Новая фантастика 2026. Антология №10 - Дмитрий Швецов

– Основа растительная, но формула засекречена. Производство связано с этой базой, в других местах не получается. Это все, что я знаю.

– Потрясающе важная информация, спасибо!

Нюрино настроение окончательно испортилось, и она хотела только одного— чтобы вернулась Погосова и отпустила их. Тогда бы они со Стасом где-нибудь спрятались и уж он отвлек бы ее от дурацких мыслей.

Кимура, сидевший у ног Полины, вдруг с радостным визгом кинулся к двери, но замер, неуверенно виляя хвостом. Там стояла Погосова. Взлохмаченная, осунувшаяся, с тяжелым взглядом и внезапно проявившимися глубокими морщинами, она была похожа не на современную ученую, а на древнюю шаманку, задумавшую недоброе.

* * *

Запах у Хозяйки был резкий и непривычный. За все время Кимура лишь пару раз его чувствовал. И оба этих раза она злым голосом разговаривала с людьми, которыми не могла командовать. Если бы пес хоть на секунду поверил, что его Хозяйка кого-то боится, он бы решил, что это запах страха. Но нет, наоборот, Хозяйку боялись или по крайней мере уважали, иного Кимура не наблюдал. К тому же, страхом вокруг него часто воняли люди, олени, другие собаки и даже лемминги, так что Хозяйка не боялась, решил Кимура, она бессильно сердилась.

Как помочь, пес не знал. От этого по спине ползла тревога и неуверенность. Хвост стал тяжелым, неудобным.

Хозяйка лишь мельком глянула на него, задала несколько вопросов приезжим, и они вразнобой отчитались, что все исполнили. Тогда она сказала им заниматься своими делами, а сама пошла в комнату, даже не позвав с собой Кимуру.

Это было уже слишком. Пес фыркнул и поспешил следом. Хозяйка опомнилась уже у своей двери.

– Прости, – сказала она, пропустив его вперед.

Потом она плотно прикрыла дверь и достала из шкафа со стеклянным дверцами прозрачную коробочку. Там гремели цветные шарики. Кимура насторожился. Обычно Хозяйка ела их, когда от нее пахло болезнью. Запив шарики водой, она села в кресло и нажала кнопку-огонек. Кресло загудело. Хозяйка откинулась на спинку, но не уснула, как обычно. В руках у нее оказалась штука, которую называют спутниковый телефон. Кимура не знал, как это работает, но Хозяйка каждый раз говорила с ней, как с человеком. Обычно это были долгие приятные разговоры. Но не сейчас.

Хозяйка кричала и размахивала свободной рукой, будто телефон сделал что-то плохое. Кимура расстроился. Сожрать телефон нельзя, в детстве он уже получил урок, но другого способа помочь Хозяйке Кимура не знал. И Накамура, проснувшийся от криков Хозяйки, тоже не знал. Оставалось хотя бы охранять ее от неизвестных неприятностей.

Кимура насторожился. За дверью раздались приглушенные звуки. Он подошел к двери и тявкнул. Хозяйка не обратила внимания. Тогда Кимура принюхался. Из-за двери пахло Полиной, но та была не одна. Кимура оглянулся на Хозяйку и затявкал громче.

– Мунзя! – приказала Хозяйка. Кимура замолчал и обиженно свернулся калачиком. Он сделал, что мог. Пусть сама разбирается.

* * *

Когда Погосова вышла из столовой, воздух словно загустел, придавив звуки.

Полина посмотрела на Нюру:

– Есть версии?

Та только пожала плечами.

– Ну так узнаем, – решительно сказала Полина и встала. – То, что случилось, касается «Виты Этерны». Бабка наша порвать готова за этих деток, вы видели ее лицо. Она крутая, но одна не справится, нужна поддержка с воздуха.

Из Москвы то есть. Надо подслушать, с кем и о чем она будет говорить.

– Зачем? Это не этично! Нам прилетит! – раздалось со всех сторон.

– Овец и пофигистов прошу не беспокоиться! – пыхнула Полина.

Пока она шла по узкому коридору, злобная тоска сжимала горло. Группа бесхребетных умников в пыль не попадала ее родной группе, где все как один кинулись бы в драку за справедливость.

Вдруг сзади раздались шаги. Полина обернулась. Ее догнала Ира и смущенно улыбнулась:

– Я с тобой.

То, что они услышали сквозь собачье тявканье, вызвало у Полины приступ горького сочувствия. Она молчала, когда взволнованная Ира рассказывала группе про неудачные переговоры Погосовой с ректором МГУ, Президентом РАН и с кем-то из Минздрава.

– Акелла промахнулся, – резюмировал Стас, пока Ира переводила дух.

– У Акеллы была стая, он выжил. А вы стадо, – резко сказала Полина.

– Ты, одинокая волчица, если такая умная, предлагай! – визгливо крикнула Нюра.

– Я пока не знаю, что делать, но мы еще три недели будем рядом с базой и у нас есть шанс им подгадить, – Полина не обиделась на Нюру, наоборот, была рада пусть и нервной, но дискуссии.

– Стая – это хорошо, – вдруг раздался голос от двери.

Практиканты затаили дыхание и смотрели, как Погосова, тяжело ступая, идет к столу, вокруг которого все сидели.

– Но есть человеческое понятие, – продолжила она. – Нгоб ту тер.

– Люди одного огня, семья! – Ира, конечно же, поспешила перевести.

– Да, нява, именно, – теперь Погосова стал похожа на добрую шаманку. – Люди одного огня могут многое.

* * *

Алевтина не сразу решилась раскрыть практикантам свой замысел. Все же они почти дети, кое-кому только восемнадцать исполнилось. Да и без специальных навыков. Но то, с какой легкостью ей отказались помочь коллеги и приятели из Академии, показало, что рассчитывать надо только на себя. Детище Тагаева, чудо-препарат «Виктавит», еще нуждался в доработке, но отрастивший когти бывший ее аспирант стал важным человеком для элит, мечтающих жить долго и счастливо. Встать на его пути могла только атомная бомба. Или тщательно подготовленная природная случайность. Естественный враг, мутировавший вслед за мхом Bryumargenteum. В том, что именно этот мох, чемпион по выживанию, и есть основное сырье для «Виктавита», Алевтина не сомневалась. Все же остались кое-какие научные связи, которые, боясь помогать открыто, подсказали, в какую сторону думать.

Студентики ничего не смыслили в практическом секвенировании ДНК, но оказались незаменимы в других делах – наблюдении за базой и добыче опытных образцов. Через неделю после собрания в столовой на лабораторном столе у Алевтины стояла чашка Петри, в которой медленно и неотвратимо росла колония крошечных грибов-бриофагов. Смекалистый Стас, тот самый, с бездонными фаюмскими глазами, уже придумал, как посеять споры этих грибов на серебристо-зеленом поле «Vita Aeterna». Оставалось только накопить побольше материала, чтобы наверняка и быстро, иу оборзевшего Вити Тагаева не осталось времени на понимание и исправление ситуации.

Воодушевленные практиканты ходили веселые, между делом справляясь с университетскими заданиями. Разумеется, Алевтина уже зачла им практику, но пока не говорила, хотела сделать сюрприз.

А на десятый день в небе раздался грохот, и на вертолетную площадку опустился гигант с государственным флагом на пузатых боках. Был