Фантастика 2026-158 - Максим Арх

для жизни, а никак не для демонстрации героизма. И тут случилась Литораль. Витька сразу смекнул, что это его время, его шанс, и принялся усиленно ублажать Судьбу, дергая ее за подол туники. Хлебнув из фляжки, которую постоянно носил с собой в потертом кожаном дипломате, он выходил на полевую работу, которая осуществлялась в основном в пределах центральной аллеи, от профилактория до ГДО, с тщательным прочесыванием попеременно то одного, то другого учреждения. Всех лиц, в отношении которых у него возникали подозрения, он незамедлительно доставлял в кабинет, располагавшийся в опорном пункте рядом с караульным помещением. Там, используя содержимое фляги в качестве сыворотки правды, он качал заинтересовавшее его лицо на предмет выявления в нем скрытого и глубоко замаскированного шпиона. Утром, не добившись желаемого, но не утратив веры в свою звезду, он шел на службу, с красными слезящимися глазами и источая дух сыворотки, действию которой лично он, как оказалось, не подвержен. Времена наступили тяжелые, успехи нужны были всем, поэтому на старания Виктора начальство смотрело вполне благосклонно. Оперативная работа, потому что, такая вот она и есть, что вы хотите? И наступал вечер, и капитан Скубишевский вновь выходил на свою тихую охоту.

Завидев его сутулую долговязую фигуру издали, еще в начале аллеи, самые наблюдательные исторгали крик-предупреждение: Смерш! Смерш идет! После чего все, кто имел основания остерегаться, отодвигались в тень, оставляя силе подозрительности пространство и возможность действовать стихийно, до полного ее иссякания.

Впрочем, находились и такие, и их было немало, которым содержимое фляги Скубишевского пришлось по нраву, и они выходили ему навстречу, и провоцировали на проведение повторного собеседования. Однако Виктор был не так прост, как многим казалось, он видел происки этих беспринципных искателей впечатлений насквозь. Иными словами, фальшивым энтузиазмом провести его было невозможно. И все же, иногда, когда других целей выявлено не было, Скубишевский брал в повторную оперативную разработку первого подвернувшегося энтузиаста. А вдруг в этой заднице в самом деле обнаружится бриллиант, думал он?

Надо ли говорить, что после полугода такой активности к тому времени уже капитана, жена его забрала ребенка и уехала домой, к маме. Не выдержав тягот военного времени, как резюмировал он сам.

Словом, Скубишевский заглянул на КП, поводил из стороны в сторону водянистыми, на выкате, глазами и, определив среди прочих фигур Таганцева, поманил его к себе пальцем.

– Пойдем-ка, покажу чего, – сказал он ему, ну и всем остальным тоже, чтобы лишних вопросов не возникало.

Дождавшись Сержа у двери, Скубишевский пошел вперед, указывая дорогу. Он не оглядывался, будучи уверен, что Серж идет за ним, в фарватере, и вообще никуда не денется. Как уже указывалось, был Виктор высок и сутул, имел привычку голову опускать вниз, вытягивая шею вперед, а фуражку сдвигая на затылок. Как черепаха без панциря. Он также носил усы, светлые и вислые, как у песняра. Он и похож был на Мулявина, такой же лобастый, с удивленным взглядом, только вместо лысины обладал густым чубом тонко завитых волос, выбивавшихся роскошным коком из-под козырька. Добавить сюда еще его манеру ходить в расстегнутом кителе, приспуская его с плеч, словно это какой-нибудь лапсердак, вихлястую походку, и образ оперуполномоченного можно считать завершенным. Да, не тем шагом он в детстве ходил. Если не тянул ты носок на строевом плацу, если не чихвостил тебя в наряде за внешний вид старшина, то это заметно, и это на всю жизнь. Отсутствие настоящей выправки уже ничем не восполнить. Вообще, думал Серж, ему, например, за такой вид давно бы Лукьяныч надавал по шее, а им, вишь ты, все с рук сходит. Одно слово: каста.

Они спустились этажом ниже и прошли в левое крыло, в тот самый коридор, по которому, предположительно, уходил преступник после взлома КП. Сейчас дверь на крышу была закрыта изнутри на засов, на котором, в свою очередь, сверкал вороненным боком новенький навесной замок. Толкнув незапертую дверь кабинета в конце коридора, напротив лестницы, Виктор пропустил Сержа вперед, вошел сам и прикрыл за собой калитку.

Войдя, Серж огляделся.

Он оказался в помещении, которое, как ему представлялось, выглядело типичным логовом оперативников. Таких тысячи по всей стране, в них отсиживаются, греются, гоняют чаи и что там еще, разговаривают с посетителями и допрашивают задержанных патрульные и дружинники, следователи и участковые, – и прочий служивый люд. Голые стены, люминесцентный светильник под потолком, стойкий и отвратительный запах табака, грязи и проходного двора. Фанерованный светлым шпоном шкаф в одном углу, такого же типа стол и пара стульев в другом. Еще стулья имелись у стены напротив. Окно без занавесок чернело провалом в ночь, в отражении в стекле Серж заметил, как Скубишевский за его спиной снял фуражку и запустил ее на вешалку у входа. Попал. Самое же интересное находилось в центре комнаты.

На сваренном из толстого уголка-пятидесятки и покрытом ламинатом верстаке, блестело черными боками некое устройство. Станок – не станок, насос – не насос... Может быть, генератор? Серж не знал, ничего подобного он раньше не видел. Блестело устройство не только черной зернистой поверхностью, но и различными бронзовыми частями, ручками настройки, шкалами, выключателями. Корпус был необычной волнистой формы, словно внешняя поверхность обтекала внутренние составные части или механизмы. При этом Серж заметил явную симметричность прибора: слева и справа на корпусе имелось по раструбу, бронзовому или латунному, рядом с которыми находилось по хронометру. Часы были заведены, громко тикали, прогоняя секундные стрелки по кругу, при этом показывали одинаковое время, секунда в секунду. Еще там были какие-то провода, не подключенные, вилка на столе двумя растопыренными пальцами указывала на Скубишевского.

– Не боитесь?

– Чего это? – не понял Виктор.

– Что упрут? – Серж показал на прибор. – Его. Кабинет-то не заперт.

Витька ухмыльнулся.

– Хотел бы я посмотреть на того, кто смог бы. Мы его сюда вдесятером еле затащили. Тяжесть неимоверная. Ты, кстати, не представляешь, что это за устройство?

Серж покачал головой.

– А должен?

– Ну, не знаю... На мой взгляд, вполне мог бы знать.

– Нет, не видел никогда. А включать не пробовали?

– Включали, почему же. Гудит только, больше ничего.

– А если бомба?

– Нет! Собачка взрывчатки не учуяла.

– И откуда вы это приволокли?

– Из мастерской твоего друга, Хлебчикова Геннадия Юрьевича.

– А... – Серж осекся, мелькнувшей у него догадкой он делиться не собирался. Тем более, со Смершем. – Но мы с ним в последнее время не очень... Редко встречались.

– Но