Новая фантастика 2026. Антология №10 - Дмитрий Швецов

что незаменим для Хозяйки, но для временных людей он лишь приятное дополнение к станции. Они охотно делились с ним едой, гладили, играли. Так было всегда и Кимуру это устраивало. Но на этот раз все сложилось иначе.

Кимура сделал что-то очень важное для всей Новой Земли. Так вчера сказала Полина, его временный подопечный человек. И сегодня повторила, целуя в нос перед тем, как забраться в вертолет.

Да, в последние несколько дней действительно что-то происходило, он чувствовал.

Сначала было всем очень грустно, когда Полина во время уборки высыпала из большого прозрачного ящика много-много дохлых мошек. Опыт провалился, как понял Кимура. И в то же время он видел, что печаль Хозяйки, Полины и еще одной девушки, маленькой и круглой, какая-то ненастоящая. От них не пахло грустью, как от остальных. После ночи, когда Хозяйку разбудили эти две – Полина и круглая— Полина изменилась. Она снова стала улыбаться, а еще, и это самое приятное, стала гулять с ним вообще весь день! Далеко гулять, до чужой большой базы с ненужными лампочками.

И вчера они там гуляли. Только в карманах жилетки у Кимуры были не камни, а какие-то баночки. Полина будто между делом их открыла и тут же вокруг Кимуры образовалось противное облачко из черных мошек. Они залетели ему в нос, он чихнул, а Полина засмеялась. Ему было не смешно, но именно тогда Полина сказала, что он делает важное.

– Мы с тобой нгоб ту тер, – добавила она.

Кимура знал эти слова. Они были теплые. Люди, которые их говорили, не исчезали насовсем. И когда Полина обнимала на прощанье Хозяйку, Кимуре захотелось, чтобы она обязательно вернулась.

Тень вертолета убежала и Кимура поспешил за Хозяйкой в дом. Там стояла целая башня новых, вкусно пахнущих ящиков.

Ася Виленица

Охотники планируют заранее

Горьковатая зеленая жидкость с молочной пенкой, которую по какой-то странной ошибке судьбы возводили на пьедестал с кофе и чаем, медленно остывала, дразня пряным ароматом. Но Сарюне хватило одного глотка, чтобы в очередной раз убедиться в том, что внешность бывает невероятно обманчива. Обманчива она была и у парня напротив. Он не был красив, скорее просто симпатичен, но взгляды людей, сидящих вокруг, то и дело задерживались на нем. Голос его казался тихим и мягким, однако мягкость эта порой переходила в острую хрипотцу. Он легко дарил улыбки, но в темной глубине глаз читалась подозрительность. Он казался таким похожим на привычных бурятов, однако от внимательного взгляда девушки не укрылось, что корни его проистекали из народа Хан. Парень напоминал первый лед. Только вставшую корочку, что выглядит прочной, но стуит довериться ей – и провалишься в холодный, безжалостный к неосторожным путникам Байкал.

Свидание, судя по всему, утомляло парня. По крайней мере, вид у него был крайне скучающий, хоть он и пытался изображать интерес. Сарюна тихо фыркнула. Еще бы его не утомляло свидание с другой. С обычной девушкой.

Однако на самой Сарюне, сидящей за соседним столиком, взгляд парня не остановился ни разу.

Минут через двадцать, слава древним, кофе у парочки закончился, и они, выйдя в зимнее утро и неловко попрощавшись, разбежались в разные стороны. Пообещав себе больше не экспериментировать с напитками, Сарюна, наблюдавшая за ними в окно, быстро подхватила старенький рюкзак и двинулась вслед за парнем.

Глаза мгновенно заслезились на ветру. Плотно намотанный шарф немного спасал, укрывая нижнюю часть лица. Сарюна сверила маршрут парня с навигатором, подметив, что телефон почти сел. Девушка ненавидела холод, в особенности мороз яркого зимнего утра. Этот неприветливый сезон она предпочитала проводить в ином состоянии, и уже точно не планировала выбираться в это время в большой город.

Конечно, по меркам городов Иркутск считался весьма и весьма средним, но даже подобные размеры уже ощутимо дезориентировали девушку, привыкшую к деревням на несколько улиц.

Жуткий, проникающий под кожу скрежет силой вытащил Сарюну из мыслей. Опять трамвай. Пожалуй, эти железные банки пока были самым невыносимым, что девушка встретила за день в Иркутске. А навигатор вчераеще и предлагал добираться на подобном с автовокзала. Хоть она и предпочла пройтись пешком, но вечером голова все равно гудела от этого бесконечного звона железа.

Ангара встретила гостью обжигающе холодным ветром. Парень впереди, не справившись с очередным ледяным порывом, развернулся и прошел несколько шагов спиной вперед, а Сарюна просто тихо порадовалась тому, что они почти дошли. Дорога упиралась в серую пустынную набережную. Только одинокий мужчина стоял посреди площади у реки. И тот бронзовый.

Парень ускорился и свернул вправо к зданию университета. Ветер трепал сине-белые флагиу дороги, желтый каменный фасад был весь покрыт тонким слоем наледи, а надпись «Иркутский Государственный Университет» едва читалась из-за слепящего зимнего солнца.

Мороз не располагал к долгому выжиданию у дверей, и девушка впорхнула внутрь. В холле университета оказалось неожиданно многолюдно. Она даже достала смартфон и проверила дату. Пятое января.

– Праздники же, – тихое шипенье вырвалось против воли.

Ворота пропускного пункта неприветливо мигали красным крестиком, и Сарюна подошла к окну, где с кружкой кофе сидел охранник в забавной красной шапке.

– Доброе утро, не подскажете, как дойти до студенческого медиацентра?

– Утречко, – он искренне улыбнулся, – пройдете налево до конца холла, там будет белая дверь с надписью СМЦ. – В противовес бездушному пропускному пункту охранник здесь был весьма приветливым.

Он махнул головой в сторону прохода, который теперь сиял зеленым кружочком.

– Только там, кажется, никого нет! – крикнул он вслед девушке, но она уже ловко скрылась за поворотом.

Пришлось немного подождать в тени, пока парень воевал со старым замком, никак не желающим впускать студента внутрь. И город, и университет в эти утренние январские часы казались живыми, но совершенно по-разному. Там, снаружи, все еще царила расслабленная праздничная атмосфера. Здесь же к ней примешивалось напряжение, страх и немного алкогольных паров.

Наконец, хозяин кабинета одержал верх над дверью. Сарюна, выждав на всякий случай еще с десяток минут, за несколько плавных шагов оказалась у двери и, не утруждая себя стуком, нажала на ручку, отделявшую ее от парня мечты. Замок поддался не сразу, на нежное прикосновение отзываться не пожелал, и тогда девушка приложила силу.

Дверь громким стуком врезалась в стену, заглушив все остальные звуки в помещении.

– Эм… Привет? – парень вопросительно вскинул брови. В руках он держал несколько потрепанный жизнью чайник.

– Привет, – Сарюна попыталась сделать выражение как можно более дружелюбным, – я фотограф. На «Исчезающее лицо города». Она просто не открывалась, –