Дипломная работа. Книга 2 - Василий Кораблев

отсутствовала. Второе — его тело, в которое вселилась душа, оно тоже сейчас вроде как спит, ну или страдает, словно китайский смертник, которого посадили на бамбук. Но было ещё и третье, а именно: несмотря на зацикленность кошмара, в котором он пребывал, он чувствовал, что что-то меняется. Он меняется, меняется сама реальность вокруг него, а кроме того, время так или иначе течёт, и течёт оно в одну сторону. Значит, рано или поздно одно из его тел не выдержит. Он умрёт окончательно и попадёт во власть Колокольного мертвеца. И на это прямо указывал следующий кошмарный эпизод.

После того как вулкан взорвался и арену поглотил огонь вперемешку с дымом, Валера сгорал вместе со зрителями и появлялся на неком бесконечном поле. Земля под ногами была высохшей, ни травинки, ни камней, только пыль, а окружающий ландшафт более всего походил на снимки с поверхности Луны. Но зато повсюду высились башни и колокольни. Он бегал между ними, день над головой сменялся ночью, а может, ему это только казалось, но куда бы он ни пошёл, везде были эти деревянные конструкции. В некоторые можно было заглянуть и даже зайти, у иных было по нескольку дверей, он проходил через них и оказывался, как ему чудилось, в ином месте, но всё равно ландшафт не менялся и башни были повсюду. От них веяло такой тоской, что иногда он просто опускал руки и сидел, прислонившись к гнилой деревянной стене, вспоминая, как хорошо было в прошлом, когда не было никаких проблем и всяких Лаперузов и прочей нечисти.

В этом месте оставалось лишь ждать, пока его вновь не выкинет в болото или в подземелье ведьмы и всё опять повторится заново. А то, что эти колокольни должны вызывать у него чувство обречённости, он это и так знал. Давно уже знал, но из воспоминаний тоже можно было получить свою пользу, поскольку как раз вот этот эпизод с башнями на него реагировал. Иногда он видел, как из деревянных конструкций выходят люди и разговаривают между собой, а порой и взаимодействуют. Однажды он пошёл за одним из них, скрывшимся в дверях очередной колокольни, и увидел мужчину с длинной седой бородой, сидевшего у ложа, на котором умирала красивая молодая женщина. Она называла его Кудеяром, а он её — Мораной. Перед смертью женщина просила уберечь её сыновей, Романа и Станислава, от гибели, и тогда Валера впервые заинтересовался своими кошмарами. С этого момента, возвращаясь раз за разом в эпизод с колокольнями, он уже не бегал в панике, а целенаправленно искал седобородого Кудеяра и постепенно у него на многое открылись глаза.

Умершая женщина была богиней и покровительницей всяких душегубов. А её муж — могущественным чёрным колдуном. Пользуясь своими сверхъестественными силами, они кочевали по секретным тропам по всему миру, забираясь порой и в соседние, но, как они искренне считали, их цель была благородна. Поглощая души невинных и питаясь страданиями, богиня Морана создавала новые дороги всё дальше и дальше от Земли, а в перспективе она планировала вместе с мужем организовать единую альтернативную, недоступную для посторонних сеть транспортных коммуникаций, коей будут пользоваться исключительно их наследники и прихлебалы. Ну, тут и ежу было ясно, что с такими перспективами и до межпространственной империи недалеко. Однако же, совершенно естественно, что те, кого они мучили и убивали, не разделяли их идеалов, но колдун был силён и у него была целая армия всяких гадов, поэтому пострадавшие от Мораны были вынуждены позвать на помощь не меньшего гада, и им был никто иной, как батюшка Выродок. Ему не впервой было убивать богов, но с Мораной он поступил, с точки зрения её мужа, необычайно паскудным образом. Выродок напал вероломно, без объявления войны, он заманил богиню в заранее приготовленную ловушку и там нанёс ей смертельную рану, от которой она уже не смогла оправиться. Кудеяр, будучи в бешенстве, проклял Выродка, но что толку проклинать победителя. Морана умерла, а с её смертью исчезли почти все секретные тропы, по которым ходили её воины и прислужники. Уничтожив богиню, Выродок разделил её многочисленную свиту, причём многих из её слуг оборвал связи и практически парализовал неуловимую армию Кудеяра, а затем в дело вступили его дети. Дети Выродка прошли кровавым катком по тем, кто ещё недавно считал себя бессмертным и всемогущим. Потомки титанов, потомки хтони, гнилокровые — они не жалели никого, и казалось, победа на их стороне, они обезглавили чёрного колдуна, они уничтожили их крепости, дворцы и пристанища. Но ничего не кончилось. Кудеяру удалось уйти в Навий мир, где он стал привратником, отобрав эту должность у предыдущего Колокольного.

Наблюдения за седобородым так или иначе наводили Валеру на одну и ту же мысль в форме вопроса — а знал ли Выродок, что Станислав — сын Кудеяра? Ведь если он знал, то получается, что он знал и о проклятии, державшем его душу в неволе. А если он не знал?

В одном из кошмаров, блуждая между колоколен, он увидел сцену, где Кудеяр соблазняет детей Выродка отступиться от правил отца и жить своей головой, и, что удивительно, те его слушали. Увлёкшись своими расследованиями, Валера вычислил по меньшей мере дюжину таких отступников, и все они поклонялись разным головам, причём о некоторых он даже не слышал. Например, о голове Ласточки или о голове Крокодила. Зато прекрасно знал о голове Черепахи, потому как в селении чуди стоял деревянный истукан, поставленный в честь древнего воина-мыслителя, посетившего таинственное Золотое царство. И вот он точно был из головы Черепахи. А другие? Значит, и Лисы тоже. У Валеры было достаточно времени, чтобы пораскинуть мозгами. Получалось, что, проиграв Выродку на поле боя, Кудеяр выбрал иную тактику и принялся разлагать его последователей изнутри. Учителя не распространялись в разговорах о том, сколько на самом деле голов было у Выродка, но ходили слухи, что много, а сейчас осталось лишь шесть. И следующие мысли по этому поводу были ещё страшнее. Выродок и Кудеяр оказались старыми врагами-знакомцами, а проклятье Колокольного — это не просто проклятье, это нечто большее, иначе бы Валере нипочём бы не удалось узнать о нём столько всего интересного.

Сидя у обгоревшего сруба, он вдруг подумал о своём друге. А как же Денис? У него точно такая же печать Колокольного. Кудеяр связан с ними обоими, а они — с ним. Но, в отличие от Валеры, Денис ни разу не заикался о том, что видел какие-нибудь знаки или о том,