Сезон костей. Бледная греза - Саманта Шеннон

– Это совершенно неважно, мы все знаем правила. Никакой привязанности. Если все вскроется, Джексон с него шкуру спустит.

– Попыхтит и перестанет, – успокоила я. – Ты не обязан носить это в себе.

– Я терпел почти год, sötnos, и еще потерплю.

Перед лицом истины притворяться становилось все труднее. Есть факты, неоспоримые и безжалостные: вопреки моим фантазиям, Ник мне не принадлежит. Я никогда не буду значить для него столько же, сколько он для меня.

На небе загорелись яркие звезды. Глядя на них, я чувствовала себя ничтожной песчинкой.

– Зря ты не рассказал мне раньше. Я бы не заложила тебя Джексу.

– Нисколько не сомневаюсь, но у тебя и так забот полон рот. Не хотелось нагружать тебя еще и своими проблемами. Иногда я жалею, что втянул тебя во все это. – Перехватив мой пристальный взгляд, Ник добавил: – Временами Джексон обращается с тобой отвратительно. Вот и думаю, а стоило ли приводить тебя в Синдикат.

Я покачала головой:

– Ник, благодаря тебе я начала жить.

– Жизнь у тебя была и с Колином. Если станет совсем невмоготу, ты еще сможешь к ней вернуться.

– Ошибаешься – мы с отцом оба умерли в Ирландии, – глухо ответила я. – Но ты меня воскресил. Теперь мой дом – Севен-Дайлс. Мне нравится быть частью банды. Нравится опасность, хаос, благодаря им я дышу полной грудью. Да, это очень непросто, но каждый день того стоит. Я наконец-то могу быть собой – и с тобой. В жизни не чувствовала себя более счастливой, чем сейчас.

Я, по обыкновению, старалась говорить как можно убедительнее и почти не кривила душой – жизнь прекрасна, за исключением периодов, омрачаемых Джексоном. За исключением боязни, что он отсечет меня от криминального мира – которым я жила и дышала, – если не соглашусь стать его оружием.

За исключением того, что сейчас я безбожно лгала.

– Ты меня спас. Рано или поздно я бы задохнулась – съехала бы с катушек и потеряла контроль. Пойми, ты сделал меня частью чего-то поистине значимого. Я перед тобой в неоплатном долгу, Ник.

На его лице читалось возрастающее изумление.

– Пейдж, ты плачешь?

– Нет. – Я отвернулась. – Прости, мне надо бежать. У меня встреча.

Наглое вранье.

– Пейдж, постой. – Он стиснул мое запястье. – Я тебя расстроил. Чем?

– Все хорошо. – Я запахнула пальто. – Мой тебе совет: пока Джексон спит без задних ног, возвращайся в берлогу и объяснись с Зиком. Если в нем есть хоть капля здравого смысла, он ответит взаимностью. На его месте я бы не колебалась ни секунды.

На лбу Ника залегла складка, потом разгладилась, рот приоткрылся. Он понял.

– Пейдж…

– Мне пора. – Я перемахнула через парапет. – Увидимся в субботу.

– Пейдж, подожди. Давай просто…

– Ник, пожалуйста. Мне правда пора.

Он не пытался меня догнать, только потрясенно смотрел мне вслед. Я начала спускаться, оставив его под двурогой луной. Едва мои ноги коснулись асфальта, из глаз хлынули слезы. Я зажмурилась, вдохнула ночной воздух.

В таком состоянии в логово возвращаться нельзя. Бледной Грезе это не по статусу.

Необходимо что-то предпринять.

* * *

В Айлингтон я поехала на метро, наплевав на риск нарваться на легионеров. Отец работал допоздна и в гости меня не ждал. Значит, сумею проскользнуть незаметно.

До «Барбикана» удалось добраться без приключений. Я долго простояла одна в пустой квартире, впервые за долгие годы жалея, что у меня нет матери, сестры или хотя бы подруги за пределами Синдиката. Случилось так, что у меня нет никого.

Впрочем, даже будь сейчас рядом кто-то близкий, не факт, что мне бы удалось объяснить, что именно я чувствую – или не чувствую. Ник нуждался во мне, а я его подвела, сама не знаю почему.

Вспомнились школьные годы в окружении невидцев. Незадолго до выпуска моя единственная подруга Сюзетта рассталась со своим бойфрендом из Франции. Как же она справлялась в тот период?.. Инстинктивно меня тянуло неделю проваляться в постели, но Джексон не даст отгул. Более того, ждет меня завтра. А я не смогу работать, пока не избавлюсь от этого чувства.

Несмотря на все старания, я так и не сумела вспомнить, как Сюзетта пережила расставание в Жераром.

Зато я прекрасно знала, как разгоняет тоску Элиза.

Я молча стянула с себя свитер, блузку, штаны, приняла душ и выпрямила волосы. Нанесла немного черной краски. Потом облачилась в платье и туфли на шпильке, купленные специально для выпускного бала, куда мне так и не удалось попасть. Директриса сказала, чтобы ноги моей там не было.

Сегодня мне необходимо отрешиться от себя самой. Поеживаясь, я набросила поверх платья шерстяное пальто и зашагала по обледенелым улицам.

Вскоре мне удалось поймать такси до клуба в Ист-Энде под названием «Прогулка по эшафоту», где частенько зависала Надин. В заведении подавали дешевый «Мекс» и контрафактный алкоголь, а располагалось оно в неблагополучной части II-6, вотчине Злой Леди. Жуткое место, даже легионеры опасались туда соваться.

Вход охранял здоровенный вышибала. Меня он пропустил, даже не спросив документы.

Внутри было темно и душно, оглушительно гремела музыка. Вокруг толпились потные, разгоряченные тела. По словам Надин, раньше здесь была колокольная мастерская. Вдоль стены тянулась барная стойка, где посетителям предлагали кислород и «Мекс». Справа, на танцполе, сквозь сухой лед вспыхивали огни. Мое чутье уловило провидца и телесного медиума.

По какой-то нелепой причине признание Ника стало как удар под дых. Мне нужно начать с чистого листа, прекратить задумываться и чувствовать что-либо.

Пробившись сквозь толпу к бару, я вскарабкалась на высокий табурет и покосилась на свое мутное, искаженное отражение в зеркале. Ясновидцы в клубе соседствовали со слепышами. Если честно, я до сих пор толком не понимала, зачем сюда притащилась.

Официант – провидец – вздернул кустистые брови. Такое ощущение, что я уже видела его раньше. Если заведение платит дань Злой Леди, лучше не задерживаться здесь надолго, а главное, не связываться со здешними ясновидцами, иначе меня живо вытурят с чужой территории.

– Добрый вечер, – поздоровался официант. – Вам что-нибудь налить?

– «Кровавый мекс».

– Одну минуту.

Я бросила взгляд по сторонам, уже ощущая себя не в своей тарелке. Элиза могла заскочить в любой клуб цитадели и без труда подцепить себе кавалера. Не знаю, как ей это удавалось, но Элиза притягивала мужчин с той же легкостью, как ее лабиринт – фантомов. Мне явно недоставало ее магнетизма.

Никто даже не смотрел в мою сторону. А глазки в такой темноте не построишь.

На другом конце стойки веселилась компания невидцев. Я уже отчаялась и собралась уходить, но