Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев

— Это было по-настоящему чудовищно, Ваше Величество, — согласился Кутред, — К счастью, мы успешно решили проблему.

Избранный непонимающе нахмурился:

— Что вы имеете в виду?..

— Накануне кесер Ар’Ингвар Недостойный, известный как новый Карактак, был при наше помощи уличен в черном колдовстве, ереси зверопоклонничества и жестоком убийстве Первосвященника Аскании отца Бернара. Взятый под арест, он попытался сбежать и был сражен в поединке эдлингом Вин’Элле.

Взмах копья Эормуна разрубил надвое дубовый стол. Рев, исполненный негодования, огласил приемную. Отброшенный пинком, упавший стул врезался в каменную стену.

Со страхом и непониманием смотрел посланник Торгового Альянса на короля, чья реакция столь сильно отличалась от ожидаемой.

— Я должен был его убить! — кричал Ар’Бранд, вымещая свой гнев на чем попало, — Только я! Я должен был сразить его в поединке! Только так… Только так я мог доказать всему миру мощь Эормуна! Навсегда показать, что Святой Эормун торжествует над Зверем! Мы должны были закончить наш поединок, что состоялся тогда на площади! А теперь… Теперь вашими стараниями, этого не случится никогда!

Бей’Кутред торопливо пал на колени.

— Простите меня, Ваше Величество! Я не понимал этого… Я простой торговец! Мне непонятны идеалы веры и рыцарской чести! Простите меня!

Острие копья коснулось его горла. Казалось, жаждала священная реликвия крови безбожника.

Жаждала, когда он будет принесен в жертву.

— Тебе это непонятно, — ледяным тоном повторил Бранд, — И именно поэтому… Из-за таких, как ты… Вновь и вновь силы Зверя прорываются в мир. Вы забыли честь… забыли совесть… забыли веру…

Он резко отвернулся. Развеялось копье, возвращаясь в чудесный камень.

Щадя в этот раз жизнь торговца.

— Где его жена? — спросил вдруг король.

И видя, что Кутред растерялся с ответом, повысил голос:

— Где Вин’Линетта?!

— Ваше Величество, принцессу данаанскую доставили в столицу вместе с телом ее супруга, — ответил посланник Торгового Альянса, — Она немного не в себе; покойный король Этельберт велел выделить ей покои в королевском дворце и присматривать за ней. Тем не менее, она не пыталась сбежать и не доставляла проблем.

Не в себе?.. Липкий, болезненный страх коснулся его сердца.

Что, если он опоздал.

— Я хочу видеть её…

И видя, что посланник медлит, Бранд перешел на крик:

— Прикажите доставить сюда принцессу Вин’Линетту! Немедленно!

Всего несколько дней прошло с их прошлой встречи, но едва взглянув на принцессу, поразился Бранд, насколько она изменилась. Одежда и прическа, всегда безупречные, сейчас казались неряшливыми. Жесты заторможенные, скованные. Взгляд, отстраненный и как будто обращенный в никуда. И даже глаза её, прекрасные глаза цвета пасмурного неба, сейчас казались покрасневшими.

Как будто она недавно плакала.

— Линетта… — прошептал Бранд, — Посмотри на меня. Я пришел. Я пришел за тобой.

Она не ответила. Не сказала ни слова. Не удостоила его даже взглядом.

— Пожалуйста. Посмотри на меня.

Протянув руку, он мягко коснулся её щеки.

В ответ на что принцесса дернулась всем телом и отстранилась.

Как будто вдруг прикоснулся к ней ядовитый паук.

— Не бойся меня, — взмолился Бранд, — Я не причиню тебе вреда. Я хочу тебе помочь.

Однако подобно напуганному животному, отступала она назад, пока не уперлась спиной в закрытую дверь. Она не пыталась напасть, не пыталась спастись.

Но смотрела на него так, будто видела перед собой демона.

— Прошу тебя, Линетта… Вспомни, пожалуйста. Он ведь околдовал тебя. Борись с ним! Я знаю, что ты можешь!

Но ни капли осознания не отразилось в покрасневших от слез глазах. И показалось в какой-то момент, что она действительно оплакивала человека, что взял ее замуж насильно.

Действительно оплакивала отродье Зверя.

«Ингвар, за то, что ты сделал с нею… Ты не расплатишься со мною никогда!»

В отчаяние Бранд достал из-за пазухи золотой кристалл, что носил у самого сердца. Священная реликвия Эормуна, что не раз спасала ему жизнь в последние дни, в этот раз она должна была спасти женщину, которую он любил.

— Пожалуйста… Очисти её разум. Освободи её.

Золотистое сияние, подобное солнцу, озарило полумрак королевской приемной. Подобно туману, стелилось оно к земле, расползаясь по помещению.

А затем воля Бранда, воля Избранного придала ему цель и направление. Окутало, окружило оно Вин’Линетту, оплетая подобно золотистому свадебному одеянию.

И когда туман подобно двум щупальцам проник ей в виски, девушка закричала, как будто от нестерпимой боли.

Демонские чары темного колдуна отчаянно сопротивлялись.

— Потерпи, Линетта, — взмолился Бранд, — Сейчас станет легче. Ты освободишься. И все поймешь.

Так должно произойти. Она должна все понять. Пусть и была она воспитана семибожницей, но Эормун, он сердце судит. А в сердце Линетты не было настоящего Зла.

Она должна была понять, что сделал с нею её супруг.

Она должна была.

Казалось, что силы пришли в равновесие. Со всей своей мощью Избранного Эормуна не мог Бранд преодолеть влияние нового Карактака. Как будто даже после смерти сохранял Ар’Ингвар Недостойный всю свою мерзейшую колдовскую мощь. Как будто не желал он отпускать жертву из своей паутины.

Пытаясь унести её за собой в могилу.

А затем случилось вдруг то, чего Ар’Бранд совершенно не ожидал. В противостояние двух Избранных вдруг вмешалась третья сила. Сформировавшись где-то внизу живота девушки, она в считанные мгновения распространилась, ураганным ветром сдувая всю мощь священной реликвии. Это не была зловеще-синяя, пахнущая серой колдовская сила Зверя. Другой она была; зеленой, как свежескошенная трава. Веяло от неё весной, обещанием возрождения.

Обещанием новой надежды.

Бранд не смог устоять на ногах, когда волна колдовской силы ударила ему в грудь. Опрокинувшись навзничь, рыцарь выставил руки перед собой, готовясь защищаться от нового удара, но его не последовало.

Зеленое сияние пропало так же внезапно, как появилось.

— Отпустите меня, хеленд Бранд, — впервые подала голос Линетта.

И не было понятно, знает ли она, откуда та сила, которой она воспользовалась, или просто, одурманенная колдовством Ингвара, она не в силах удивляться.

— Отпустите меня, если в вас осталась хоть капля человеческого. Хоть малейшие следы вашей любви ко мне. Вы отняли все, что у меня было. Все. Так позвольте мне хотя бы тихо дожить свой век вдали от вас и… от всего этого.

Голос её дрогнул. В какой-то момент показалось Бранду, что она сейчас расплачется.

«За каждую её слезинку», — мысленно пообещал он, — «Ты пройдешь через десять тысяч мук Бездны! Слышишь меня, Ингвар?!»

— Ты видишь, что я был прав с