Сияние вечного пламени - Пенн Коул

дверь, в которую, как я надеялась, вот-вот войдет Лютер, удавалось с трудом. Я улыбалась, говорила пустые банальности, а сама придумывала объяснения одно катастрофичнее другого. Руки дрожали от нужды обнять Теллера с Лили и убедиться, что с ними все в порядке.

И с Лютером тоже.

Я ругала себя за то, что усадила своих приближенных вне поля моего зрения. При любой возможности я вскакивала с места, чтобы долить вина в кубок и украдкой посмотреть на них. Это хоть немного утешало. Паника Аликс поблекла до обреченности, Таран хмурился, Элинор казалась почти такой же потерянной, как я.

Как я и предполагала, последний Домо-прием получился заурядным и незапоминающимся. Жислены изливались обычной бурной похвалой, на которую Реми отвечал с равной льстивой энергией. К моему облегчению, ни о смертных, ни о полукровках никто даже не обмолвился, и к моменту, когда Жислены наконец собрались уходить, я сказала буквально пару предложений.

Едва последний из Жисленов исчез в коридоре, я повернулась к Реми:

– Что вы наделали? Где Лютер?

Он выпрямил спину:

– В Домо-приемах участвуют лишь члены Королевского Совета и ваши личные советники. Присутствие моего сына не обязательно.

– Лютер – член Королевского Совета.

– Уже нет.

– Он лишил Лютера всех титулов, – тихо проговорил Таран, вставая рядом со мной.

Я уставилась на него, потом на Реми:

– Вы не имели права. Те титулы дарую я.

– Только после коронации, – невозмутимо уточнил Реми. – До тех пор мне решать, кто участвует в Совете. – Он поправил свой камзол. – Насколько я понимаю, вы отказались назначить моего сына своим личным советником вопреки всем его усилиям и неделями отказывались от его услуг. Вам сто́ит быть благодарной – теперь наши позиции совпадают.

Мои пальцы сжались в кулаки, грудь зарокотала от сбившегося от гнева дыхания, хотя ненавидела я в основном себя. Реми был до возмутительного прав. Какие основания имела я возражать против того, что, фактически, сделала сама?

– К кому перешли титулы Лютера? Дайте угадаю! – Я фыркнула. – К вам?

– Ко мне. – Эмонн выступил вперед и скрестил руки на груди. – Я лично сообщил бы тебе эту новость до начала приема, если бы ты только нашла для меня время.

– Гребаный Клан! – изрыгнул Таран. – Его? Реми, ты назначил плаксу-придворного Верховным генералом?! Да он ни дня в Королевской Гвардии не служил!

– Следи за тем, что говоришь, братишка, – посоветовал Эмонн. – Этот плакса-придворный теперь решает, куда вас отправят служить. Вас обоих, – уточнил он, глянув на Аликс. – Говорят, на западном побережье тоска и уныние. Думаю, пара лет на болотах пойдет вам обоим на пользу.

Лицо Тарана побагровело от ярости. Я схватила его за руку, без слов умоляя не пороть горячку.

– А… Страж Закона… Этот титул тоже перешел к тебе?

Я почувствовала, как напряглись мышцы Тарана: его посетила та же самая мысль, от которой мне стало дурно.

Эмонн кивнул, его лицо стало непроницаемым. Однажды он назвал Лютера убийцей за то, что тот носил титул Стража Закона. Это было частью его интриг, или оставалась надежда, что Эмонн остановит казни детей-полукровок, как это тайком делал Лютер?

Я снова обратила гнев на Реми:

– Ваша месть недальновидна. Через два дня либо коронуют меня, либо королем станет Лютер, а вы сделали врагами нас обоих. Я думала, вы умнее.

Реми заметно напрягся, потом обменялся взглядами с Гэретом, который казался до отвратительного довольным.

– Мой брат просто делает то, что должен для защиты семьи, – проговорил Гэрет и, поджав губы, обвел меня взглядом. – Мы видели, что случилось с вашими близкими. Вряд ли вы рассчитываете на то, что мы обречем на ту же участь тех, кто дорог нам.

Злобные слова пронзили меня прямо в сердце, я ссутулилась: жестокость Гэрета ударила меня с безжалостной точностью.

– Да пошел ты! – прошипела я.

Гэрет улыбнулся еще шире, одну руку положил на спину брату, другую – на спину старшему сыну и повел их к двери.

– Это неправильно! – вскричала Элинор и бросилась к дядям, удивив всех присутствующих в зале. – Дием сейчас одна из нас, Лютер отдал Дому Корбуа всю жизнь. А вы не о семье заботитесь, а только о себе самих.

Непривычно притихший Реми мрачно пожал плечами, а Гэрет ухмыльнулся:

– Следи за собой, племянница! Посуду на кухнях дворца ты не моешь лишь благодаря нашей щедрости.

Элинор перекинула волосы через плечо и скрестила руки на груди:

– Лучше до конца дней посуду мыть, чем жить по вашим правилам!

– Отлично! – Гэрет глянул на старшего сына, изогнув бровь. – Эмонн, вели стражам немедленно вынести вещи Элинор из дворца. Пусть к Бездомным отправляется!

Элинор охнула, Эмонн замер, Реми покачал головой и зло на меня посмотрел:

– Видите, что вы сделали с нашей семьей? Мы тысячу лет славились силой, а вы за несколько недель нас рассорили.

Мне следовало радоваться. Именно это я собиралась сделать – разрушить Потомков изнутри, начиная с Дома Корбуа. Я внесла раскол между членами самой влиятельной семьи Люмноса, который, возможно, не удастся устранить.

Вот только навредить мне удалось лишь тем, кто теперь меня поддерживал.

Таран обнял Элинор за плечи и притянул к себе:

– Через два дня Дием победит в Оспаривании, и эти двое навсегда лишатся власти.

Гэрет пожал плечами, ничуть не обеспокоенный угрозой сына.

– Посмотрим, – сказал он, улыбнувшись мне. – За два дня может случиться очень многое.

Глава 37

Таран, Аликс и Элинор молча шли за мной по дворцу к моим покоям, в главной комнате которых Теллер и Лили играли в карты. Они вскочили на ноги, когда наша четверка влетела за дверь подобно бушующему торнадо.

Элинор ввела их в курс дела, а Таран разразился красочной тирадой о размерах гениталий Эмонна и о том, как именно он поступит с ними после моей коронации.

– Это ничего не меняет, Ваше Величество, – сказала подошедшая ко мне Аликс. – Мы клялись в верности вам, а не Реми.

Я кивнула в знак благодарности:

– Насколько все плохо? Эмонн впрямь может выслать вас обоих из столицы?

– Он может отдать приказы, а мы – отложить отъезд до твоей коронации.

«Если до коронации дойдет», – мрачно подумала я.

– Но Эмонн может снять меня с поста заместителя генерала, – со вздохом проговорила Аликс. – Если такое случится, я могу лишиться возможности приставлять стражей к твоему брату. Они верны Лютеру, но не смогут ослушаться непосредственного приказа, если им велят уйти. Ослушавшиеся приказа сами рискуют быть повешенными.

– Если Эмонн снимет тебя, то кого назначит своим заместителем? Вдруг мы сумеем перетянуть его или ее на свою