пыль, и она хлещет по лицу, оставляя микроскопические порезы. Тереть руками глаза нельзя, можно поцарапать роговицу. Во рту постоянно ощущение наждачной бумаги. Кожа вечно чешется.

И, конечно, полное отсутствие воды и еды. Жидкая вода на Кристаллиде отсутствует — она или в замерзшем состоянии или химически связана в местных организмах. Озера состоят из вязкой, мутной жидкости, похожей на разбавленный шампунь. Пить это нельзя, разумеется, одной чашки хватит, чтобы вызвать сильнейшую диарею.

И тем не менее, на Кристаллиде живут люди, их целых три миллиона. Живут в городах под куполами, где поддерживаются привычные землянам условия, нет чертовой пыли, есть вода и производится пищевая заправка, из которой синтезируется нормальная еда.

— Три миллиона сдвинутых, — произнесла Стувейра, пока они с Троостом шагали по космодрому Люминора, столичного города Кристаллиды. — Это странно даже по вашим меркам. Зачем вы тут живете?

— Кристаллида удивительна, — ответил Троост. — Это, возможно, самая красивая планета из нами открытых. Разве что Лорелея не уступает, но там другой тип красоты, классический. А еще она невероятно богата редчайшими, просто даже уникальными химическими соединениями. Она словно гигантская химлаборатория, тут настоящий сундук с сокровищами. А поскольку открыли ее одной из первых, и на ней все-таки можно худо-бедно жить без скафандра, ее сделали звездной колонией, и эта колония как-то незаметно разрослась до трех миллионов. Дальше вырастет вряд ли, но те переселенцы, что родились и выросли на Кристаллиде, никуда с нее улетать не хотят. Это их дом.

— Чудные вы, — облизнула глаз Стувейра. — Сколько бы тут ни было ресурсов, мы бы просто построили добывающие станции с роботами и минимальным штатом. Уж не города. Но это ваше дело.

— Подожди, пока увидишь местную природу, — усмехнулся Троост. — В молодости я уже летал на Кристаллиду, и это был великолепный отпуск. Не могу дождаться, чтобы увидеть, как она изменилась за полвека.

Стувейра снова облизнула глаз, на этот раз молча. Из космоса Кристаллида действительно выглядела красиво, переливалась настоящей радугой. Но то из космоса. А город земных колонистов выглядел обычным земным городом, за последние годы Стувейра их насмотрелась.

Вступив в программу обмена умами, Стувейра дир Тессарра ни разу не возвращалась на Осор. Слишком долгий путь, двадцать дней туда и двадцать же — обратно. В перерывах между экспедициями она отдыхала на самой Земле и других планетах Солнечной системы, а потом снова с головой погружалась в работу.

Ее пятилетний контракт близится к завершению. Через год она вернется домой, и у них с Троостом осталось всего три совместные экспедиции, считая эту… даже две с половиной, поскольку третья будет в серранском секторе, там есть научная станция Осора, и оттуда Стувейра сразу полетит домой, не возвращаясь на Землю.

Она размышляла об этом с некоторым сожалением. Пожалуй, ей будет не хватать экспедиций с капитаном Троостом. Но контракт есть контракт, обязательства есть обязательства.

Ее задача заключается не только в том, чтобы поймать как можно больше зверей для Венерианского зоопарка, но и в том, чтобы узнать как можно больше о Земле и землянах. Составить о них впечатление, сделать выводы и подать рапорт высокому синторра-каху… и, вероятно, бахин-яри, а это значит — лично императору.

Звездные колонии в ее область изучения не входят. В программе обмена есть спец по горной добыче, есть и спец по курортному делу. Один сейчас работает на геологических изысканиях в сырьевых колониях, другой — на круизном лайнере. Но раз уж «Нимрод» занесло в колонию — Стувейра составит впечатление и о ней.

— Неплохо, — сухо похвалила она, когда они с Троостом вышли из порт-кабин уже на главной городской площади. — Красиво. Архитектура чудная, но красиво.

Архитектура на самом деле была совершенно обычная, просто стилизованная под старину. Ратуша и другие административные здания были исполнены в готическом стиле, напоминая католические соборы. Здесь же находился филиал археологического общества, в которое Троост и направился.

— Я думала, мы к местному губернатору, — сказала Стувейра.

— А она сейчас как раз там, — усмехнулся Троост. — Пошли, они очень хотят с тобой познакомиться.

Губернатором была женщина — чернокожая, светловолосая и весьма упитанная, хотя и не до такой степени, как Мпанде Мбуяни, губернатор колонии Амфитрита. Трооста и Стувейру она встретила у стола, над которым светилась сложная голографическая карта.

— Тандиве Мбеки, — представилась она, пристально глядя на серранку. — А вы еще один наш гость с далеких звезд? Наслышана, как же.

— Гостья, — поправил Троост. — Это Стувейра дир Тессарра, Делающая.

— Ох, простите, — чуть смутилась губернатор. — Меня уже посещал ваш сородич… м-м-м… Тогнако дра Райшерре. Очень интересовался достопримечательностями. Вы тоже интересуетесь? Вы с ним знакомы?

Стувейра вспомнила Бегающего Тогнако. За двадцать дней пути между Осором и Землей он всех утомил своей персоной, поскольку обожал рассказывать о вещах, которые казались ему безумно интересными, но на самом деле такими не являлись.

— Знакома, — ответила Стувейра. — Но я о нем низкого мнения. Можно приступить к делу?

— Да, — ответил другой человек, судя по необычайной худобе и высокому росту — коренной марсианин. — Я Джор Кантос, начальник археологической экспедиции.