Фантастика 2026-158 - Максим Арх

Коридор первого этажа был перекрыт стеной, за ней кафе. Хотя странно, что кафе не имеет прямого выхода на улицу. Но, может быть, другой имеется? Он не помнил, был ли такой с задней стороны здания. Ну, не суть важно.

А вот на втором этаже все было, как он и предвидел. Слева коридор перекрыт стеной, той самой, в которую он упирался с противоположной стороны днем. А вот направо шел небольшой коридорчик, собственно, половина нормального, в который так же выходили по две двери с каждой стороны. На полу лежала красная ковровая дорожка, явное продолжение той, по другую сторону стены. Странно, подумал Серж, как все разделилось на ту и эту стороны, прямо зазеркалье какое-то получается. Двери комнат были заперты, но это обстоятельство не могло служить препятствием тому, у кого в руках имелся универсальный ключ. Прислушиваясь постоянно, не встревожится ли кто его вторжением, не зашумит ли опасность, Серж поочередно открыл двери и заглянул в каждую комнату. Ни в одной не обнаружилось ни души.

В первой, судя по всему, располагалась мастерская. В ней имелось пару рабочих столов и несколько шкафов с книгами и какими-то материалами. Столы были чисто прибраны, на них стояли какие-то приборы, блеснули экраны, шкалы, ручки настройки.

Комната напротив оказалась кабинетом, обставленным точно так же, как кабинет Юрия Ивановича Кунгурова, который Серж посещал за прошедший день дважды. Войдя и приблизившись к столу, Серж осмотрел его более тщательно, хотя, что там было особенного разглядывать? Так же чист, как и рабочие столы в мастерской напротив. Кроме мраморного письменного прибора – ничего. Надо же, письменный прибор, анахронизм какой. Серж пожал плечами. На мраморе, в углублении для скрепок, кнопок и ластиков, он заметил небольшую алюминиевую табличку. Это была бирка или так называемый шильдик от неведомого устройства, с выбитыми на нем индексом и заводским номером. Он взял его в руки, повертел в пальцах, разглядывая под лучом фонаря, потом, повинуясь внезапному импульсу, сунул шильдик в карман. Что-то ему подумалось, какая-то мысль налетела, которую следовало проверить. Он не очень-то и понял, что оно было. Мысль и мысль, главное не забыть потом

Следующую небольшую комнату, по той же стороне, что и кабинет, в углу, можно было условно назвать жилой. Она и походила на гостиничный номер, в ней Серж увидел диван с подушкой и сложенным сверху на нее одеялом. А еще там стоял стол с двумя стульями перед ним. За отдельной дверью располагался санузел, душ и туалет. В комнате напротив, тоже небольшой, находился, по-видимому, склад, по-военному – каптерка. Вдоль стен и посередине в ней были устроены стеллажи, на которых хранились разные ящики, коробки и всякие электрические потроха в навалку – блоки, приставки, нагрузки, платы, контакторы и разнообразные жгуты с разъемами – все, что может быть включено в схему и предназначено для пропускания через себя электрического тока. Копаться в ящиках Серж не стал. Но подумал, имея в виду все осмотренные помещения, не здесь ли логово, сиречь, филиал приснопамятного Гонория Тукста? И не его ли тень видел она днем в окне башни? Очень было похоже на то, очень. Хотя человеческого духа он здесь как раз не уловил. Какого-то беспорядка, следов пребывания – ничего такого. Впечатление как раз было обратным, что люди здесь должны бы быть, и все для этого готово, но они так пока и не появились. Может, только пока? Странно, странно...

Закончив осмотр и заперев двери обратным действием универсального ключа, он поднялся этажом выше.

А вот там, на третьем этаже, его ждал сюрприз. Во-первых, там горел свет. Серж заметил слабый мерцающий отблеск, едва только ступил на лестницу, ведущую наверх. Он выключил фонарик и некоторое время прислушивался. Ему подумалось, что он в жизни никогда столько не прислушивался, как за последние час-полтора. Мельком глянул на штурманский хронометр на левом запястье, точно, уже четверть второго. Не дождавшись ничего подозрительного, вообще ничего, он медленно поднялся наверх. Зудящее желание выяснить все до конца не пропадало, напротив, подстегивало идти вперед. Прислушавшись заодно уж и к себе, он с удивлением обнаружил в душе закипавший котелок азарта. А вот это блюдо следовало бы держать под контролем, не ровен час, и крышку сорвать может.

Такой же, как на втором этаже огрызок коридора освещался люминесцентными лампами – в строгом соответствии с рекомендациями из старого патента. Три светильника – по две длинных трубки в каждом – лепились к потолку по оси коридора. Они, по своему обыкновению, слегка жужжали и помаргивали, но холодного голубоватого света давали достаточно. Лампы несколько резко для глаз отсвечивали в натертом мастикой дубовом паркете. Расположенное в конце коридора окно не было занавешено, тем не менее, свет ламп не проникал наружу, во всяком случае, Серж, находясь на улице, его не заметил. Пройдясь по коридору, Серж обнаружил, что двери здесь, в отличие от второго этажа, не заперты. Вскоре он понял почему: комнаты, все четыре, были совершенно пусты, но в каждой под потолком горел такой же светильник, как в коридоре. Конечно, это тоже показалось Сержу странным. В самом деле, зачем в пустой комнате ночью держать включенным свет? Случайно оставили? Ну, в одной забыли выключить, или не заметили, как включили – возможно, вполне допустимо. Но во всех четырех? Нет, вряд ли. У него объяснений на этот счет пока не было.

И уж совсем странными выглядели стены в этих комнатах. На первый взгляд они казались такими же, как и везде в ГДО. Но при ближайшем рассмотрении становилась заметна их многослойность, что ли. Стоило осветить стену фонарем, и за слоем побелки, как в толще льда, открывалась загадочная глубина, которую, зная способ, наверное, можно вскрыть, в которую возможно проникнуть. Стены были холодны на ощупь, как тот же лед, даже внешние, отмеченные окнами, видимо, также слепыми, потому что свет через них наружу, не проникал. В этом Серж убедился сам, с улицы все они выглядели темными.

Что еще было удивительно в этих пустых комнатах, – в каждой на одной из стен была нарисована дверь. Со всем тщанием, в мельчайших подробностях, так, что Серж даже подумал, не фото обои ли это? Но нет, никаких обоев. Потрогав рукой, он убедился, что краска, не масляная, прямо по штукатурке, значит, что-то вроде фресок. Двери на фоне остальных стен ощущались еще прохладней, просто совсем холодными.

Странное и необъяснимое чувство вдруг обуяло Сержа. Ощущение нереальности